ГУЛАГ ждет туристов

Сталинский лагерь на Колыме превратят в музейный комплекс

В России появится уникальный музейный комплекс — на месте лагеря системы ГУЛАГа «Днепровский» в Магаданской области. Лагерь детально описан в воспоминаниях бывших заключенных, говорит директор Музея истории ГУЛАГа Роман Романов, а кроме того, он лучше всего сохранился из аналогичных учреждений к востоку от Москвы. Музей уже договорился с правительством области о присвоении «Днепровскому» статуса объекта культурного наследия. В следующем году туристы смогут посетить бывший рудник, где осужденные по политическим статьям добывали олово. “Ъ” рассказывает историю лагеря от создания до нынешних дней.

Лагерь системы ГУЛАГа «Днепровский»

Фото: Музей истории ГУЛАГа

Законсервирован Колымой

Невысокие крутые сопки, поросшие клочьями травы, елки в рост человека, кусты кедрового стланика. Так выглядит местность, в которой находится сталинский лагерь-оловянный рудник «Днепровский» в Магаданской области. Под ногами — крупные битые камни, которыми 60 лет назад укрепляли и выравнивали тропы советские заключенные, несправедливо и незаконно отправленные на каторжные работы. На этом фоне — рыжем, сером и зеленом — хорошо видны черные строения: деревянные переплетения смотровых вышек, здания администрации лагеря и горно-обогатительной фабрики, вход в штольню, рельсы и вагонетки. В стороне — обмазанный смесью глины, соломы и извести домик штрафного изолятора, вокруг него высокий деревянный забор. Всего на территории 7 км сохранилось 70 лагерных объектов.

В ближайшем будущем эти постройки будут законсервированы, а территория станет доступна для организованных экскурсий: туристы смогут пройти по руднику и увидеть, какая жизнь ждала каторжан.

«Здесь уникальная ситуация, такого в России больше нет. Лагерей системы ГУЛАГа такой сохранности ближе к Москве просто нет,— рассказал “Ъ” директор музея истории ГУЛАГа Роман Романов.— И к тому же он очень детально описан в воспоминаниях бывших заключенных». Господин Романов пояснил, что в московский музей часто обращаются люди с вопросом, куда можно съездить, чтобы посмотреть на сталинские лагеря.

Несмотря на то что в системе ГУЛАГа в СССР было 427 лагерей, сейчас в России нет комплекса такой сохранности, как Освенцим в Польше или другие нацистские лагеря в Германии. «Теперь есть ощущение, что впервые у нас появляется лагерь в хорошем состоянии и хорошо описанный. Мы мечтали о таком музейно-мемориальном комплексе, и сейчас эта мечта начинает реализовываться»,— отметил господин Романов.

Лагерь системы ГУЛАГа «Днепровский»

Фото: Музей истории ГУЛАГа

На этой неделе Музей истории ГУЛАГа и Фонд памяти подали заявку в правительство Магаданской области на присвоение территории рудника статуса объекта культурного наследия. Губернатор области Сергей Носов поддержал инициативу. «Присвоение "Днепровскому" нового статуса — важный этап совместной с музеем работы по сохранению истории Магаданской области. Проект позволит создать мемориальную инфраструктуру, сохранить объект в его сегодняшнем состоянии и поможет сделать историю региона доступной для людей»,— прокомментировал господин Носов.

Хотя слово «Колыма» способно отпугнуть туристов, музейщики уверяют, что рудник «легкодоступен» для посещения.

«Это самолет до Магадана, а оттуда 4,5 часа на автомобиле — 300 км хорошей дороги и 20 км грунтовки. А может быть, и вертолет от властей области будет»,— рассказал господин Романов.

Он уточнил, что до многих других лагерей ГУЛАГа вообще не добраться: каторжан отправляли в самые далекие края страны.

Лагерь с видом, как в Швейцарии

Колымские сопки заинтересовали руководство СССР в конце 20-х годов прошлого века, когда геологические экспедиции обнаружили там золотоносную руду. В 1931 году Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «О Колыме», после чего был основан специальный трест «Дальстрой», который занялся промышленной добычей золота, а затем и олова на этой территории. Все мероприятия по организации работ на тресте были поручены Объединенному государственному политическому управлению (ОГПУ) при Совете народных комиссаров (СНК) СССР. Управление создало Северо-Восточный лагерь — СВИТЛ, или Севвостлаг — в поселке Усть-Средникан. В бухту Нагаева начали прибывать первые суда с заключенными. Впоследствии в этой бухте вырос город Магадан.

