Коротко


Подробно

Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ

Сделай самым

Наталья Радулова побывала в образцовом российском селе

Некогда умиравшее село, в котором не было даже дороги, пятый раз подряд признали самым благоустроенным в стране и включили в ассоциацию "Самые красивые деревни России". "Огонек" решил разобраться — за что


"Когда Путин должен был награждать нас за самое благоустроенное поселение — я сидел в зале и дрожал,— вспоминает Анатолий Попов.— Вокруг губернаторы, политики, крупные чиновники и я — глава маленькой Преображеновки. Ну, думаю, попал. Вручил мне президент диплом здоровенный в рамке, цветы и колокол какой-то, я схватил это все и молчу. Подошли какие-то помощники, тихонько так говорят: "Давайте мы пока это унесем". А я вцепился в подарки намертво, не отдаю. Они тянут, а я — к себе. Вот до чего перенервничал. Потом уже, когда Медведев меня награждал, я спокойно все воспринимал, как положено. Привык".

«Отпусти деньжонок на дорогу»


"Тут у нас фонтан в виде дельфина,— проводит Попов экскурсию по своим владениям,— в сквере — в виде голубя, в центре — фонтан в форме одуванчика. Везде клумбы, цветники, памятники, скульптурные композиции, одной только тротуарной плитки — три с половиной тысячи квадратных метров! Эх, жаль, вы летом не приехали!" Раньше одна грунтовая дорога через Преображеновку шла, сейчас же все улицы заасфальтированы, к каждому дому подведен газ, телефон и интернет. В деревеньке из 316 дворов есть свой бассейн с противотоком и гейзером, тренажерный зал и сауна, спорткомплекс, сельская хоккейная команда тренируется на своей площадке, есть стадион и благоустроенный пляж с кабинками для переодевания. "Мы — село маленькое, а обогнали в районной спартакиаде и Кривец, и Большой Хомутец! У них зависть черная — они ж такие большие села, а мы их сделали!" Зависти действительно немало. По району ходят слухи, что все дипломы Анатолий Анатольевич купил, фотку с Путиным в фотошопе нарисовал, а фонтаны, пляжи и бассейны ему просто так область строит. "Эти Поповы договорились",— говорят завистники. И ведь в чем-то правы. Договариваться Поповы точно умеют.

"В конце 80-х нас внесли в списки бесперспективных, вымирающих деревень,— вспоминает Вера Трофимовна Попова, мать нынешнего главы, которая сама 33 года председательствовала в сельсовете.— Ни газа здесь не было, ни света, ни работы — два трактора тянули одну телегу по болоту, людей возили в соседний совхоз. А весной из-за разлива рек мы вообще были отрезаны от большой земли на несколько месяцев. Вот такое хозяйство мне досталось. А я ж продавщицей обыкновенной была, куда мне в руководители? Но в районе сказали: "Ты женщина, хоть пить не будешь". Ну ладно, думаю, раз так, попробую навести порядок". На грузовике ЗИЛ-157 через заповедный лес, две речки и болото поехала она к областному начальству, просить о строительстве дороги. А там — вот счастье! — как раз была съемочная группа центрального телевидения. Председатель в платочке показался режиссеру колоритным, решили снять сюжет.

Сельсовет — это, пожалуй, единственное здание в Преображеновке, оставшееся с тех времен неизменным: дощатые полы, деревянные двери с железным крючком. "Я где угодно могу работать,— говорит Вера Трофимовна.— И детей своих к этому приучила: сначала сделай все для людей. А то другой начальник себе построит хоромы, а кругом разруха. Как в деревне жить тогда? Стыдно". Сейчас в этом сельсовете у монитора столпились водители, трактористы — смотрят то самое советское кино про себя, радуются: "О, смотри, Володьку Антонова показывают! И Юрку Бочарова, он на ЗИЛу работал. А вон плотники наши сидят". В фильме жители Преображеновки просят одно: сделайте дорогу. "Хоть бы Горбачеву пожалиться,— говорит какая-то женщина, пристально вглядываясь в камеру.— Михаил Сергеевич, отпусти деньжонок, нам бы только дорогу, больше ничего не надо. Ведь даже автобусы к нам не ходят".

