Наблюдатели с нетерпением ожидали первого собрания акционеров АО Уралмаш: помимо того что акционерами Уралмаша стали 64 тысячи физических и юридических лиц, событие приобретало дополнительный интерес в связи с наличием в АО крупных "внешних инвесторов" — по итогам чекового и денежного аукционов очень значительные пакеты акций АО отошли к фирмам "Биопроцесс" и "НИПЕК". Впервые инвесторы, казалось бы, имели возможность оказать реальное влияние на деятельность крупнейшего машиностроительного завода. Стараясь избежать лишнего ажиотажа, руководство Уралмаша даже не допустило на общее собрание журналистов.
Однако сенсации не получилось. Вопреки ожиданиям, собрание прошло быстро и спокойно. Внесенные в повестку дня вопросы о новой редакции устава акционерного общества, о выборах совета директоров и ревизионной комиссии после короткого обсуждения принимались подавляющим числом голосов - от 80 до 99,3%. Таким образом, если и есть в АО разногласия между акционерами, на публику их решили не выносить. А почва для разногласий есть — хотя бы потому, что экономическое положение АО крайне незавидное.
Собрание акционеров
Всего в реестр АО "Уралмаш" внесено 64 400 акционеров, причем 41 650 из них владеют обыкновенными (голосующими) акциями. 30% процентов акций общества пока не проданы (остаются в государственной собственности), 10% из них составляют фонд акционирования работников предприятия и 20% зарезервированы для проведения инвестиционных торгов. Сроки торгов не определены; как заверили корреспондента Ъ, в этом году они не состоятся. В зале на 1000 мест присутствовало 900 человек, голосовавших в совокупности 1943886 акциями. Это примерно 54% уставного капитала, а так как доля голосующих акций в нем сейчас составляет 65%, то собрание было весьма представительным — кворум составил около 83%.
Вполне очевидно, что Уралмаш физически не мог пригласить всех акционеров на первое собрание, хотя руководство завода и не чинило препятствия тем акционерам, которые пожелали участвовать в собрании лично. Примерно 30% акционеров из числа работников завода оформили доверенности на имя генерального директора, а оставшиеся передали свои голоса совету директоров, который, в свою очередь, также отдал их генеральному директору.
Поначалу мелкие инвесторы питали некоторые иллюзии насчет того, что смогут оказать существенное влияние на принятие решений. Однако их пыл пропал после того, как генеральный директор Уралмаша Виктор Коровин огласил данные о распределении пакетов акций среди совладельцев промышленного гиганта. Голоса распределились так: 34,8% у "Биопроцесса", 5,6% у НИПЕК (в совокупности 40,4%), у г-на Коровина — 45,5%, в которые входят и государственный пакет акций, переданный ему в управление РФФИ, и доверенности от работников предприятия. Голоса мелких инвесторов, присутствовавших на собрании, в совокупности составили лишь 9,8%.
Из 11 обсуждавшихся кандидатур в совет директоров вошло семь человек, возглавил его г-н Коровин. Собрание выбрало в новый состав совета бывшего председателя областного комитета по управлению имуществом Владимира Соколова, однако, как заявил г-н Соколов корреспонденту Ъ, вряд ли он сможет совмещать должности председателя РФФИ и члена совета директоров Уралмаша. В совет вошли три представителя завода — председатель СТК Сергей Певчев, начальники цехов Юрий Кузнецов и Сергей Куделин, и два представителя "внешних инвесторов" — от АО "Биопроцесс" и НИПЕК — Михаил Бебуров и Леонид Скопцов.
Экономическое положение Уралмаша
Вполне естественно, что на повестке собрания встал вопрос о выплате дивидендов. Однако г-н Коровин заявил, что об этом речь пойдет лишь на следующем собрании акционеров, в апреле 1994 года. Согласно уставу АО совет директоров к тому времени по результатам финансового года представит предложения по распределению прибыли, в том числе на выплату дивидендов. Но в какой-то степени судьба будущих дивидендов ясна уже сейчас.
На собрании были преданы гласности результаты хозяйственной деятельности Уралмаша за девять месяцев 1993 года. По мнению экспертов Ъ, эти результаты говорят не только о том, что АО находится в кризисном состоянии и ничем не может порадовать своих акционеров, но и о том, что администрация ничего реально не смогла сделать хотя бы для обозначения выхода из кризиса. Ни структура производства, ни структура физического капитала по существу не изменились. Едва ли порадует акционеров и единственное предложение, содержащееся в разделе "выводы и предложения":
"Повышение эффективности в условиях ограничения и снижения объема производства могут дать только или продажа части основного капитала, или сдача его в аренду на выгодных для АО условиях."
Статистика подтверждает минорность такого заключения. За три квартала реально произошла деиндустриализация производства: основные средства по остаточной и первоначальной стоимости снизились соответственно на 11% и 9%. Капитальные же вложения были на порядок меньше выбытия — при том, что инвестиции, в отличие от выбытий, оцениваются в текущих ценах. Значения финансовых коэффициентов, используемых для анализа баланса предприятия, ухудшились и ушли еще дальше от нормативных значений. Продолжился реальный спад производства: пятикратный рост объема товарной продукции произошел на фоне роста цен на тонну металлоизделий в 7,6 раза; прирост остатков нереализованной продукции составил треть общего объема товарной продукции. Впрочем, надо отметить, что примерно такое же положение наблюдается на большинстве российских машиностроительных заводов.
