Ансамбль Camerata Koeln дал концерт в зале петербургской Капеллы. Гастроли были устроены Генеральным консульством ФРГ и Гете-институтом, который, наряду с другими европейскими культурными миссиями, не устает поставлять в Россию старинную музыку.
Статус кельнского ансамбля в Европе весьма высок. Они играют камерную музыку, в основном барокко и иногда — классицизм. Все участники "Камераты" занимают престижные профессорские посты; записывается ансамбль на знаменитой фирме Harmonia mundi. Словом, этот коллектив, как и другие высококлассные ансамбли, ведет сегодня чинное "евростандартное" существование. Эпоха бунтарства, с которой начиналось аутентичное исполнительство, прошла, и нынешний образ жизни "исторических" музыкантов внешне мало отличается от деятельности их коллег, принадлежащих академической традиции.
На сцене различия по-прежнему радуют глаз и слух. Кельнцы умудряются музицировать без преувеличенной значительности и аффектации. Что тем более органично для старинной камерной музыки — она ведь и писалась не для того, чтобы музыканты приобщали благоговеющих слушателей к прекрасному. Как правило, в те времена всеобщих музыкальных умений слушали самих себя — во время игры. В ином случае под эти звуки занимались более важными делами, например ели. И никакого благоговения.
Конечно, сделать атмосферу современных концертов барочной музыки исторически достоверной невозможно: "четвертая стена" все равно разделяет сцену и партер. Camerata Koeln искупала это невероятной живостью игры и азартным интересом к собственному музицированию, которому невозможно было не поддаться.
Программу, привезенную в Петербург, озаглавили несколько угловато — "Германия и европейский восток". Обозначать это должно было, что рядом с шедеврами Телемана и Баха прозвучали сочинения их провинциальных современников (также принадлежавших немецкому музыкальному миру) Медера, Мютеля и Каннабиха. Сейчас нередко сопоставляют знаменитые шедевры и забытые раритеты — например, в недавней гастрольной программе ансамбля Райнхарда Гебеля Musica Antiqua Koeln тот же Телеман соседствовал с малоизвестными прибалтийскими барочных дел мастерами. Подобные коллажи по-своему эффектны: композитора великого и не очень объединяют приемы, разделяет — материал.
Но главное, что манит в "историческом исполнительстве", это старинные звуковые краски. И дело не в интересе к подлинности, а во влекущей красоте барочных тембровых сочетаний. Разумеется, Camerata Koeln играет на аутентичных инструментах. И если записи ансамбля кажутся совершенно стерильными, то в живом концерте его саунд обладает приятной шершавостью и остротой. Музыканты составляют идеальный ансамбль, в котором клавесин и струнные благородно создают фон для изумительных духовых. В Петербург в составе "Камераты" приехали флейтисты Михаэль Шнайдер и Карл Кайзер. Просветленное пение их инструментов стало основным тоном медленных пьес. А в быстрых именно виртуозные возможности флейт позволили задать сверхподвижные темпы, сделавшие прозрачную фактуру насыщенной, плотной и упругой.
В России на сегодняшний день отношение к аутентизму куда более горячее, чем на Западе, к нему уже привыкшем. В то же время отечественная практика, за немногими исключениями, все еще скудна и скучна. Возможно, в этом положении есть свои достоинства: провинциальность делает аудиторию пристально внимательной. И в рядовом концерте обычного хорошего немецкого ансамбля ей щедро открывается стильное мастерство и изысканная красота.
КИРА Ъ-ВЕРНИКОВА