Для кого-то Крым — это укрепление постсоветского суверенитета, для кого-то — утверждение собственных политических амбиций, для кого-то — просто возня вокруг прибыльных должностей. Корреспондент Ъ АЛЕКСАНДР Ъ-БОТОВ только что вернулся с полуострова, где побывал вместе с делегацией Госдумы, возглавляемой председателем комитета Думы по делам СНГ и связям с соотечественниками Константином Затулиным. Визит проходил в крайне нервной обстановке. Но ясно было одно: крымская проблема не существует без проблемы Черноморского флота, и наоборот. Драматургическое же оформление может быть разным.
За день до начала поездки, организованной по приглашению командования ЧФ, сопровождающих делегацию журналистов предупредили: возможны форс-мажорные обстоятельства. Но вряд ли кто мог предположить, что вся поездка станет непрерывным форс-мажором. Неприятности начались в "Шереметьево-2", откуда 26 марта спецрейсом компании "Орел-Авиа" делегация должна была лететь в Симферополь. Накануне, по правилам, запросили коридор в украинском воздушном пространстве, и устное согласие департамента воздушного транспорта Украины было получено. Но утром 26 марта работники "Орел-Авиа" обнаружили пришедший накануне (после окончания рабочего дня) письменный ответ Киева: из-за отсутствия разрешения Центрального командного пункта департамента "пересечение бортом #9865 украинских воздушных пределов" объявлялось неприемлемым. По свидетельству крайне удивленного руководства компании, этот запрет был первым в их практике. Попытки дозвониться по телефонам, указанным в послании, были безуспешны. Оставался единственный выход — лететь простым гражданским рейсом Москва--Симферополь, что делегация Затулина и сделала.
В Симферополе думцев ожидал безлюдный аэродром, не по-весеннему пронизывающий холодный ветер и перекрывающие все выходы в город крепкие парни в штатском и не совсем. Вместо розовощекой и улыбчивой крымчанки с хлебом-солью навстречу выдвинулась бесформенная служительница аэропорта, указавшая направление движения — на таможню, мол, как все. На паспортном контроле, который думцы проходили наряду с разношерстной толпой обывателей, прибывших в весенний Крым по своим обывательским делам, побеседовать с Затулиным изъявил желание прокурор Крыма Валентин Купцов. Депутату сделали представление генпрокуратуры Украины: его персонально предостерегали от каких-либо действий, в том числе заявлений, "направленных на подрыв территориальной целостности Республики Украина".
Позднее одна из самых официозных киевских газет — "Правда Украины" опубликует на эту тему статью под броским заголовком "Затулин предупрежден, на этот раз серьезно". Комментируя в беседе с корреспондентом Ъ юридическую правомочность сделанного прокуратурой предупреждения, выглядевший крайне усталым и подавленным Купцов заявил, что он вправе предостеречь любого на территории Украины. В данном случае речь шла о ст. 62 УК Украины, предусматривающей наказание за действия, направленные на изменение границ. По мнению прокурора, для вручения представления юридические обоснования совершенно необязательны, достаточно и фактических, кои, согласно логике Купцова, имелись.
Отбившись от осаждавших его журналистов, домогавшихся у Затулина заявления, что в Крым он де приехал "не для того, чтоб бить стекла", и что к низложенному Киевом президенту Мешкову относится как "к человеку, избранному крымчанами", делегация под прицелом объективов спешно погрузилась в машины и вскоре укрылась на территории одной из теперь уже немногих сухопутных воинских частей, находящихся в ведении ЧФ (России). Сопровождали гостей из Москвы представители аппарата Мешкова, командования флота, ВС Крыма. До штаба 126-й дивизии береговой охраны делегация проследовала под "очень скрытной" опекой белоснежных "жигулей".
В свое время эта дивизия одна из первых в Крыму подняла андреевский флаг. Сегодня он траурно поник. Причина проста: за последнее время было, по выражению комдива генерал-майора Владимира Карпова, ликвидировано большинство российских частей, находящихся за пределами Севастополя. Вслед за 39-й дивизией десантных кораблей, 14-й дивизией подлодок к лету настанет черед и 126-й. Для Киева присутствие дивизии в центре Крыма неудобно: несмотря на сокращенный состав (2 тыс. человек исключительно российского призыва), в ее распоряжении новейшая техника, количество которой сопоставимо с оснащением всех украинских частей, базирующихся на полуострове.
Уже в штабе дивизии выяснилось, что начальник УВД Севастополя генерал-лейтенант Белобородов, подчиняющийся непосредственно Киеву, отдал распоряжение на все КПП: не пропускать делегацию. На это уже никто — ни ВС Крыма, ни командующий флотом адмирал Балтин, ни тем более представители аппарата Мешкова — повлиять не смогли. В Севастополь делегация попала лишь на следующий день. Встреченная на границе города представителями командования флота и генерал-лейтенантом Белобородовым, повторившим предупреждения прокурора Кравцова, российская делегация в сопровождении эскорта попала в Севастополь. После встречи парламентариев с адмиралом Балтиным центр событий плавно переместился в зал, где комиссию по делам ЧФ встретил сам флот, точнее его офицеры. Надо признать, что на флоте московские визитеры воспринимаются с некоторым скепсисом — уже в течение четырех лет Москва расписывается в своем бессилии решить проблему ЧФ, Проблемы те же: неопределенность положения, критическая нехватка финансов, социальная незащищенность офицеров-пенсионеров. Это и было подчеркнуто во время встречи.
Для русских крымчан Черноморский флот — символ России. Но если для значительной части пророссийски настроенной общественности в Симферополе идея связи с Россией (вплоть до присоединения) ассоциируется — вопреки отмене института президентства — с Юрием Мешковым, то севастопольцы напрямую связывают свою судьбу именно с флотом. И когда украинские власти по отношению к флоту предпринимают такие демарши как, например, отключение телефонов, степень радикализма русских в Севастополе растет в геометрической прогрессии. Впрочем, эта тенденция наблюдается в Крыму повсеместно, как и ажиотаж вокруг любого проявления интереса Москвы к судьбам соотечественников. Российскую делегацию русские повсеместно встречали митингами, на которых скандировали: "Севастополь, Крым, Россия!"
При этом украинская пресса чаще всего пишет, что решение ВС Украины об отмене президентства в Крыму было воспринято крымчанами спокойно и даже пассивно. Недовольство же выражают, в основном, люди преклонного возраста, которые не в состоянии изменить своим промосковским принципам. При этом украинская пресса упускает из виду, что за Мешкова проголосовали 70% крымчан, и правительство Сабурова пришло к власти на волне довольно широкой поддержки. Противостояние президента и ВС могло подорвать веру в политическую силу конкретных людей, будь то Мешков или Цеков, однако служит ли это подтверждением того, что поубавилось пророссийски настроенных избирателей? На этот вопрос, учитывая политическую усталость и разочарование крымчан, видимо, может ответить лишь развитие событий вокруг Черноморского флота — единственной силы, не утратившей в глазах крымчан ореола российского могущества.