• Москва, +16....+24 малооблачно
    • $ 64,81 USD
    • 71,71 EUR

Коротко

Подробно

Фото: Владислав Содель / Коммерсантъ

"С подписанием СА Украина перестает быть не просто стратегическим, но даже полноценным партнером"

Советник президента РФ Сергей Глазьев рассказал "Ъ", что Россия готовится к изменению режима торговли с Украиной

Подписание соглашения об ассоциации (СА) с Евросоюзом будет означать нарушение базового украинско-российского договора о дружбе и сотрудничестве, а также лишит наполнения договор о зоне свободной торговли в рамках СНГ, уверены в России. О причинах обеспокоенности Москвы и готовящихся действиях в случае подписания СА в интервью специальному корреспонденту "Ъ" СЕРГЕЮ СИДОРЕНКО рассказал советник президента РФ по вопросам развития интеграции в рамках Таможенного союза и Единого экономического пространства России, Белоруссии и Казахстана СЕРГЕЙ ГЛАЗЬЕВ.


— Вы не первый год проводите в Украине консультации по вопросу Таможенного союза (ТС). Меняется ли отношение украинской власти к идее интеграции в это объединение?

— Ничего не меняется — ни по сравнению с 2012, ни с 2011 годом. У меня ощущение, что процесс остановился, никуда не движется. Украинские коллеги ведут только разговоры о целесообразности интеграции, о том, что нужно поддерживать партнерство, развивать кооперацию, расширять товарооборот, но практических шагов за эти годы не было. Так что мы стоим на месте.

— Президент Виктор Янукович два года назад заявил, что стремится к формату "3+1". В этом году Украина стала наблюдателем в Евразийской экономической комиссии (ЕЭК). На ваш взгляд, это предел мечтаний Киева?

— Прежде всего уточню, что в ЕЭК нет статуса наблюдателя. Меморандум с Украиной предполагает, что она может получить статус наблюдателя в Евразийском экономическом союзе (ЕЭС). Этот союз предполагается создать в 2015 году, но пока соответствующего договора нет — мы еще не приступили к процедуре внутригосударственных согласований. Поэтому рано говорить, в каком виде этот статус будет предоставлен Украине. Сейчас предполагается такой подход: статус наблюдателя предоставляется партнерам, которые собираются присоединиться к ЕЭС. Но если Киев подпишет соглашение об ассоциации с Евросоюзом, это перечеркнет саму возможность его вступления в ТС, Единое экономическое пространство или ЕЭС. В таком случае основания для предоставления Украине статуса наблюдателя исчезают. Ведь согласно тексту СА, все те функции, которые мы передали органам Таможенного союза, Украина передает под юрисдикцию ЕС, и решения по ним будут приниматься советом ассоциации и подведомственными ему органами.

— Вряд ли можно говорить, что совет ассоциации означает юрисдикцию ЕС. В этом органе, как ожидается, у Украины будет половина голосов.

— Но он не позволит Украине отступить от тех обязательств, которые она берет на себя при подписании СА. В соглашении написано, что Украина принимает технические регламенты ЕС, отменяет пошлины при торговле с ЕС, принимает его нормы санитарного и фитосанитарного контроля. То есть все то, что Россия, Белоруссия и Казахстан передали в Таможенный союз, Украина будет реализовывать под контролем Брюсселя на основании европейских директив. Кроме того, в десятке статей СА Украина обязуется не вносить в свое законодательство изменения, которые противоречили бы данному соглашению, то есть она должна будет согласовывать с Брюсселем свои законы. Если подытожить все это, то Украина с подписанием СА теряет самостоятельность и перестает быть для нас не просто стратегическим, но даже полноценным партнером.

— Стратегическое партнерство Украины и РФ зафиксировано в Большом договоре (договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве) от 1997 года. Что означает потеря этого статуса? Нужно пересматривать Большой договор?

— Я отмечу, что Украина, подписывая СА, нарушает ст. 13 этого базового договора, где сказано, что наши страны "воздерживаются от действий, могущих нанести экономический ущерб друг другу" и "будут стремиться к согласованию своей финансовой, денежно-кредитной, бюджетной, валютной, инвестиционной, ценовой, налоговой, торгово-экономической, а также таможенной политики", углубляя экономическую интеграцию на основе взаимной выгоды, гармонизации хозяйственного законодательства. Так что, выбрав ассоциацию с Евросоюзом, Украина отказывается от выполнения ст. 13 договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве с Россией. Это не значит, что мы будем пересматривать Большой договор, но мы вынуждены фиксировать тот факт, что Украина в одностороннем порядке, без каких-либо консультаций с Россией принимает решение, исключающее выполнение указанной статьи Большого договора.