Когда этот сюжет показали по телевидению, дорогу тут же начали строить. А Вера Трофимовна при школе открыла кооператив по выращиванию цветочной рассады — для благоустройства территории. И вдруг за рассадой стали приходить дачники, соседние поселки стали делать заказы. Сейчас в селе работают теплицы: в декабре выращивают клубнику, одних тюльпанов более 70 сортов. "На рассаде мы имеем доход 7,3 млн рублей в год,— объясняет Вера Трофимовна.— Когда в регионе начали действовать программы софинансирования — рубль на рубль, то у нас уже сумма хорошая имелась". Благодаря этой программе, где область давала даже три рубля сверх одного потраченного селом, удалось все дороги укатать в асфальт и построить спорткомплекс.

Когда Вера Трофимовна собралась на пенсию, в селе заволновались. Жители приходили к Поповым домой, уговаривали: "Трофимовна, ставь сваво кого-нибудь, чужих нам не надо, они ж все только земли хотят хапнуть". Народ требовал, чтобы Анатолий Попов, тогдашний директор школы, сменил мать. "У нас в 2010 году сложная обстановка в селе сложилась — 9 человек на место главы претендовали,— рассказывает Попов.— На выборы пришло практически все село". При 99-процентной явке 98 процентов голосов отдали за директора школы. И он развернулся еще больше: стал участвовать во всех возможных конкурсах, получать гранты. "Из компьютера ночами не вылезает,— вздыхает мать.— Ищет, где еще можно в конкурсе поучаствовать, где какие программы есть подходящие. Из всех глав в районе он один в этом понимает — грамотный очень. Только совсем забыл о личной жизни. Самому уже за 40 и все не женат. Я, бывает, плачу иной раз: умру и как он один останется?" Анатолий не унывает: "Был бы я женат, разве я б таких дел наворотил?"

И наворотил: его маленькая школа была трехкратным победителем всероссийского конкурса "Лучшая школа России", ранее бесперспективный населенный пункт вошел в ассоциацию "Самые красивые деревни России" и, как недавно было объявлено, в пятый раз стал победителем конкурса "Самое благоустроенное поселение" — до 3 тысяч жителей. На агропромышленной выставке "Золотая осень", что недавно в Москве проходила, администрация Преображеновского сельсовета выиграла золотую медаль от Минсельхоза РФ — по итогам конкурса, посвященного устойчивому развитию сельских территорий. Даже местный промысел — плетение лаптей — Попов продвигает, добился занесения его в путеводитель "Культурные маршруты России", надеется привлечь туристов, для которых уже построили пять гостиничных номеров.

"Как нас здесь проверяют! — смеется Попов.— ОБЭП, все кто может. Оно ж странно им: откуда в деревне деньги? А нам, например, за благоустройство, за каждую победу, вручали по 3 млн рублей. В этом году мы и сами собрали 1,45 млн налогов — магазины у нас открываются, кооперативы, чай мы свой делаем, морсы. Открыли мини-санаторий, физиотерапевтическое оборудование закупили". Благодаря грантам и участию в программах софинансирования Попов в этом году привлек более 40 млн рублей: "Мы строим детсад, клуб, двухэтажный офис врача общей практики, набережную, смотровую площадку, велодорожку, скоро займемся пристройкой к школе — у нас уже 70 учеников! Но даже если все гранты исчезнут, у нас есть заначка,— тихо объявляет Попов.— Лет на пять хватит".

«Какой от меня мусор?»


Попов признает, что самым сложным оказалось не гранты искать, а приучать селян жить в чистоте. Чтобы переломить общественное сознание, потребовалось несколько лет. К примеру, объявили власти, что будут бесплатно вывозить мусор на районную свалку, но для этого каждый житель должен раз в неделю в пластиковом мешке или в любой другой емкости выставлять свои отходы у дороги — и какой бунт начался! На сходках села дебаты шли яростные. Пенсионерка Мария Москалева кричала громче всех: "Я одна живу! Какой от меня мусор? Что есть — в плите сожгу или на огороде закопаю. Вот еще придумали, пакеты покупать!" На самом деле и пенсионерка Москалева, и остальные граждане выбрасывали свои отходы куда придется. "Мы только из лесополос вывезли 150 КамАЗов мусора!" — горячится Попов. Тогда администрация объявила: не хотите бесплатно — организуйте вывоз мусор на полигон сами, за свои деньги, но нарушителей-грязнуль будем штрафовать. В селе развернули воспитательную кампанию: фотографировали самые "неряшливые" участки и вывешивали снимки на доске позора. Количество любителей чистоты после этого резко выросло. А когда пригрозили и в интернет эти же фотографии выкладывать, сдались даже самые принципиальные пенсионеры — таинственное слово "интернет" перепугало всех. Москалева теперь первая свой мешочек или там коробку выносит, еще и звонит в сельсовет, если мусоровоз начинает объезд с соседней улицы: "А почему к нам сначала не заехали? Забыли, что ли?"

