— Как вы оцениваете итоги рассмотрения кадастровых споров в 2015 году? Ситуация меняется больше в пользу госорганов и бюджета или же в сторону частных владельцев недвижимости?
Фото: Ъ
— Я считаю, что вообще неправильно противопоставлять пользу госорганов и пользу владельцев недвижимости. По крайней мере в комиссиях при Росреестре и в судах, рассматривающих споры о кадастровой стоимости, такой дилеммы нет. Они выносят решение, руководствуясь не представлениями о чьей-то пользе, а объективными характеристиками того или иного объекта. Понимаете, это среди оценщиков, которые устанавливают стоимость, возможно, есть те, кто ориентируется на интересы правообладателя или заказчика оценки, а комиссии не должны быть пристрастны. Они действуют как часовой механизм, стрелки которого в определенный час всегда будут в нужном положении.
И мне кажется неправильным смешивать вопрос установления кадастровой стоимости с вопросом налогообложения. Задача оценки — дать объективную основу для исчисления налогов, то есть определить, что собой представляет собственность. Но какими должны быть сами налоги и как их собирать — это к определению оценки не относится. Кстати, рыночная стоимость вовсе не обязательно должна быть ниже кадастровой. Могут быть случаи, когда независимая оценка покажет, что недвижимость недооценили.
— Но судя по тому, что число кадастровых споров растет, результаты госоценки во многих случаях все же превышают рыночную стоимость...
— Рост числа заявлений о пересмотре кадастровой стоимости объяснить нетрудно: с 2015 года в ряде регионов стали исчислять налог на недвижимость для физлиц исходя из кадастровой стоимости. С другой стороны, благодаря работе комиссий при Росреестре оспаривание — вполне доступная и понятная процедура. Однако первопричину следует искать в другом: обратить внимание на существующую сегодня систему определения кадастровой стоимости, которая, по моему мнению, несовершенна. Отсутствует единая методика, и каждый оценщик, которого нанимают региональные органы власти, разрабатывает собственные критерии и руководствуется ими. Возникает вопрос также о качестве проведения оценки из-за ее коммерциализации. За выполнение госзаказа оценщики получают плату, а работы по проведению оценки предполагают расходы. Необходимо утвердить единую методику — понятную и учитывающую лучший опыт в оценочной деятельности. Мы хотим, чтобы оценочная деятельность следовала принципам арифметики, а не астрологии. Кроме того, мы поддерживаем законодательные инициативы о передаче определения кадастровой стоимости государственным учреждениям.
— Вы считаете, что такая оценка будет более объективна и приближена к рыночной?
— Проект закона предполагает, что кадастровая оценка станет по-настоящему государственной. Какие я вижу здесь плюсы. Во-первых, повысится контроль за результатами работы, возрастет ответственность оценщиков, исчезнет излишняя коммерциализация. Во-вторых, бюджетные учреждения будут заниматься уточнением технических и прочих характеристик объектов недвижимости на постоянной основе, их взаимодействие с местными органами власти будет системным. В-третьих, будет обеспечено единство в подходах, а значит, выявить возможные ошибки будет легко. На мой взгляд, это оптимальный путь к тому, чтобы защитить интересы правообладателей и навести порядок в формировании базы налогообложения.