К середине XIX столетия новые небесные тела астрономы находили почти ежегодно, так что сообщение Лассела не наделало много шума. Но оно стало хорошим примером того, как могут двигать науку вперед использованные с умом точные инструменты. Методика оказалась важнее результатов, и в будущем приемы Лассела привели к более известным открытиям.
Фото: wikipedia.org
Рано потеряв отца, он поступил в ученики к купцу из Ливерпуля. Главный порт Британии в начале XIX века был идеальным местом для того чтобы сколотить капитал, и карьера юноши складывалась вполне типично для тех времен: недолгая учеба в школе, работа в торговой компании, основание собственного дела, пивоваренного. Необычным было то, как молодой бизнесмен распоряжался своими доходами. Вместо инвестиций в производство он предпочитал тратить деньги на не слишком распространенное среди пивоваров хобби — астрономию.
Не имея поначалу возможности покупать дорогую аппаратуру, Лассел собирал ее самостоятельно. Более того, существовавшие способы полировки линз его не устраивали, а потому он решил придумать свой собственный, который действительно оказался значительно эффективнее. В поместье с говорящим названием Старфилд («Звездное поле») целеустремленный любитель построил телескоп с поверхностью линзы в 60 сантиметров и новаторской экваториальной монтировкой. Такая монтировка компенсирует вращение Земли при помощи механизма, периодически корректирующего направление наблюдения.
Несколько технических нововведений и методичный труд, в конце концов, стали приносить свои плоды. В 1847 Лассел открыл Тритон, крупнейший из спутников Нептуна (британские историки науки любят напоминать, что у их соотечественника были все шансы обнаружить и саму планету, получи он вовремя расчеты Джона Адамса). На следующий год независимо от своего американского тезки Уильяма Бонда ему удалось заметить спутник Сатурна Гиперион. Открытие спутников Урана в 1851 году стало, по сути, рядовым событием в череде успехов.
Ариэль и Умбриэль (совокупная площадь обоих примерно в два раза меньше площади России; состоят изо льда и камня; все время повернуты к планете одной стороной) размером куда меньше, чем два других спутника, о которых было известно еще с XVIII века. Уильям Гершель, первым наблюдавший Уран в 1781 году, тогда же заявил об открытии шести вращающихся вокруг него тел, но сумел подтвердить существование только Оберона и Титании. С тех пор вопрос, есть ли еще объекты в системе Урана, оставался открытым. Лассел проложил дорогу многочисленным исследователям — сегодня известно о 27 таких объектах.
Придумать спутникам названия он не решился и попросил об этом Джона Гершеля (сына Уильяма). Тот продолжил традицию и дал новым спутникам имена персонажей английской литературы. Ариэлью зовут духа, помогающего героям шекспировской «Бури», а Умбриэль — имя меланхоличного гнома из поэмы Александра Поупа «Похищенный локон». Сам Лассел, тогда уже признанный специалист, обладатель золотой медали Королевского астрономического общества, а впоследствии и его глава, видимо, побоялся показаться коллегам недостаточно начитанным и напомнить о своей первой профессии.
Юрий Куликов