По словам г-на Коровина, в связи со снижением объемов производства оборудование Уралмаша используется только на 40%. Омертвление 60% оборудования, естественно, сказалось на результатах использования основного капитала АО.
Резко увеличивается объем собственных оборотных средств Уралмаша — на 2 млрд рублей он вырос только за третий квартал — однако, по мнению г-на Коровина, в настоящее время трудно предсказать, какие именно положительные результаты может дать такое увеличение. Даже если на эти средства АО приобретет комплектующие изделия, сырье и материалы, изготовит затем товарную продукцию и поставит ее заказчикам, то у заказчика в конечном счете может не оказаться средств на оплату, и Уралмаш снова останется без оборотных средств. Ведь за уже поставленную Уралмаше" по договорам продукцию покупатели должны 8 млрд рублей.
В этих условиях вполне закономерно ожидать, что руководство завода примет решение не выплачивать в ближайшем будущем никаких дивидендов. С ним, по-видимому, согласятся и крупнейшие совладельцы Уралмаша. Как заявил председатель совета директоров АО "Биопроцесс" Каха Бендукидзе, его компания настоятельно рекомендует всем предприятиям, совладельцем которых она является, направлять дивиденды на развитие производства.
По словам представителя АО "Биопроцесс" г-на Скопцова, эта компания не намерена в ближайшие годы пользоваться дивидендами Уралмаша в надежде на получение прибыли в будущем. Что же касается реальных инвестиций в завод, то "Биопроцесс" не располагает ресурсами, чтобы за счет собственных средств осуществлять крупные инвестиционные проекты. Его роль будет сводится к поиску богатого инвестора и к тому, чтобы искать наиболее выгодные инвестиционные проекты, определять условия их финансирования и обеспечивать само финансирование. При этом приток необходимых средств может осуществляться из правительственных фондов, международных организаций.
Постоянные утверждения "Биопроцесса" о том, что дивиденды Уралмаша его не интересуют, все более ясно показывают, что его интересует нечто другое. Что же? Может быть, в поисках разгадки следует обратить более пристальное внимание на процитированный нами вывод администрации Уралмаша о том, что "повышение эффективности ... могут дать только или продажа части основного капитала, или сдача его в аренду на выгодных для АО условиях."
Возможное развитие событий
Собрание акционеров достаточно ясно продемонстрировало, что руководство завода на сегодняшний момент сохраняет в своих руках контрольный пакет, и любое предложение крупных сторонних инвесторов, идущее вразрез с интересами руководства завода, в принципе, может быть отвергнуто. А с другой стороны, превосходство "своих" над "чужими" не настолько велико, чтобы его нельзя было свести к нулю целенаправленными действиями. Едва ли следует сомневаться в том, что заинтересованные лица — и руководители завода, и внешние инвесторы — владели такой информацией и до начала собрания. Будучи людьми разумными, они поняли, что конфронтация в подобных условиях дело не просто рискованное, а обоюдно гиблое. Это и побудило их к поиску — и нахождению — точек соприкосновения. Пока нам известно лишь об одной из них.
В состав учредителей акционерного коммерческого Промторгбанка, контролируемого "Биопроцессом" и НИПЕК, за счет расширения уставного капитала недавно был включен Уралмаш. Теперь Уралмаш, АО "Биопроцесс", корпорация "НИПЕК" и Промторгбанк договорились об учреждении в ближайшем будущем инвестиционно-промышленного консорциума для сотрудничества в области промышленного производства, строительства и инвестиционной деятельности. Распределить роли в консорциуме предполагается следующим образом: "Биопроцесс" и НИПЕК обеспечивают приток инвестиций, заключают договоры с партнерами, а Уралмаш поставляет необходимое оборудование. Участники проекта собираются совместно разрабатывать различные месторождения, в частности, месторождение бокситов в районе Тиманского кряжа (НИПЕК является одним из учредителей АО "Бокситы Тимана").
Некоторые наблюдатели склонны предположить, что описанная схема по существу является планом цивилизованного развода: "Биопроцесс" и НИПЕК в той или иной форме отдадут свою долю в капитале Уралмаша в обмен на уралмашевскую долю в учреждаемой структуре. В таком случае, речь должна будет идти об отчуждении какой-то более или менее технологически связной части мощностей по производству добывающих машин. Таким образом, игра "акционерных сил" сделает то, что должен был, но не смог сделать ГКАП на этапе приватизации Уралмаша: начнется разделение этого неповоротливого супергиганта на меньшие и, хочется верить, более мобильные предприятия.
Никто из представителей заинтересованных сторон не захотел ни подтвердить, ни опровергнуть такое предположение. В "Биопроцессе", впрочем, нам сказали, что все подробности взаимоотношений этой компании с Уралмашем будут рассказаны вскоре на специальной пресс-конференции.
Конечно, эта пресс-конференция способна многое прояснить. Но и сейчас, пожалуй, понятно, что развод сторон более чем вероятен — если не на этапе создания консорциума, то при какой-нибудь иной оказии.
ВИКТОР Ъ-СМИРНОВ, НАТАЛЬЯ Ъ-КАЛИНИЧЕНКО