Брифинг

Ирина Бокова, гендиректор ЮНЕСКО

Неграмотность пошла на убыль: 84 процента взрослого населения мира сегодня умеет читать и писать по сравнению с 76 процентами в 1990 году. Количество неграмотных сократилось на 100 млн человек. Однако этого недостаточно. За цифрами скрывается глубоко укоренившееся неравенство. Две трети неграмотных взрослых — женщины. Большинство детей и подростков, которые не посещают школу,— девочки... Те, кому посчастливилось ходить в школу, не всегда заканчивают ее, умея читать и писать. Даже в экономически развитых странах слишком большая доля населения не полностью владеет базовыми навыками чтения и письма.

Источник: unesco.org

Юрий Штыров, нейробиолог, завлабораторией магнитоэнцефалографии Орхусского университета (Дания)

Уже с 6-7 лет пластичность нервной системы снижается, и это сказывается на способности к развитию когнитивных навыков, в первую очередь языковых. Как и устный язык, чтение — это очень сложный навык: мы связываем довольно случайную произвольную комбинацию черточек и кружочков со звуками, словами и смыслом, объединяем все это в предложения, пытаемся понять общее значение текста. Несмотря на кажущуюся простоту, чтение требует от мозга больших усилий. Если мы упускаем момент, когда мозг максимально пластичен, способен строить новые репрезентации для информации, то в будущем делать это ему сложнее.

Источник: "Теории и практики"

Максим Кронгауз, руководитель лаборатории социолингвистики РАНХиГС

Очевидно, что мода на антиграмотность ("язык падонков") прошла. Сознательное коверкание орфографии ушло. Потому что норма языка имеет не только культурную, но и прагматическую цель. Грамотный человек быстрее читает грамотно написанный текст. Если человек неграмотный, ему все равно, как писать. Поэтому тексты, написанные с искажением орфографии, читаются дольше и сложнее. Получается, что все игры и искажения языка хороши до тех пор, пока они не начинают мешать коммуникации. И вновь происходит откат к норме, так как она удобна.

Источник: "Эксперт"

Вся лента