Верховный суд Израиля счел незаконным содержание под "административным арестом" ливанцев, которых власти планировали использовать для обмена на пропавших в Ливане израильских военнослужащих. В России такой обмен — арестованных боевиков на заложников — обычная практика.
13 ливанцев были арестованы более десяти лет назад. Большинство из них являлись рядовыми бойцами проиранской группировки "Хезболлах", воюющей против Израиля. Восемь были приговорены к тюремному заключению на срок от одного до трех лет за принадлежность к "террористической организации". Однако по истечении срока заключения их не выпустили, а подвергли так называемому административному аресту: израильские власти могут держать в тюрьме без суда того, кто, по их мнению, "представляет угрозу для безопасности государства". Остальные пятеро ливанцев находились под административным арестом с самого момента задержания.
Эти заключенные нужны были для одной единственной цели — для обмена их на пропавших без вести израильских военнослужащих. В Израиле есть железное правило: солдаты или их прах должны обязательно вернуться на родину. Один из таких солдат — штурман Рон Арад, самолет которого был сбит над Ливаном в 1986 году. Арад попал в плен к ливанской группировке "Амаль", которая затем передала его, предположительно, "Хезболлах". После этого его следы затерялись. Кроме него, в Ливане пропали без вести два израильских танкиста. Их тоже до сих пор разыскивают.
Для захвата ливанцев, которых впоследствии можно было обменять на израильских солдат, было проведено несколько спецопераций. Кроме тех 13 рядовых боевиков, которые теперь выйдут на свободу, в руках израильтян оказались один из лидеров "Хезболлах" шейх Абдель Карим Обейд и шеф службы безопасности группировки "Амаль" Мустафа Дирани. Обоих выкрали из их собственных домов. Кстати, руководство операцией по захвату Дирани осуществлял нынешний премьер-министр Израиля Эхуд Барак, который тогда возглавлял министерство обороны.
Теперь, после вердикта верховного суда, специально придерживать террористов для обмена на заложников станет невозможно. Израильские СМИ приводят слова матери штурмана Арада: она считает, что ее сына предали.
В России же обмен осужденных или подследственных на заложников никак не регламентируется. А раз нет закона, значит, можно все. До недавнего времени большинство операций по освобождению заложников на Северном Кавказе сводились к передаче выкупа. Родственники и друзья собирали деньги, в сопровождении РУБОПа ехали на встречу с бандитами и совершали обмен. Такой, например, была спецоперация по освобождению 13-летней жительницы Саратова Аллы Гейфман. Девочка провела в заложниках у чеченских боевиков семь месяцев. За ее освобождение похитители требовали $1 млн. Правда, передать выкуп за нее удалось лишь со второй попытки: первая группа спецназа разбилась в автокатастрофе.
Полная безнаказанность и огромные выкупы только разжигали аппетиты чеченских боевиков. Тогда у представителей спецслужб появилась идея самим брать заложников, а потом обменивать их на своих. По такой "бартерной" схеме пытались освободить руководителей УФСБ по Ингушетии Юрия Грибова и Сергея Лебединского. Для этого спецслужбы планировали выкрасть Хусейна Джабраилова, брата хозяина гостиницы "Рэдиссон-Славянская". Но планы чекистов получили огласку, и операцию пришлось отменить.
Тем не менее от схемы не отказались. Правда, в качестве обменного фонда решили использовать чеченцев, находящихся в российских тюрьмах. Как правило, с предложениями об обмене на спецслужбы выходили родственники арестантов.
В 1998 году в Санкт-Петербурге взяли под стражу за вымогательство "авторитета" Артура Денисултанова (Динго). Вскоре его отец вышел на следователя и предложил отпустить сына в обмен на солдата. Отец "авторитета" выкупил военнослужащего за $6 тыс. у какого-то полевого командира и привез в Петербург. Следователь тут же отпустил Динго под подписку. Правда, через год чеченца снова арестовали. Видимо, он станет участником еще одного обмена.
ЛЕОНИД Ъ-ГАНКИН, СЕРГЕЙ Ъ-ФОТКИН