Вчерашнее пленарное заседание Думы прошло в попытках депутатов разобраться в конфликтах, к возгоранию которых они, строго говоря, прямого отношения не имеют: обсуждались приватизация ОРТ и положение в Чечне. Между тем в резерве повестки дня пятничного заседания стояло обсуждение законопроекта "О собственности России, находящейся за рубежом". И здесь у депутатов есть все шансы разжечь новый конфликт.
Собственность зажигает огонь в глазах каждого
Маркс абсолютно прав: собственность — это всегда узел противоречий (особенно когда речь заходит о зарубежной собственности). Совершенно отчетливо это можно проследить на примере сегодняшней российской экономики, которая проходит сейчас фазу становления эффективного собственника. Неясен даже исходный пункт: а о какой, собственно, собственности идет речь?
Цифры называются самые разные. В сентябре 1993 года эксперты Верховного Совета оперировали явно заниженной оценкой в $10 млрд, а спустя год разработчики законопроекта от ЛДПР раздвинули "ножницы": от $100 млрд до $300 млрд. МИД в своей официальной информации о российской зарубежной собственности сообщает, что совзагранучреждения, каковых насчитывается 231, и вся недвижимость МИД — это всего $2 млрд. Лаконичен и Центральный банк. В соответствии со ст. 6 и 9 закона о валютном регулировании и валютном контроле переводы российских резидентов за рубеж осуществляются по лицензиям ЦБ, в которых оговорена и репатриация доходов от зарубежных инвестиций. Читателей Ъ порадует признание ЦБ, что за период лицензирования (с 1992 года) ни одно физическое лицо официально не получило разрешения на приобретение собственности за рубежом. Некоторую экзотику оценкам загрансобственности придает позиция Русской православной церкви, которой тоже не чужды собственнические интересы. При этом РПЦ особенно беспокоит невозвращение в лоно Московской патриархии храмов в Германии, Израиле и Эстонии. Стоит ли говорить, что самые низкие шансы на возврат собственности, оказавшейся в Эстонии.
Инициатива у правительства
Итак, пока ясно одно: зарубежная собственность у России есть. А это значит: кто-то должен ее контролировать. В желающих, понятно, недостатка нет. Правительство опередило законодателей. В январе 1995 года принято постановление "Об управлении федеральной собственностью, находящейся за рубежом" (см. Ъ от 12 января), которым кабинет уполномочил Госкомимущество распоряжаться зарубежной собственностью. При этом поставлен ряд барьеров на пути использования зарубежной российской недвижимости негосударственными предприятиями. В частности, вносить зарубежную собственность в капитал создаваемых совместных предприятий могут исключительно госпредприятия и само Госкомимущество (объединение в последнем функций государственного ведомства и предпринимательской структуры уже не отличается правовой чистотой). Утешаться предпринимателям остается тем, что Госкомимущество вправе, в свою очередь, передавать в управление юридическим и физическим лицам на конкурсной основе доли, паи и акции предприятий, учрежденных этим ведомством за границей с участием зарубежной российской собственности.
Находка правительства в том, что к российским зарубежным активам отнесено и имущество бывшей Российской империи. Звучит гордо, но в условиях, когда царские долги Россией официально не признаны, это присоединение существенно запутывает поиски зарубежной собственности. Не исключено, что именно это и входит в планы правительства, которое, конечно, предвидело неизбежность конфронтации с законодателями.
А на ваш законопроект у нас есть свой
Конфронтация на пороге. В Думе подготовлено два законопроекта. Начало положила фракция ЛДПР, проект которой совершенно недвусмысленен. Ст. 7 гласит: "Доходы от использования зарубежной собственности направляются в специальный внебюджетный фонд, учреждаемый Российским агентством заграничной федеральной собственности. Распределение доходов утверждается Государственной думой с одобрения Совета федерации". Тактика правительства состоит в том, что группа близких к правительству (а точнее, к Госкомимуществу) депутатов выступила с контрпроектом. По существу, в нем повторены основные положения упомянутого правительственного постановления, которое возводится в ранг закона. Ст. 4 не уступает в откровенности проекту ЛДПР: "Порядок осуществления прав и обязанностей в отношении объектов права собственности России, находящейся в иностранных государствах, определяется правительством".
Так что грядущее обсуждение в Думе обещает быть весьма напряженным. Это, впрочем, никого не удивляет. В принципе, исход может оказаться и вполне мирным: депутаты согласятся на "нулевой вариант" и снимут оба законопроекта. Но такая ничья, однако, будет в пользу правительства.
ВАДИМ Ъ-БАРДИН, НАТАЛЬЯ Ъ-САМОЙЛОВА