На колымских сопках и по берегам рек Индигирка, Колыма, Яна и Анадырь стали появляться прииски — и каждый прииск был лагерем для каторжан. В 1938 году Дальстрой перешел в ведение НКВД, а в 1940 году Севвостлаг был переименован в Управление северо-восточных исправительно-трудовых лагерей (УСВИТЛ). Территория треста составляла свыше 2 млн кв. км — больше площади Западной Европы. К 1942 году на Колыму было завезено 356 тыс. заключенных. Смертность достигала 25%.

Фото: Музей истории ГУЛАГа

В 1941 году на сопках около ручья Днепровского работала экспедиция под руководством геолога Юрия Кузнецова, будущего академика Академии наук СССР. Здесь они обнаружили залежи касситерита — оловянной руды. Летом того же года первые отряды осужденных начали здесь строить бараки, промышленные здания и рыть штольни. Лагерь записали «Днепровским», по названию ручья. Зачастую осужденных никто не охранял: надежной защитой от побегов были сотни километров тундры.


«Большая зона лагеря раскинулась у подножия очень высокой сопки. Между немногими старыми бараками стоят длинные зеленые палатки, чуть повыше белеют срубы новых строений. За санчастью несколько зеков в синих спецовках копают внушительные ямы под изолятор. Столовая же разместилась в полусгнившем, ушедшем в землю бараке. Нас поселили во втором бараке, расположенном над другими, недалеко от старой вышки. Я устраиваюсь на сквозных верхних нарах, против окна. За вид отсюда на горы со скалистыми вершинами, зеленую долину и речку с водопадиком пришлось бы втридорога платить где-нибудь в Швейцарии. Но здесь мы получаем это удовольствие бесплатно, так нам, по крайней мере, представляется. Мы еще не ведаем, что, вопреки общепринятому лагерному правилу, вознаграждением за наш труд будут баланда да черпак каши — все заработанное нами отберет управление береговых лагерей».

Из воспоминаний бывшего заключенного рудника «Днепровский» Петра Деманта


Политическим — колючая проволока

С 1941 по 1944 год заключенными Севвостлага было добыто 750 тонн олова. К этому времени порода на руднике «Днепровский» истощилась. Руководство горнопромышленного управления признало объект нерентабельным и законсервировало рудник. Каторжане были вывезены в другие лагеря. Но рудник снова заработал после того, как в 1948 году МВД СССР организовало лагеря со строгим режимом «для содержания особо опасных государственных преступников». И тут речь шла не о закоренелых ворах, убийцах и рецидивистах, а об осужденных по политической 58-й статье УК СССР — шпионах, диверсантах, террористах, а также троцкистах, меньшевиках, эсерах, белоэмигрантах и националистах. Под националистами в первую очередь подразумевались жители оккупированной нацистами в годы Второй мировой войны Украины, а также участники украинских националистических военных и политических организаций УПА и ОУН.

Согласно приказу НКВД СССР, в особых лагерях устанавливался десятичасовой рабочий день, не считая одного часа на обед. Норма жилой площади устанавливалась в 1,6 кв. м на одного человека.

Бараки были с решетками на окнах, а на входе стояли охранники с оружием. Ночью бараки запирались на засов. В первый год пребывания в лагере каторжане лишались права переписки. Также они были обязаны носить на одежде специальные номера, которые пришивались на штанину, ватник и шапку. К отдельным каторжанам, склонным, по мнению администрации лагеря, к побегам, при конвоировании применялись наручники. Любые нарушения режима и отказ от работ для каторжан, как правило, карались либо удлинением рабочего дня, либо несколькими сутками карцера, а в некоторых случаях дополнительным сроком заключения.

В 1949 году в «Днепровский» были привезены заключенные особого лагеря №5 «Береговой» (Берлаг). Это были в основном «особо опасные преступники» — бывшие советские военнопленные и осужденные националисты с Украины, из Белоруссии, Латвии, Литвы, Эстонии. Были и те, кто сражался в армии генерала Власова, воевавшего на стороне гитлеровской Германии, а также полицаи и другие изменники Родины. Начальником рудника был назначен Дмитрий Каралефтеров, изобретатель, директор Калужского машиностроительного завода, осужденный в 1937 году на пять лет и сумевший после освобождения вновь выдвинуться на Колыме как успешный производственник.