— Означает ли это, что Россия получает моральное право не придерживаться части норм Большого договора?

— Пока подписание соглашения об ассоциации не состоялось, мы об этом не думаем.

— 14 августа Россия резко ужесточила таможенные процедуры для украинских товаров, что ударило по экспортерам. Киев утверждает, что этот шаг был неожиданным. Так ли это?

— Нет, конечно. Это следствие того, что Украина наконец официально опубликовала проект своего соглашения с ЕС. Мы впервые увидели этот документ всего два месяца назад, и наши таможенные органы, прочитав его, начали задумываться, как они будут контролировать правила происхождения товаров и таможенную стоимость в связи с теми изменениями, которые предполагает ввести Украина. Поэтому российская таможня, да и белорусская тоже начали к этому готовиться.

— Вы предупреждали Киев о готовящемся ужесточении?

— Дело в том, что все эти операции велись в полном соответствии с таможенным кодексом ТС, который был принят еще в 2010 году. Этот документ открыт, мы по нему работаем, и украинские предприниматели прекрасно с ним знакомы.

— На ваш взгляд, недельный опыт жесткого контроля украинского экспорта принес кому-то пользу?

— Не было задачи принести пользу или нанести ущерб. Речь шла о том, что нужно оценить уровень соответствия товаров, импортируемых через украинско-российскую границу, нормам Таможенного союза с точки зрения достоверности правил происхождения и определения таможенной стоимости. Определенные результаты получены — были выявлены нарушения, сделаны выводы. По каким-то позициям таможенный контроль может быть усилен. В частности, речь идет о продовольственной группе товаров, где были выявлены факты ввоза бразильского мяса под видом украинского, конфет неизвестного происхождения под видом украинских.

— Вам не кажется, что неделя торговой войны в итоге лишь приблизила Украину к подписанию СА? Ведь именно после этого в Брюсселе начали говорить, что соглашение надо подписывать, несмотря ни на что.

— В Брюсселе уже давно приняли решение, что договор будет подписан. Потому что он Европе выгоден, он ее ни в чем не ущемляет, он открывает для ЕС украинский рынок, заставляет Украину подчиниться нормам Евросоюза. При этом свой рынок ЕС защищает квотами в отношении украинских продовольственных товаров. Так что я считаю, что соглашение несимметрично: ЕС получит все, а Украина — только то, что сочтет нужным Евросоюз.

— По вашему ощущению, в Украине поверили, что Россия может ввести такой же усиленный режим таможенного контроля на постоянной основе? Есть мнение, что такой режим априори является непродолжительным.

— Мне кажется, что слово "поверили" здесь не совсем уместно. То, насколько изменятся технологии таможенного администрирования, зависит от результатов мониторинга, который проводится на границе. Если количество товаров с занижением таможенной стоимости или с фальсификацией происхождения будет нарастать, то режим будет ужесточаться, и все больше товаров будут попадать в группу риска.

— Но тотальный контроль наподобие того, что действовал с 14 по 20 августа, невыгоден и России. Нарушаются кооперационные связи, создается дефицит продукции. Поэтому он не может быть введен на постоянной основе, верно?

— Если говорить об этом периоде (с 14 по 20 августа.—"Ъ"), то выборочной проверке было подвергнуто 27% товаров, то есть далеко не весь поток. На основании этой проверки проведена корректировка профилей риска, и пока ужесточение таможенного режима касается нескольких процентов товарооборота. Если таможня знает, что некая группа товаров традиционно происходит из Украины, то, естественно, к таким товарным группам применяются упрощенные процедуры.

— С чем связана несогласованность таможенного регулирования в странах ТС? Например, Белоруссия, в отличие от РФ, в августе не ужесточила режим. Часть предпринимателей приспособились везти грузы в Россию через Белоруссию.

— По нашим наблюдениям, серьезного перетока товаров не было. Просто режим контроля на белорусской границе традиционно более жесткий, чем на российской.

