Черный лебедь и Ревущий Котенок

«Дурные деньги»: история Кита Гилла, сломавшего Уолл-стрит

В прокат выходят «Дурные деньги» Крейга Гиллеспи — реальная история вызова системе, выдержанная, несмотря на злободневность, в отчетливых ретротонах.

Текст: Станислав Ф. Ростоцкий

Фото: Global Film

«Дурные деньги» — снисходительное жаргонное выражение, используемое на Уолл-стрит по отношению к индивидуальным инвесторам. Типичным представителем этого племени является Кит Гилл, ведущий на Reddit канал под ником Ревущий Котенок: выглядящий моложе и без того небольших своих лет, носящий безразмерные футболки с котятами и неизменно предпочитающий пятидолларовому корпоративному «Хейнекену» пиво из Милуоки себестоимостью 50 центов. В один прекрасный день Котенок вкладывает последние полсотни тысяч в акции доживающей последние дни сети магазинов видеоигр GameStop. «По приколу» подписчики Гилла начинают тоже скупать акции, где-то неподалеку хлопает крыльями черный лебедь, рост акций достигает девятисот процентов, на происходящее обращают внимание в Белом доме, портрет Ревущего Котенка (разумеется, в соответствующей футболке) появляется на обложке Forbes. А тем временем капиталистические акулы, которые хотели обанкротить GameStop между делом, теряют по миллиарду в день. И все из-за «дурных денег».

Режиссер Крейг Гиллеспи обратил на себя внимание уже вторым фильмом, несколько девиантным ромкомом «Ларс и реальная девушка» (2007), где за полтора десятка лет до «Барби» совсем еще юный Райан Гослинг строил отношения с заказанной по интернету ростовой куклой. Правда, три года спустя Гиллеспи несколько умерил первоначальный энтузиазм критиков, сняв неудачный ремейк культовой вампирской «Ночи страха», но в 2021-м целиком и полностью реабилитировался с «Круэллой», поведав подлинную историю злодейки из «101 далматинца» одновременно лихо, изысканно и строго в рамках возрастных ограничений, на зависть Тиму Бёртону периода расцвета. Но если приглядеться к фильмографии Гиллеспи, становится ясно, что он совсем не такой фантазер-визионер, как может показаться при первом приближении. Куда больше его интересуют персонажи и сюжеты из обычной жизни, основанные, как принято писать в титрах, «на реальных событиях» — ну или в крайнем случае очень на них похожие: нью-йоркская мать-одиночка записывается в конную полицию («Конный полицейский», 2013); спортивный агент переманивает индийских игроков в крикет в Высшую лигу американского бейсбола («Рука на миллион», 2014); сотрудники береговой охраны на деревянных моторках спасают экипажи сразу двух нефтяных танкеров («И грянул шторм», 2016). Апофеозом такого подхода стал байопик скандальной фигуристки Тони Хардинг «Тоня против всех» (2017), получивший один из трех возможных «Оскаров» и ставший для Марго Робби своего рода «тренировкой с отягощениями» перед той же «Барби». Так что, принимаясь за историю Ревущего Котенка (в основу сценария легла оперативно написанная Беном Мезрихом книга «Асоциальная сеть»), Гиллеспи со всей очевидностью занялся своим делом. В результате «Дурные деньги» интересно смотреть даже тем, кто по части финансовой грамотности не продвинулся дальше скупки отелей в игре «Монополия». Несмотря на то, что показанные события произошли буквально пару лет назад (заработав $35 млн, Гилл опубликовал свой последний пост 16 апреля 2021 года и с тех пор на публике не появляется; впрочем, как явствует из финальных титров, запущенное им движение продолжает набирать обороты, и теперь с «дурными деньгами» приходится считаться) и на экране присутствуют все необходимые приметы эпохи (от масочного режима в аэропорту до Илона Маска в телевизоре), фильм в целом вызывает ощущение скорее ностальгическое.

Перед глазами встает благословенная эпоха конца 1980-х — начала 1990-х, время заката жанра «яппи в опасности», первых экранизаций Джона Гришема и СПИДа вместо коронавируса. Дело не только в том, что камнем преткновения становится тут на ладан дышащий гиковский магазин видеоигр, забитый никому уже даром не нужными носителями. В саундтреке находится место не только Кендрику Ламару, но и «I’d Do Anything For Love (But I Won’t Do That)» Meat Loaf; устраиваясь перед монитором, Гилл повязывает голову красной лентой — то ли Рэмбо, то ли черепашка-ниндзя. Да и сам Гилл вместе со своей женой Каролин прекрасно смотрелись бы в качестве членов «Клуба „Завтрак”», а сыгравшие их Пол Дано и Шейлин Вудли, соответственно, могли бы без собеседования занять свои места в актерском братстве «иксеров» Brat Pack.

Тем же, для кого и это окажется чуждым и непонятным, можно предложить еще один ключ к сейфу, где хранятся «дурные деньги». Все происходящее поразительно напоминает попытку Акционерного общества гигантских растений выйти на рынок в бессмертном романе-сказке Николая Носова «Незнайка на Луне»: «Акции — это такие бумажки, вроде денежных знаков. Их можно напечатать в типографии. <…> Вырученные деньги затратим на постройку летательного аппарата, а когда семена будут доставлены, каждый владелец акций получит свою долю семян. Разумеется, у кого окажется больше акций, тот и семян получит больше». И самое главное: «Деньги на это дело должны дать сами бедняки». То есть те фертинги и сантики, которые лунные коротышки вложили в акции, вызвавшие нешуточный переполох на «Большом бредламе» лунных капиталистов, как раз и были теми самыми «дурными деньгами». Но если на Луне все в конце концов закончилось «революцией невесомости» и, видимо, грядущей отменой товарно-денежных отношений вообще, то Ревущий Котенок хоть и расшатал золотую клетку, но (даже пропав с радаров) так и остался внутри. Потому что — и эту фразу произносит как персонаж Дано, так и самый настоящий Кит Гилл во фрагменте реальной хроники — «Мне просто нравятся акции».

В прокате с 5 октября


Подписывайтесь на канал Weekend в Telegram

Вся лента