Коротко


Подробно

 Высокая мода на ТВ


"Матадор": новая попытка визуальной агрессии

       В минувший уик-энд автор популярной программы "Матадор" 1-го канала "Останкино" Константин Эрнст вновь представил собственную версию знаменитых парижских defilees на осенне-зимний сезон 1994-1995 гг. — "Haute Couture. Опыты визуальной агрессии". Программа (напоминавшая скорее киноверсию, нежели обычную видеосъемку), наглядно продемонстрировав либерализм ее автора, впервые позволила в полной мере оценить новинки законодателей моды и ощутить свою причастность к событию.
       
       После почти годового молчания "Матадор", напрочь лишенный искусствоведческих претензий, столь свойственных прочим отечественным телепрограммам о моде, вновь вторгся в сферу влияния Haute Couture. Причем на этот раз программа представила высший свет весьма по-свойски: с одной стороны, подтвердив собственную причастность к такому выдающемуся событию, как Неделя Haute Couture, а с другой — уверенно продемонстрировав знание обстановки и главных героев происходящего. При этом было очевидно, что упреков в адрес автора, ранее особо не утруждавшего себя показом единых образов, на этот раз удалось избежать: каждая модель появлялась в кадре в полный рост, а лишь затем оператор разглядывал те детали, которые, судя по всему, и были для Эрнста наиболее привлекательными.
       Естественно, что подобное отношение "Матадора" к defilees не могло остаться незамеченным. Эрнст также сознательно отказался и от утомительных бесед с законодателями моды, заменив их просто беглыми портретами. Подчас создавалось впечатление, что он ввел модельеров в программу в качестве неких символов, без которых каждый из показов, безусловно, выглядел бы незавершенным. Оттого-то и казались нелепыми и даже смешными и акцент Ханае Морей, пытавшейся на английском описать всю красоту ее излюбленного Парижа, и восхищение русскими моделями (а не собственным мастерством) г-жи Торрент, и даже адресованное русским женщинам пожелание Луи Ферро "слушаться собственного сердца". И все же именно эти штрихи позволяли наилучшим образом "разглядеть" кутюрье и понять, что за человек создавал коллекцию того или иного дома моды.
       Но, пожалуй, главная заслуга нового выпуска программы о моде в том, что она (впервые за историю существования подобных телепрограмм на нашем ТВ) сумела добиться почти кинематографической глубины изображения. Идея делать кинопрограммы с помощью обычной видеоаппаратуры преследует Эрнста последние годы. И все это время вместе со своими операторами (Андреем Лукашевичем и Андреем Макаровым) он искал способы ее осуществления. Судя по блестящему видеоряду прошлой программы "Матадора" об испанской корриде, он добился необходимого эффекта. На сей раз ему снова удалось сохранить колорит и пропорции, без чего любое defile теряет на экране свою загадочность.
       Вопреки прежним отчетам о Неделе Haute Couture, Эрнст отказался и от давления на зрителя: он перестал отбирать коллекции по принципу "лучшие из лучших" и предоставил зрителю право самому решать, кто и чего сегодня стоит.
       Несколько странное название программы "Haute Couture. Опыты визуальной агрессии" — отнюдь не попытка подобрать более или менее удачное название к милитаристским образам новых коллекций Валентино, Лагерфельда, Раббана или Ферро. Визуальная агрессия исходит от самого Эрнста. Единственное, от чего так и не захотел отказаться Эрнст, — это от "мужского" взгляда на моду. Он явно не собирается менять себя в угоду самым авторитетным мнениям. "В мире так распространен взгляд на моду глазами женщин, что мне еще сильнее хочется оставаться мужчиной, — заявляет Константин Эрнст. — Я понимаю Лагерфельда, сумевшего противопоставить своих sexy & babies girls другим — статным, но абсолютно бездушным вешалкам. Мода — одно из нормальных проявлений сексуальности. Она прежде всего должна волновать".
       
       НАТАЛИЯ Ъ-ОРЛОВА
       
       
       
       
       
       
       
       

Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" от 15.11.1994
Комментировать

Наглядно

валютный прогноз

обсуждение