На этой неделе начинаются конкурсные просмотры театральной премии "Золотая маска". Судя по списку номинантов, на современной российской сцене по-прежнему царит классика.
Сам фестиваль стартовал некоторое время назад — пик показов спектаклей, приглашенных в программу "Новая пьеса", пришелся на начало марта. В последние годы у "Золотой маски" стало так много внеконкурсных программ, которые иногда трудно отделить друг от друга, что конкурс на их фоне иногда размывается. Это приводит к курьезам. Например, в этом году "Золотая маска" будет награждать как бы сама себя: в номинации "Лучший зарубежный спектакль", согласно результатам опроса критиков, победила "(А)полония" известного польского режиссера Кшиштофа Варликовского — спектакль, приезжавший на прошлую "Маску" в качестве дорогостоящего зарубежного гостя.
Впрочем, некоторая путаница, как правило, бывает только в начале фестивале. Ближе к церемонии вручения премии, которая на сей раз пройдет в обновленном Большом театре, все встает на свои места: аутсайдеры конкурса один за другим отсеиваются, а зрители и профессиональные наблюдатели начинают строить прогнозы и делать ставки на тех или других номинантов. Прогнозы делать сложно: крепкий бюджет главного театрального фестиваля страны позволяет экспертам номинировать все больше и больше спектаклей, что привело, в частности, к тому, что за победу в номинации "Лучший режиссер" сражаются пятнадцать мужчин, среди которых классики мирового театра Эймунтас Някрошюс и Лев Додин, лидеры театра сегодняшнего Андрей Могучий, Кирилл Серебренников и Миндаугас Карбаускис, молодые режиссеры Дмитрий Егоров и Роман Феодори и многие-многие другие.
Больше всех хлопот организаторам фестиваля доставили на сей раз петербургские театры. "Счастье" Андрея Могучего в Александринском театре — спектакль столь многолюдный и технологически сложный, что он едва поместился на сцену МХТ имени Чехова. "Ваш Гоголь" Валерия Фокина в том же театре — работа вроде бы камерная, но тоже очень сложная, для показа пришлось строить специальные павильоны на "Винзаводе". "Три сестры" Льва Додина не увидит на фестивале вообще никто: из-за беременности Елизаветы Боярской спектакль сейчас не идет, так что жюри премии должно было в полном составе выехать несколько недель назад в Петербург.
Впрочем, обсуждают на фестивале чаще всего не тех, кто потом получит призы: "Золотые маски", чего греха таить, обычно остаются в столицах, а лучшие столичные спектакли к тому времени, когда начинается фестиваль, прилежными театралами уже просмотрены и обсуждены. Бесспорных лидеров среди москвичей на этот раз нет: и у сатириконовской "Чайки" в постановке Юрия Бутусова, и у "Калигулы" Эймунтаса Някрошюса, и у "Будденброков" Молодежного театра, и у "Врагов", поставленных Евгением Арье в "Современнике", и у моноспектакля Константина Райкина по Достоевскому есть свои поклонники и свои недоброжелатели. Что уж говорить об "Отморозках" Кирилла Серебренникова — этот студенческий спектакль по прозе известного писателя Захара Прилепина вообще делит публику на два непримиримых лагеря.
Собственно, Прилепин и автор пьесы "Убийца" Александр Молчанов (постановка московского ТЮЗа) отвечают в номинациях за новую российскую драматургию. От имени современной зарубежной драмы представительствуют ирландец Мартин Макдонах ("Безрукий из Спокана" пермского театра "У моста") и американец Трейси Леттс ("Август. Графство Осейдж" Омского театра). В остальном же список номинантов ясно показывает, что на современной русской сцене по-прежнему безмятежно царит классика, пусть и распотрошенная на манер псевдоавангардной "Чайки" Бутусова. По-настоящему же актуальное и беспощадное театральное высказывание того масштаба, той силы и того общественного резонанса, которые характеризуют "(А)полонию" Варликовского, у нас пока невозможно. Ему просто негде родиться. И подобная дерзость поощряется нашим театральным истеблишментом лишь в формате одноразового фестивального визита.