Аким живет во Владикавказе. Из окна его дома видна вершина Столовой горы, а ночью слышно, как бурлит Терек. Аким открывает для себя мир, но возможности мальчика очень ограниченны. У него краниостеноз — кости черепа срослись раньше времени и не дают мозгу нормально развиваться. Без операции Аким может ослепнуть и оглохнуть. Московские нейрохирурги спасут мальчика, проведя операцию по госквоте. Но оплатить дорогие расходные материалы родителям Акима придется самим.
Фото: Надежда Храмова, Коммерсантъ
Аким родился настолько крошечным, что запросто мог поместиться в игрушечную коляску, в которой его сестренки — восьмилетняя Каролина и пятилетняя Малика — укачивали своих кукол. Весил он всего 1300 г. У Акима было не так уж много шансов появиться на этот свет. И врачи этого не скрывали.
На 28-й неделе беременности Кристина пришла на плановое обследование в районную поликлинику Владикавказа. Врач померил ей давление и домой уже не отпустил.
— Дайте мне хотя бы вещи собрать и с дочками попрощаться,— умоляла Кристина.
— Не могу,— ответил врач,— давление у вас очень высокое. Вещи пусть муж принесет.
Из кабинета врача Кристину увезли сразу в роддом. Медсестра, которая ставила Кристине капельницу, объяснила, что задача врачей — сохранить жизнь ей, а что будет с ребенком — дело второстепенное.
— Как это --второстепенное? — не поняла Кристина.
— У вас дома остались две дочки,— напомнила медсестра.— Что будет с ними, если вы умрете?
Кристине запретили не только ходить по палате, но и стоять и даже сидеть. Целыми днями она лежала на койке роддома, глядя в потолок. Мальчик родился на 32-й неделе.
— Не дышит,— сухо сказала врач, принимавшая роды. Ребенка срочно подключили к аппарату искусственной вентиляции легких (ИВЛ).
— Живой? — спросила Кристина, когда отошла от наркоза.
Молоденькая медсестра неопределенно кивнула и выскочила из палаты, пробормотав: "Я сейчас врача приглашу".
Врач разрешила Кристине зайти в реанимацию, где лежал ее сын. Кристина увидела крошечное тельце малыша и непропорционально большую голову в повязке.
— А что у него с головой?
— Вам не о красоте надо думать, а о здоровье,— ответила врач.
Отец предложил назвать сына Акимом — это имя означает "утвержденный Богом".
Через неделю мальчика перевезли в реанимацию детской больницы. Его пытались отключить от аппарата ИВЛ, но, сделав два слабеньких полувдоха, малыш замирал, и его немедленно подключали обратно. Так потихоньку Аким учился дышать. Через три недели его перевели в отделение патологии новорожденных и обследовали. Все анализы были в порядке, в головном мозге изменений не обнаружили. Врачи готовили Кристину и Акима к выписке.
— Я надеялась, что теперь наши мучения закончатся и мы заживем как все,— вспоминает Кристина.— Но оказалось, что главные испытания еще даже не начинались...
Нейрохирург, осмотревший ребенка перед выпиской, поставил Акиму диагноз "краниостеноз": деформация черепа, при которой лобные кости ребенка срастаются раньше срока, еще в утробе матери. Доктор объяснял Кристине, что в будущем это может привести к отставанию в умственном развитии ребенка, потере слуха и зрения, что необходима операция... Но Кристина ничего не слышала, хотела что-то спросить, но не смогла — мешал ком в горле. Так и унесла сына домой, не попрощавшись.
— Мамочка, какой он хорошенький, как будто с другой планеты прилетел! — восхищались дочки.— Почему же ты плачешь?
Кристина села за компьютер и набрала в поисковике фразу "гребешок на лбу новорожденных". Прочитала о краниостенозе, посмотрела видео, где грудным детям "перекраивают" кости черепа и вставляют специальные пластины.
Во Владикавказе таких операций не делают. Чтобы спасти сына, Кристина повезла его на консультацию к московскому нейрохирургу. Он осмотрел малыша и сказал, что форму черепа мальчику можно исправить с помощью рассасывающихся пластин. Операцию проведут по госквоте, но необходимо собрать деньги на компьютерное моделирование и пластины. У семьи Габановых такой возможности нет.
— Счастье бывает разным,— говорит Кристина и целует Акима в гребешок на лбу.— Акимушка — это счастье, за которое мы будем бороться. Я верю, что добрые люди не оставят нас в беде.