«6 мая 1949 г. нас привезли на прииск "Днепровский". Это огромная рабочая зона в долине между гор, 8х3 км. Речушка-ручей, в которой есть касситерит (руда олова), а в горах, в шахтах и штреках, в породе — пластами этот самый будущий металл. По периметру стоят вышки, а на возвышенности — еще зона, уже лагерная. Этот прииск почему-то был в конце войны законсервирован. Даже ходили слухи, что в горах в шахту загнали людей и вход взорвали, но это слухи. Теперь здесь все в движении — начало промывочного сезона. В лагере уже 1000 человек. Бригады по 40–50 зэков получают утром с развода лотки — такие же, как для промывки золота, и моют песок из речки, из старых отвалов. Ходят по всей зоне. Есть бригады и в шахтах, где руду добывают, устраивая взрывы, и везут потом на фабрику. Тут только 58-я статья. Этот лагерь относится к системе "Берлаг"».

Из воспоминаний бывшего заключенного Берлага Всеволода Пепеляева

Лагерь системы ГУЛАГа «Днепровский»

Фото: Музей истории ГУЛАГа


«В лагере не было запаса дров. Осенью 1949 года, когда нас привезли на "Днепровский", нам пришлось самим все строить и поторапливаться. Кроме двух старых бараков, ничего не было. Жили в палатках. Посреди палатки железная бочка из-под солярки, и всю ночь дневальный поддерживает в ней огонь. Голова примерзает к брезенту, а пяткам жарко».

«Кончился промывочный сезон 1949 года. То ли Колыма не выполнила план по олову, то ли выполнила, но начальство хотело получить премию за сверхплановый металл. И в начале зимы нас заставили промывать смерзшиеся пески. В чугунных зумфах растапливали снег, а потом в этой ледяной воде, на морозе, под открытым небом гоняли лоток взад-вперед и, орудуя скребком, добывали металл. Руки наши, покрытые толстым слоем цыпок, трескались и синели. Под зумфами мы разжигали костры. Голодные, промерзшие, все время жались к огню, и поэтому телогрейки и валенки были прожжены».

Из воспоминаний бывшего заключенного рудника «Днепровский» Семена Виленского.


В начале 1950 года на руднике работало 1196 заключенных. Их инструментами были кирка, лопата и тачка. Однако часть наиболее тяжелых работ была механизирована, в том числе американским оборудованием фирмы «Дэнвер», поставлявшимся в годы войны по ленд-лизу. С помощью этого оборудования удавалось добывать по 100–130 тонн руды в год.


«Плотники делали бункер, эстакаду, лотки, а наша бригада устанавливала моторы, механизмы, транспортеры. Всего мы запустили шесть таких промприборов. По мере пуска каждого на нем оставались работать наши слесари — на главном моторе, на насосе. Я был оставлен на последнем приборе мотористом. Работали в две смены, по 12 часов, без выходных. Обед приносили на работу. Обед — это 0,5 литра супа (воды с черной капустой), 200 граммов каши-овсянки и 300 граммов хлеба. Моя работа — включи барабан, ленту и сиди смотри, чтобы все крутилось да по ленте шла порода, и все. Но бывает, что-то ломается — может порваться лента, застрять камень в бункере, отказать насос или еще что. Тогда давай, давай! 10 дней днем, десять — ночью. Днем, конечно же, легче. С ночной смены пока дойдешь в зону, пока позавтракаешь, и только уснешь — уже обед, ляжешь — проверка, а тут и ужин, и — на работу».

Из воспоминаний бывшего заключенного рудника «Днепровский» Всеволода Пепеляева


Перемены на сопках

Сразу после смерти Сталина в марте 1953 года были изданы постановления о сворачивании ряда крупных промышленных объектов МВД. Дальстрой был передан в ведение Министерства металлургической промышленности СССР. Все лагеря, находящиеся в системе УСВИТЛ, стали активно ликвидироваться. 27 марта было издано постановление Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии», согласно которому в системе Дальстроя на 1 апреля 1953 года было освобождено 50 тыс. заключенных. В 1954 году особый лагерь «Береговой» закрыли, но рудник «Днепровский» еще несколько месяцев продолжал функционировать. Окончательно «Днепровский» был закрыт в начале 1955 года.


«Начались перемены. Сняли решетки с окон, ночью не стали запирать бараки: ходи по зоне куда хочешь. В столовой хлеб стали давать без нормы, сколько на столах нарезано — столько бери. Там же поставили большую бочку с красной рыбой — кетой, кухня начала выпекать пончики (за деньги), в ларьке появились сливочное масло, сахар. Начальник режима (эстонцы называли его "начальником прижима") ходит по зоне — улыбается, ему, наверное, делать нечего, не за что наказывать. Некоторые зэки с 58-й статьей с видимым удовольствием стали употреблять блатной жаргон, вставляя в разговор слова "чернуха", "параша", "вертухай", "попка"...

