Открывающемуся масштабному визиту российской делегации во главе с президентом Владимиром Путиным в КНР (см. стр. 1, 9) предшествовал ряд других межправительственных переговоров и мероприятий — так, Минэкономики вчера объявило о состоявшемся 18 мая заключительном раунде встреч министров торговли стран форума Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС), проходившего в китайском Циндао. По сообщению министерства, на встрече РФ поддержала проект КНР и США по так называемому альянсу по связанности поставочных цепочек. В целом, несмотря на конфликтный фон в связи с "украинскими" санкциями против РФ, взаимодействие США, КНР и РФ в рамках АТЭС, очевидно, продолжится и далее — в том числе и по главной спорной теме в рамках этих переговоров, созданию зоны свободной торговли АТЭС: на идею неоднозначно смотрит Китай.
Активность России в "околоазиатских" региональных и двухсторонних проектах в значительной степени связана с долгосрочной программой РФ по увеличению объема расчетов во внешней торговле в валютах за пределами долларовой зоны, в том числе в рублях. Впрочем, как свидетельствуют опубликованные вчера данные ЦБ, несмотря на номинальный рост расчетов в валютах за пределами доллара США (на преобладающую роль доллара во внешнеторговых операциях Россия, по существу, обречена в силу высокой доли в российском экспорте нефти и нефтепродуктов — рынков, работающих исторически в долларах), до 2013 года роль рубля, как и евро и других валют, во внешней торговле сокращалась, а не росла. Из сводки ЦБ по состоянию на 1 января 2014 года о валютной структуре корпоративного долга, размещенного в ценных бумагах в интересах резидентов РФ (в основном это ноты CLN и облигации с плавающей ставкой, показатель учитывает только бумаги в обращении), рублевый корпоративный внешний долг в этих инструментах, реально используемых для текущих операций компаний вне нефтяного рынка, действительно монотонно растет с 2009 года, как и расчеты в "прочих" валютах, в числе которых — юань, фунт и иена. Однако "дедолларизация" этой части корпоративного внешнего долга (с долларом США — $149 млрд) обеспечивалась резким падением в нем евродолга в пользу долларового долга. Картина поменялась лишь в 2013 году (см. диаграмму).