Каждую неделю в селе — "чистый четверг". Все, кто может, выходит на уборку улиц: собирают бутылки, бумажки, косят траву или расчищают снег. "Раньше по пять часов работали,— говорит Попов.— А сейчас за час село обходим. Всем желающим мы бесплатно, если надо, выдаем газонокосилки, трактор, бензин — только следи за участком". Раз в год, правда, на благоустройство здесь собирают налог: 350 рублей с местных жителей, 1000 с дачников. И это тоже поначалу сильно не нравилось гражданам. Опять были сходки, опять в сельсовете крик стоял до ночи. Тогда оппозицию возглавляла другая пенсионерка, Наталья Ершова. "Куда деньги уйдут?" — возмущалась она. Но когда на стендах стали вывешивать финансовые отчеты, оппозиция успокоилась. "В селе одних светильников только 120 штук,— объясняет теперь Ершова.— Это много. Вон в Кривце, хоть они и больше в три раза, всего 40 фонарей. Так что нам грех жаловаться, мы живем во свете. Но один фонарь обходится в 1200 рублей в год. Вот и считайте. Если не будет налога самообложения, то не будет у нас света. Понимать надо! Да, пенсия небольшая, но все ж не обдирают нас. А так-то у всех свои огороды, своя ягода. Лес кормит: за лето на чернике только можно до 100 тысяч заработать. А грибы? Грибы в этом году были сильные: ходили, ходили и ходили".

Не легче было приучить энергетиков, что отныне село платит по счетчикам, а не по нормативу. "Год мы бились,— жалуется Попов.— Ведь фонари у нас на солнечных батареях. Поэтому в ясные дни мы электроэнергию не потребляем. Так за что платить-то? И таких мелочей полно. Например, насадки для фонтанов мы в Китае с доставкой купили по 35 тысяч рублей, а такие же нам пытались продать в России в пять раз дороже. Или пластиковые контейнеры для рассады — тоже в Китае нашли поставщика, в разы дешевле выходит. Даже в селе можно и заработать, и сэкономить. Просто не все умеют считать, да и не каждому главе это нужно".

«Платит-то государство!»


И все же недовольные в Преображеновке появляются время от времени. Их немного, но им всегда есть что сказать. "Кому мы строим детсад? — недавно выступили они с новым разоблачением власти.— Такое здание надо обслуживать, обогревать, воспитатели там всякие нужны, кочегары... Кому строим? В селе одни бабки!" Администрация пока держит удар. "У нас в этом году семеро родилось! — у Попова каждый новорожденный на счету.— Детсадовцев — 29! Для них и строим". У него, конечно, есть еще один интерес помимо заботы о детях — на обслуживание детсада потребуется 15 взрослых. Нерационально? Может быть. Но платит-то государство! Бюджетные рабочие места — большая удача для глубинки. Недавно, после сильных пожаров, в Преображеновке открыли пожарный спасательный пост, и в администрации все обнимались от радости: 12 мужчин одним махом удалось трудоустроить. "Ну да, мы тянем потихоньку из бюджета страны,— хихикает местный житель, попросивший не называть его фамилию.— Но что тут незаконного? Иначе не было б давно Преображеновки, только лоси бы одни ходили. А так, спасибо Попову, мы даже процветаем".

Если раньше в Преображеновке было много пустующих домов, то сейчас свободных участков в продаже почти нет. За последние годы никто из молодежи из села не уехал. Даже из других регионов просятся на жительство. В селе знают, что Попова регулярно зовут "в район" и в Липецк. И ужасно боятся, что он уйдет. Даже оппозиция тут единодушна с его фанатами: "Не дай бог!" Поначалу Веру Трофимовну в магазине подлавливали, уговаривали на сына повлиять: "Если на его место придет какой-нибудь ворюга, то мы все пропадем!" Но Анатолий и сам пока никуда не торопится: "Надо доделать все, что здесь задумал. Работы еще полно. Да и жениться летом я собираюсь, супругу привезу". Эту свадьбу, хоть невеста и неместная, все ждут с надеждой — может, не уедет тогда глава из родного села? Дети, жена, земля эта песчаная, заросшая соснами, речка Смородинка — это точно должно человека удержать.

Даже местный промысел — плетение лаптей — Попов продвигает, добился занесения его в путеводитель "Культурные маршруты России", надеется привлечь туристов

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение