"Эти произведения — последние пленные Второй мировой"
Юлюш Хрошчицкий, руководитель национального комитета истории искусства польской Академии наук:
— Я не состою на государственной службе и не знаю, подготовлено ли письмо в бюро полномочного представителя правительства по делам польского культурного наследия за границей относительно десяти объектов, находящихся в настоящее время в ГМИИ имени Пушкина. Бюро должно было отправить его еще в начале сентября, что, как мне кажется, было обусловлено визитом господина Путина в Польшу.
В Польше выпущено несколько публикаций о юридической стороне проблемы возврата произведений искусства, в том числе уже покойных профессоров Наглика и Прушиньского. Я принимал участие в двух польско-российских круглых столах, посвященных этой проблеме, и в 1994 году подписал "Гданьскую хартию охраны наследия" в связи с конференцией "Культурное наследие Европы: прошлое — будущее" с участием глав парламентов европейских стран в Гданьске.
Будучи еще молодым человеком, я был потрясен выставкой возвращенных СССР полотен в Национальном музее в Варшаве. Там было много замечательных работ, и среди них одна, вот уже 600 лет связанная с Гданьском,— это алтарное полотно "Страшный суд" Мемлинга. Потом было еще несколько российских даров для Королевского замка в Варшаве, среди которых фламандский гобелен "Потоп".
Мне кажется, мы прикладываем мало усилий к возврату произведений искусства, захваченных в годы Второй мировой войны в Гданьске и его окрестностях. Эти произведения закопаны глубоко в хранилищах, они "последние пленные Второй мировой", как сказал в 1994 году один из российских коллег. Добавлю, что до 1939 года Гданьск был "вольным городом" и формально не принадлежал германскому рейху до 1 сентября 1939 года. Представители Красной армии, взявшей Гданьск в 1945-м, не могли утверждать, что это трофейные объекты, как в Щецине или Берлине. Поэтому трудно объяснить их тайное хранение в течение 65 лет.
Произведения искусства, которые не показывают общественности,— это как молодая красивая женщина, которую прячут в шкафу от глаз людей всю ее жизнь! Это бессмысленно, потому что произведение искусства может существовать лишь тогда, когда его показывают, а без зрителей оно никому не нужно. Много лет мы просим вернуть их нам.
Российская сторона — я говорю об этом впервые — могла бы получить в обмен на гданьские полотна произведения искусства из Калининграда — Кенигсберга, вывезенные гитлеровцами в 1945 году в провинциальные склады и хранилища в Ольштыне и Кентшине.
Я считаю, что об этом стоит говорить с представителями академических кругов, музеев, а затем и властей.