Кутьин Николай Георгиевич
Николай Кутьин 1965 года рождения, выходец из Санкт-Петербурга, в 1990-х занимал пост заместителя главы комитета по управлению государственным имуществом Санкт-Петербурга Михаила Маневича (убит в 1997 году). В начале 1990-х господин Кутьин переехал в Москву, занимал должность заместителя главы управления Госкомимущества. В 2001 году он стал заместителем гендиректора Российского агентства по боеприпасам, в 2003-м — статс-секретарем — заместителем гендиректора Российского агентства по обычным вооружениям. Позднее в ходе административной реформы правительства Михаила Фрадкова агентство было ликвидировано.
В 2004 году путем слияния Госгортехнадзора и Атомного надзора была создана Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору — Ростехнадзор. С 2004 по 2005 год господин Кутьин руководил управлением службы по надзору за взрывоопасными и химически опасными производствами, затем занял пост заместителя главы службы. Отметим, что Ростехнадзор с момента своего создания в 2004 году находился в прямом подчинении правительства. В этом статусе ведомство было прямым конкурентом подведомственному Минприроды Росприроднадзору, и в ходе реорганизации правительства в мае 2008 года, когда премьер-министром стал Владимир Путин, полномочия Ростехнадзора были урезаны, а сама служба передана в ведение Минприроды. После этого тогдашний глава службы Константин Пуликовский подал в отставку. Увольнение господина Пуликовского во многом было спровоцировано аварией летом 2008 года на шахте имени Ленина в Междуреченске — тогда кемеровский губернатор Аман Тулеев заявил, что проверки шахт проводились «формально», а подчиненные господина Пуликовского, возможно, получали взятки.
В итоге 2 сентября 2008 года Николай Кутьин был назначен исполняющим обязанности руководителя службы, а 20 сентября утвержден в должности. Через год, в октябре 2009 года Ростехнадзору пришлось расследовать причины аварии Саяно-Шушенской ГЭС, при которой погибли 75 человек и была существенно разрушена сама станция. Тогда Николай Кутьин назвал ответственными за аварию экс-главу РАО «ЕЭС России» (сейчас руководитель госкорпорации «Роснано») Анатолия Чубайса, заместителя главы Минэнерго Вячеслава Синюгина и еще около 30 человек. Отметим, однако, что, по словам главы Ростехнадзора, ситуация, ставшая причиной аварии, начала складываться за много лет до нее, а само расследование Ростехнадзора серьезных персональных выводов за собой не повлекло.
Резкое усиление Ростехнадзора началось в 2010 году после аварии на шахте «Распадская». По требованию тогда премьер-министра Владимира Путина полномочия службы были существенно расширены (в частности, инспекторы получили право закрывать опасные объекты с неоднократными нарушениями во внесудебном порядке), а сама она вернулась в прямое подчинение Белому дому. Напомним, тогда же служба впервые остановила работу принадлежавшего «Югу Руси» Новошахтинского завода нефтепродуктов мощностью 2,5 млн тонн в год, попавшего под раздачу в борьбе курирующего ТЭК вице-премьера Игоря Сечина с «нелегальными мини-НПЗ» (см. “Ъ” от 28 мая 2010 года). В итоге после долгих разбирательств завод купило ОАО «Зарубежнефть».
Впрочем, опыт успешного противостояния Ростехнадзору в январе—феврале 2012 года продемонстрировали российские металлурги. После жалоб тогда вице-премьеру Игорю Сечину на недоинвестированность металлургической отрасли служба по его поручению пыталась заставить компании заключить соглашения с государством (со стороны правительства в них участвовали Ростехнадзор, ФАС и Росприроднадзор). По ним бизнес обязан был проводить «поэтапную замену устаревшего и изношенного оборудования, введение нового оборудования, соответствующего современным требованиям...», а ведомства — контролировать объекты и сроки, оформленные приложением к соглашению.
Однако металлурги официально и консолидированно выступили против идеи государства силой заставить их модернизировать мощности. НП «Русская сталь» тогда обратилось к вице-премьеру с опровержением данных ведомств о недоинвестированности, предложило отказаться от планов по заключению жестких обязывающих соглашений между компаниями и контролирующими органами и, наоборот, помочь им налоговыми и таможенными льготами. Ростехнадзор отступился — в службе заявили, что заключение соглашений необходимо, чтобы ведомство имело возможность получить точные данные об отрасли и более эффективно контролировать техническое состояние производственных объектов и ход их модернизации, но де-факто согласились учесть в текстах соглашений предложения компаний.