— Но после его резкого ужесточения на российско-украинской границе белорусский режим не изменился и оказался мягче российского.

— Однако мы не увидели, чтобы потоки оперативно переориентировались на белорусские пункты пропуска, там очередей не появилось.

— Другой пример — несогласованность ограничений на продукцию компании Roshen: Россия запретила ее ввоз, а Белоруссия и Казахстан отказались это делать.

— Роспотребнадзор выявил в этих товарах признаки нарушения санитарных норм. Да, вы можете привезти в Россию коробку конфет из Белоруссии или Казахстана, ведь в ТС нет таможенного контроля на внутренних границах. Но потом вам их придется съесть, поскольку продавать их на территории России нельзя.

— Получается, что внутри ТС санитарные нормы не синхронизированы. И даже если Украина станет членом ТС, это не дает гарантий, что в любой момент Роспотребнадзор не введет запрет на продажу какой-то продукции.

— Нормы санитарно-ветеринарного контроля у нас унифицированы, они утверждены комиссией ТС. Но правоприменительная практика действительно отличается. Бывают случаи, когда по контрольным процедурам у наших санитарных служб возникают разногласия. Я думаю, что по мере накопления опыта правоприменительная практика также будет унифицироваться. Возможно, в ЕЭС будут созданы единая санитарная и единая ветеринарная службы.

— Россия может системно изменить таможенные тарифы для украинских товаров?

— На последних переговорах на уровне премьер-министров, которые состоялись в Москве, украинской стороне была доведена единая позиция России и ЕЭК, которая сводится к следующему: по мере того как Украина в соответствии с графиком, предусмотренным СА, будет обнулять свои пошлины на импорт из Евросоюза, Таможенный союз будет вводить пошлины на импорт товаров из Украины в размере единого таможенного тарифа ТС. То есть как только Украина обнулит пошлины, к примеру на текстиль или на сыр, в тот же момент ТС введет пошлины на импорт из Украины этих товаров в том размере, который действует для третьих стран. Таким образом, мы переводим импорт по данной позиции из режима свободной торговли в режим наибольшего благоприятствования.

— Как это стыкуется с договором о зоне свободной торговли (ЗСТ) СНГ?

— В соответствии с приложением N6 к соглашению о зоне свободной торговли у ТС есть такое право. Наверное, будет проведена соответствующая процедура (соглашение предполагает консультации сторон.—"Ъ"). Кстати, хочу отметить: в украинских СМИ доминирует мнение, что Россия угрожает (повышением ставок.—"Ъ"), шантажирует, выкручивает руки и тому подобное. Но ведь это не мы подписываем договор с ЕС, а украинская власть! Из СА вытекает огромное количество угроз нашим торгово-экономическим отношениям. Согласно договору о ЗСТ СНГ, Украина должна была провести консультации с нами не только перед подписанием, но даже перед парафированием СА. Таких консультаций не было, и сегодня нас ставят перед фактом. Поэтому мы сейчас просто вынуждены обдумывать меры по нейтрализации возникающих угроз.

— Украинская сторона может возразить, что это все-таки похоже на шантаж. Вы обещаете изменить таможенные барьеры, хотя еще неизвестно, будет ли значительный рост экспорта из Украины в ТС. Тем более не очевидно, что рост будет по всем товарным группам.

— Я хочу уточнить нашу позицию. Первое, что мы объясняем украинским коллегам: если Украина подписывает СА, она теряет возможность участвовать в процессе евразийской экономической интеграции. Второе: в этом случае она лишает себя статуса самостоятельного партнера и без согласия Еврокомиссии ни одно решение в сфере регулирования торгово-экономических отношений принять не сможет. Третье: мы выражаем обеспокоенность по поводу того, что те торговые режимы, которые Украина вводит с ЕС, могут повлечь — подчеркиваю, не повлекут, а могут повлечь — серьезные изменения в структуре товарооборота. Эти изменения связаны с двумя рисками. Первый риск — переток через Украину европейских и турецких товаров под видом украинских. На его нейтрализацию направлена процедура таможенного администрирования. И второй риск — вытеснение украинских товаров с внутреннего рынка на рынок ТС. Это неизбежно, поскольку значительная часть производителей не смогут в течение 2-3 лет привести продукцию в соответствие с европейскими техническими регламентами, как того требует СА. Как следствие, они потеряют собственный украинский рынок, и у них останется только рынок ТС. Исходя из этого, включается возможность введения таможенного тарифа со стороны ТС. Еще раз подчеркну, это не мы шантажируем Украину, это Украина ставит нас перед фактом, что она в нарушение ст. 13 Большого договора меняет всю свою систему торгово-экономического регулирования и ставит ее в одностороннюю зависимость от третьей стороны.

