В конце прошлой недели переговоры между российским правительством и делегацией МВФ ознаменовались достигнутой между Виктором Черномырдиным и Мишелем Камдессю договоренностью о выделении России в 1995 году стабилизационного кредита (см. стр. 1). Она стала возможной в том числе и благодаря своевременно подписанному российским премьером правительственному постановлению "О регулировании доступа к системе магистральных нефтепроводов, нефтепродуктоводов и терминалов в морских портах для вывоза нефти, нефтепродуктов за пределы таможенной территории российской Федерации" (см. Ъ от 4 марта). Это постановление резко сокращает возможность административного вмешательства в регулирование экспорта нефти.
Равные права грузоотправителей нефти — независимо от их формы собственности — на доступ к экспортным нефтепроводам являлись на протяжении последнего полугода одним из ключевых моментов торга российского правительства с международными финансовыми организациями. Еще в сентябре 1994 года рабочая группа российского правительства и миссия МБРР договорились о том, что к началу 1995 года будут разработаны процедуры недискриминационного доступа к экспортным нефтепроводам. При этом основным принципом новой системы вывоза нефти должен был стать неограниченный доступ к трубе всех производителей нефти. Ограничения могли вводиться только при допуске к нефтепроводам с ограниченной пропускной способностью (прежде всего речь идет о трубопроводах, проложенных к Новороссийску). В этом случае первоочередное распределение прав допускалось только в рамках межправительственных обязательств России. "Простые смертные" могли рассчитывать на прокачку нефти на Запад пропорционально существующим объемам добычи. В дальнейшем предполагалось разработать механизм доступа к нефтепроводам и трейдеров. Однако Минтопэнерго смогло в декабре 1994 года существенно изменить ситуацию. В проекте правительственного постановления, определяющем новый порядок экспорта нефти и нефтепродуктов, было указано, что поставки нефти на внутренний рынок должны составлять не менее 65% от объема добываемой нефти. Другими словами, отменяемые с 1 января 1995 года экспортные квоты заменялись внутренними.
Реакция международных финорганизаций не заставила себя ждать. Президент МБРР Льюис Престон в своем письме предостерег правительство от простой замены одной административной системы регулирования нефтеэкспорта другой. Угроза остаться без международных кредитов оказалась действенной — внутренние квоты были исключены из основных условий использования системы магистральных нефтепроводов, утвержденных 31 декабря. Правда, право доступа к трубе все равно зависело от поставок нефти на внутренний рынок. Такое положение дел в принципе устраивало Минтопэнерго, так как позволяло ему контролировать экспортные поставки нефти посредством внутриведомственных распоряжений.
То, чего не добился МБРР (отмены внутренних квот на поставки нефти), смог достичь МВФ. Во время последних переговоров в Москве миссия МВФ настояла на том, чтобы российское правительство не только взяло на себя обязательство изменить условия использования системы экспортных нефтепроводов, но и выполнило их в кратчайшие сроки. Согласно последнему правительственному постановлению, "состояние поставок нефти и нефтепродуктов на внутренний рынок не может служить основанием для ограничения доступа грузоотправителей к транспортным системам или отказа в регистрации экспортных контрактов".
Однако без ложки дегтя бочки меда быть не может: в последнем постановлении трейдеры и производители нефти не были полностью уравнены, как ожидалось, в праве на доступ к трубе. Эта задача, по-видимому, будет решаться на следующих этапах торга с международными финансовыми организациями.
КОНСТАНТИН Ъ-ЛЕВИН