Show Us
Программа «Show Us!» составлена – любо-дорого глядеть – как путеводитель по важнейшим институтам американского общества.
Суд: «Рать Гидеона» (2013) Дона Портера.
Больница: «Реанимация» (2014) Райана МакГарри.
Школа: «Приоткрывая дверь» (2012) Джеймса О’Киффа и еще пятидесяти режиссеров, чьи съемочные группы отработали 8 мая 2012 года от рассвета до заката в 28 общественных школах округа Пасадена.
Пресса: «Герблок: Белое и черное» (2013) Майка Стивенса.
Пресса, да не совсем. Герой фильма Герблок (Герберт Лоуренс Блок) – сам по себе общественный институт. Едва ли не в большей степени, чем «Вашингтон Пост» («ВП»), ведущим рисовальщиком-карикатуристом которой он отработал 55 лет. Последний его рисунок появился в газете 26 августа 2001 года — за 42 дня до смерти 92-летнего художника.
Герблок получил три Пулитцеровские премии (1949, 1954, 1979) за, собственно говоря, рисунки и еще одну (1973) за гражданскую доблесть в расследовании Уотергейтского скандала. Еще раньше он удостоился чести – а это честь – угодить в список личных врагов Ричарда Никсона, считающегося самым позорным президентом США. Впрочем, Никсон еще в 1954 году отказался от подписки на «ВП», когда Герблок изобразил его выползающим из канализационного люка. А десятью годами позже Линдон Джонсон вычеркнул рисовальщика из списка награжденных президентской Медалью Свободы: Герблок неустанно осуждал кровавую вьетнамскую авантюру. Медаль он получил лишь в 1994 году из рук Билла Клинтона, которого бичевал не менее вдохновенно: пожалуй, это свидетельствует в большей степени о лицемерии Клинтона, чем о его толерантности.
Но все награды и «награды» - ничто: место в вечности Герблок зарезервировал себе сам 29 марта 1950 года. В тот день в «ВП» появился его рисунок: четверо ведущих политиков-республиканцев тащат упирающегося слона – партийный символ – под дегтярный душ из вонючих бочек, на которых начертано слово «маккартизм». Всего за полтора месяца до того, 9 февраля 1950 года, Джозеф Маккарти, сенатор от штата Висконсин, рубаха-парень, параноик и алкоголик, объявил на собрании женского общества города Уиллинг, что в его руках – список 205 советских шпионов, проникших в высшие эшелоны власти. И пошло-поехало, и покатились головы. Герблок придумал неологизм, навечно приросший к самой отвратительной странице истории США – «красной истерии».
Герблок сражался, как сказали бы в СССР, оружием сатиры и со Сталиным, и с Гитлером, и с особо ненавистными ему табачными корпорациями, и с поджигателем войны Рейганом, и с расизмом. Классический, прекрасный, сильный и здравый до самого смертного часа американский либерал. Забавно лишь одно. Мы привыкли к тому, что западная газетная карикатура – это что-то парадоксальное, остроумное. А советская – лобовой, пропагандистский плакат. Так вот, рисунки Герблока – типично советские. Кеннеди и Хрущев запихивают в гроб монстра ядерной войны. Гитлер с кровавым топором. А вот фигура, на которой написано «Дискриминация», вот другая – «Бедность».
Неважно: смотреть на самого Герблока – чистой воды удовольствие.
Из ряда фильмов об «институтах» выпадает лишь «Общая улица» (2013) Шерил Данн – повесть о фотографах, не только и не столько запечатлевших образ Нью-Йорк, сколько создавших его. Но ведь прекрасный Нью-Йорк – сам по себе американский «институт». Ну, или не Америка вообще.
Есть фильмы, перенаселенные «говорящими головами». «Общая улица» - кино о «говорящих глазах». Нет разницы между героями героев Данн и ими самими. Фотографы – такие же артефакты Нью-Йорка, как и попавшие в их объектив уличные головорезы, крокодилы на поводках, страстные поцелуи, одиночество подземки, пожарные, пенсионеры в пижамах, пожирающие арбузы, толстухи, фрики, героин.
Фотографы прекрасны, как Герблок. От 97-летней Ребекки Липкофф (1916-2014), одного из последних ветеранов легендарной Фотолиги, «гнезда советских шпионов», разгромленного ФБР в том же жутком 1950-ом. До 65-летнего Клейтона Паттерсона, старого байкера с бородой лопатой, в черной каскетке с черепом и костями.
Второй принцип фестиваля – широкий взгляд на Америку. Герой Стивенса – чопорный Вашингтон, не один благостный завтрак обитателей которого испортили утренние выпуски «ВП» с рисунками Герблока. О’Киффа – Пасадена. МакГарри – Лос-Анджелес с его знаменитой, гигантской окружной больницей. Портера – штаты Миссисипи и Джорджия. Нью-Йорк опять на особицу.
В-третьих, вопреки устойчивому (не совсем) мифу об индивидуализме как движущей силе американской цивилизации, все герои фестиваля пусть даже и представляют «свободные профессии» - в той или иной степени «пролетарии». Что наемный рисовальщик Герблок, что нью-йоркские фрилансеры. Что школьные учителя и служащие, что харизматичные, блестящие молодые врачи, вкалывающие, как святые черти, в приемном покое, сражающиеся с бюрократией, отводящие душу в «курилке». Собственно говоря, и сам режиссер ничем от них не отличается. МакГарри – врач, взявшийся за камеру, да так взявшийся, что посрамил многих профессионалов.
Герои «Рати Гидеона», казалось бы, относятся к самому привилегированному – адвокатскому сословию. Так, да не так. Это очень специальные адвокаты – общественные, получающие гроши, назначаемые судом тем из обвиняемых, у которых нет средств на адвокатов «настоящих». А таких клиентов – подавляющее большинство из 12 миллионов человек, ежегодно попадающих в США под арест. И на них на всех – 15 тысяч таких общественников, как трое героев Портера.
Наконец, эти фильмы способны убить любой интерес к игровому, пусть и самому точному с психологической точки зрения, американскому кино. Какие там сериалы про больницы. Какие там хроники будней нью-йоркской полиции. Никакой триллер не сравнится по напряжению с простым рассказом о ежедневных битвах адвокатов, защищающих белую ли, черную ли шваль. Удастся ли Тревису Уильямсу отмазать парня, оказавшегося в плохое время в плохом месте, да еще с ножом в руках. Ура, удалось: светило от десяти лет до пожизненного, но дело кончилось пятью годами. Отобьет ли Бренди Александер своего, расписного с головы до ног, клиента, в котором продавец бакалейной лавки категорически опознал грабителя. Да, отбила, просто и изящно, как в старом, добром нуаре.
Короче, американская мечта сбывается. И, несмотря на то, что герои фильмов – от вечного диссидента Герблока до юристов, клеймящих американское правосудие как самое «несправедливое, жестокое и бесчеловечное» в мире – так и напрашиваются на клеймо «антиамериканцев», они и есть ее подлинные рыцари.