— Что делать в этом случае с соглашением о ЗСТ в СНГ?

— Конечно, Украина — главный партнер ТС в СНГ. Поэтому если дело дойдет до перехода к режиму наибольшего благоприятствования, то экономический смысл этого соглашения для стран ТС во многом теряется. Хотя остается Средняя Азия, остается Кавказ.

— Для подписания СА Киев должен выполнить ряд критериев, выдвинутых ЕС, в том числе освободить экс-премьера Юлию Тимошенко. Вы верите, что это произойдет?

— Я верю в здравый смысл, а здравый смысл говорит о том, что Украине подписывать СА невыгодно. Что касается Евросоюза, то он снимет все свои условия. Я уверен, что требование отпустить Юлию Тимошенко — не более чем блеф. Высокопоставленные чиновники ЕС открыто называют Украину своим главным трофеем на постсоветском пространстве. Патрик Кокс, Александр Квасьневский, Штефан Фюле, бывшие и нынешние руководители Польши и Литвы, послы США и ЕС в Киеве из кожи вон лезут, чтобы заставить украинское руководство подписать экономически вредное и политически самоубийственное для Украины СА. Некоторые из них стараются изо всех сил, имея немалую личную заинтересованность. Логика этого навязчивого вмешательства во внутренние дела Украины такова: чем больше требований, тем послушнее становится партнер. Выдвигая больше требований, а затем ослабляя или снимая их, ЕС создает иллюзию переговоров и уступок. На самом деле в ЕС и в США давно принято решение о том, что Украину нужно втянуть в договор, который, как сказал Юрий Луценко, является стоп-краном в отношении движения страны в направлении евразийской интеграции. И это соглашение действительно является таким стоп-краном. Его главный смысл — не допустить участия Украины в Таможенном союзе с Россией, Белоруссией и Казахстаном. Другого смысла я не вижу, потому что экономически, юридически и политически Украина теряет от его подписания.

— Сохраняется ли возможность того, что при выборе восточного вектора интеграции Украина получит скидку на газ?

— Да, конечно. У нас действует соответствующее соглашение в рамках Единого экономического пространства, где предусматривается принцип равнодоходности при образовании цены на газ. Для Украины стоимость газа будет близка к той, по которой его получают белорусы, то есть речь идет о двух- или трехкратном снижении. Так, в нынешнем году Белоруссия получает газ по цене $166 за тысячу кубометров.

— В декабре минувшего года планировался визит Виктора Януковича в Москву, но в последний момент был отменен. Правда ли, что там Киев должен был получить скидку на газ?

— Здесь были, да и до сих пор остаются две траектории переговоров. Одна из них связана с возвращением Украины в ЕЭП. В этом случае она получает газ по внутренним ценам Таможенного союза, а кроме того, предусматривается отмена экспортной пошлины и на газ, и на нефть, что означает для Киева $7-8 млрд экономии ежегодно. И вторая переговорная траектория — создание газотранспортного консорциума, который предполагает объединение наших газотранспортных систем. В этом случае Украина получает скидку на газ, а Россия обретает право собственности в консорциуме, который арендует "трубу", и инвестирует в него миллиарды долларов. Переговоры шли именно об этом. Проблема в том, что Украина, войдя в Европейское энергетическое сообщество, взяла на себя обязательства по правилам транзита энергоносителей, которые делают для "Газпрома" участие в консорциуме неинтересным.

Всего улучшение условий торговли для Украины в случае ее участия в евразийском интеграционном процессе оценивается в $11-12 млрд в год. Эта цифра, помимо экономии на газе, складывается из результатов отмены защитных мер во взаимной торговле, снятия технических барьеров, отмены экспортных пошлин. Присоединение Украины к Таможенному союзу и Единому экономическому пространству позволит ей уравновесить свой торговый баланс и обеспечить макроэкономическую устойчивость.

Тэги:

Обсудить: (17)

Газета "Коммерсантъ Украина" №135 от 03.09.2013, стр. 1