С кризиса 2008 года идеи вовлечь бизнес в работу над отраслевым регулированием ради посткризисного восстановления экономики не покидают власть. В 2009, 2012, а затем и в 2015 годах с новым рвением создавалась среда для саморегулируемых организаций, донастраивались и расширялись институты оценки регулирующего и фактического воздействия (ОРВ и ОФВ), реформировались общественные советы при ведомствах и создавались экспертные советы при правительстве.
Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ
Фото: Александр Казаков, Коммерсантъ
Необходимость перезапуска инвестиционного цикла после коронакризиса возродила дискуссии о расширении саморегулирования бизнес-среды. Так, по данным “Ъ”, в середине февраля в Минпромторге заместитель главы ведомства Василий Осьмаков обсуждал с бизнесом идею формализации отраслевых промышленных союзов. Как поясняют “Ъ” участники разговоров, речь идет о соуправлении отраслью при взаимных обязательствах регулятора и отраслевого союза. По задумке Минпромторга, при разработке проектов министерство будет запрашивать отзыв союза о возможном их влиянии на отрасль, а бизнес — снабжать регулятора данными об объеме и ассортименте произведенной промпродукции, а также производственных планах. При этом отраслевые союзы будут консультировать правительство и о целесообразности господдержки предприятий в зависимости от их влияния на перспективы развития отрасли.
Де-факто речь вновь идет о передаче части госфункций на аутсорсинг рынку — в обмен на его прозрачность перед государством. Отметим, что появление реальных рычагов влияния могло бы привлечь в союзы крупных игроков, заинтересованных в максимизации прибыли и повышении эффективности экономики. Однако конструкция, в которой рынок действует исключительно в собственных интересах, очевидно, неосуществима: по понятным причинам пусть и непопулярные, но политические решения не могут блокироваться несогласием бизнеса.
По мере же сокращения спектра передаваемых полномочий интерес бизнеса к кооперации с государством снижается: без гарантированного влияния на госрегулирование риски раскрытия коммерческих планов для эффективных компаний становятся несоизмеримы, а сам отраслевой союз рискует превратиться в очередной орган национализации убытков, став пристанью для компаний, нуждающихся лишь в господдержке и не нацеленных на разработку решений для развития отрасли.
Баланс в схеме саморегулирования предполагает если не гарантии, то реальную возможность бизнеса быть «услышанным» и не нести дополнительных рисков. Де-факто по такому принципу уже действует механизм ОРВ, который хоть и не блокирует принятие нормативно-правовых актов при отрицательных отзывах, но по крайней мере дает бизнесу возможность высказаться в дискуссии. Призрак же саморегулирования, видимо, будет возвращаться в ведомства регулярно — поиск путей восстановления экономики завершенным назвать сложно.