Основной крокодилий инстинкт
Татьяна Алешичева о Шарон Стоун в «Мозаике» Стивена Содерберга
Канал HBO показал "Мозаику" — новый сериал Стивена Содерберга. Успевшая побывать интерактивной игрой, а теперь собранная в линейную телеверсию, эта детективная история по-прежнему может читаться по-разному — как поиск убийцы или как критика капитализма
Писательница Оливия Лейк (Шарон Стоун), много лет назад опубликовавшая бестселлер для детей, живет в своем поместье в штате Юта, как сказочная фея капитализма. Книга продолжает приносить доход, новых Оливия не сочиняет, зато учреждает благотворительный детский фонд «Мозаика» и иногда водит детишек на экскурсию по своему участку, где установлены фигуры сказочных зверей из ее книжки. Для поддержания реноме Оливия занимается графическим дизайном — это становится поводом нанять в качестве мальчика на побегушках начинающего художника комиксов Джоела (Гарретт Хедлунд), на которого она положила глаз. А на участок Оливии положил глаз ее сосед, замыслив выгодно его перепродать. Но упрямая стерва ни в какую не хочет расстаться с собственностью. Тогда сосед нанимает афериста Эрика (Фредерик Уэллер), чтобы тот окрутил своенравную тетку и уговорил съехать. Хитрый план дает осечку: Эрик влюбляется в Оливию и раскрывает карты, она — уже успев принять от него кольцо — теперь с треском его выгоняет. Незадолго до этого достается и Джоелу — решив, что тут ловить больше нечего, Оливия выносит мозг парню, без экивоков называя его бездарностью с симпатичной мордашкой. Вечер перестает быть томным, а наутро Оливия исчезает. Полиция натыкается в ее студии на кровавый разгром и сажает Эрика за убийство.
Содерберг задумал «Мозаику» как интерактивную игрушку для мобильных приложений. Зритель должен был стать участником расследования и соавтором детективной истории, по собственному произволу тасуя кусочки мозаики: выбрать, смотреть на события глазами Эрика или Джоела, получать подсказки в виде полицейских отчетов и следовать собственной хронологии событий, отматывая их вперед или назад. Позже для телевидения была смонтирована и обычная версия «Мозаики», где события показаны последовательно, в режиме авторского бу-бу-бу, но эти самые «разные точки зрения» все равно просвечивают. И для начала смещен — если не отменен вовсе — фокус: нельзя однозначно сказать, кто тут жертва. Так было и в детской книжке, сюжет которой Оливия, с ее слов, придумала за 45 секунд, чтобы потом всю жизнь почивать на лаврах, речь идет об охотнике, задумавшем убить медведя и избавить окрестность от опасного хищника. Медведь, в свою очередь, хочет только защитить от гибели свою родную медвежью семью. И кто тут агрессор? Это уж как посмотреть.
А в телеверсии и без затей и заигрываний с нарративом уж точно есть на что посмотреть. Для начала — как Шарон Стоун, лет двадцать не бравшая в руки шашек, изображает свою героиню этакой деловитой Джоан Роулинг с хищной ухмылкой Кэтрин Трамелл из «Основного инстинкта». И как эта мина питаемого деньгами превосходства сменяется гримасой боли обманутой стареющей женщины. Черт с ним, с детективом — надо видеть, как восхитительно она расправляется с мужчинами, выведенными на арену как хищники: страшно смотреть, как бьется в корчах задетое мужское самолюбие. Но и это еще не все. Глупо было бы делить персонажей на хороших и плохих, каждый — охотник и жертва, никто не заперт в плену своего амплуа. Коварный обманщик может обернуться нежным любовником, а преследователь оказаться затравленным беглецом. Мотив разделаться с Оливией есть у многих в ее окружении. Когда копающие ее участок геологи обнаруживают в ручье ее отрубленную руку, а на авансцену выходит сестра Эрика Петра (Дженнифер Феррин) и с упорством отбойного молотка начинает проверять на прочность версию полиции о виновности брата, можно начинать строить предположения и пытаться ответить на главный детективный вопрос «Кто это сделал?» — подсказок полно. А для любителей экзистенциальной драмы у Содерберга припасены свои подсказки. Вроде сцены, в которой сбежавший в Луизиану Джоел везет туристов на крокодилью охоту. Когда несмышленое дитятко самодовольного папаши-охотника бессильными ручонками при помощи Джоела подымает ружье и стреляет в глаз сонному крокодилу, мысль о хищнической природе человека посетит и самого простодушного зрителя.
Когда-то в знаменитом детективе «И не осталось никого» Агата Кристи в придачу к занимательной головоломке с поиском убийцы изобразила в сатирическом ключе представителей разных сословий — врачей и военных, аристократов и судей, господ и слуг. Трудно сказать, держал ли Содерберг в голове подобную социальную критику, когда в мире осталось лишь два сословия — люди с деньгами и без. Но одно можно сказать наверняка и без интерактивной игры с нарративом: те, что с деньгами, почему-то выглядят у него хуже крокодилов.
«Mosaic», HBO, 2017
В России сериал можно посмотреть на сервисе Amediateka