Особенно это стало заметно, когда жизнь в лагере улучшилась. Даже стали говорить: "Живем как при коммунизме". И конечно, этим "заболели" только молодые, здоровые — они сделались какими-то приблатненными. Старые лагерники, вообще пожилые, конечно, понимали и употребляли лагерный язык, но не бравировали этим, а просто уже сжились и частично отвыкли от правильной русской речи.

Пошел слух, что наш лагерь будут консервировать, закрывать. И действительно, вскоре началось сокращение производства, а потом — по небольшим спискам — этапы. Много наших, и я в том числе, попали в Челбанью. Это совсем близко от большого центра — Сусумана. Здесь в шахтах шла добыча золота, и, несмотря на самые морозы, начали устанавливать драгу — эту плавучую фабрику по промывке песков».

Из воспоминаний бывшего заключенного рудника «Днепровский» Всеволода Пепеляева


Многие каторжане уже реабилитированы, других реабилитация еще ждет. Точное количество заключенных, прошедших через «Днепровский», исследователям Музея истории ГУЛАГа еще предстоит выяснить. Численность лагеря варьировалась в разные годы от 500 до 1500 человек. Сколько людей погибло — также неизвестно. Смертность в особых лагерях была выше, чем в исправительно-трудовых. В Берлаге в разные годы смертность составляла от 10% до 20%.

Сейчас на территории рудника сохранился некрополь, который насчитывает 70 могил. Их можно опознать по столбикам с прикрепленными металлическими бирками-номерами. Но здесь обычно хоронили тех, кто погибал во время работ в промышленной зоне, в то время как значительное количество людей умирало в лагерной больнице и ШИЗО, расположенных вне рудника.


«В 1949 году смертность была здесь ниже, чем в конце 30-х годов и во время войны. Умирали у нас в основном люди из Прибалтики, а славяне выживали, и даже узбеки. Заключенным нашего лагеря повезло потому, что заведовала медицинской частью жена начальника лагеря майора Федько, а она была женщина добрая. Сам же майор был фантазер, идеалист и пьяница. Летчик, после войны в Германии проштрафился и, уж не знаю, как это получилось, оказался на Колыме начальником большого лагеря».

Из воспоминаний бывшего заключенного рудника «Днепровский» Семена Виленского


Трест Дальстрой был ликвидирован путем реорганизации в 1957 году. Всего за время существования треста на Колыме было образовано 25 исправительно-трудовых лагерей, в которые входило 508 отделений, распределенных по семи горнопромышленным управлениям. В Музее истории ГУЛАГа отметили, что, по имеющимся архивным данным, с 1932 по 1954 год через лагеря Дальстроя и особого лагеря №5 прошли 859 911 заключенных, из которых умерли 121 256 человек, бежали 7800.

Рудник «Днепровский» не остался забытым — сюда приезжают местные краеведы, потомки бывших заключенных, а также интересующиеся историей. Здесь установлены два креста: один, по данным краеведов, поставили поляки в память о своих гражданах, второй — прихожане православной церкви из ближайшего поселка. Также магаданские компании предлагают экскурсионные туры на рудник.

Несмотря на удаленность, лагерь все-таки страдает от вандализма: десять лет назад сгорело здание обогатительной фабрики.

«Поэтому важно сейчас начать музеификацию рудника. Это, скорее всего, будет культурно-исторический парк "Днепровский"»,— подчеркнул господин Романов.

Последнюю неделю в лагере работали специалисты музея. Они описали территорию, составили детальную карту местности. «Каждый объект мы снимали в формате 360 градусов. Все снимки будут в очень хорошей оцифровке. Далее все будет наложено на карты 40-х годов. Мы нашли объекты, которые были описаны в воспоминаниях бывших заключенных, например барак усиленного режима. Также уточнили, как в лагере была устроена жилая зона»,— рассказал господин Романов. Удалось даже подняться на некоторые смотровые вышки и отснять их изнутри. Там до сих пор сохранились надписи, сделанные охранниками, добавили в музее.

Впереди — создание «маршрутов памяти» и строительство мемориального комплекса. Губернатор области Сергей Носов предложил музею подготовить техническое задание на создание комплекса и отметил, что готов обратиться за государственной поддержкой. Первых туристов новый музейно-мемориальный комплекс сможет официально принять уже в следующем году.

Анастасия Курилова