Держателям долгов расписывают права

Банк России собирает предложения участников рынка относительно инициатив по изменению правового положения держателей облигаций. В опрошенных “Ъ” профильных ассоциациях в целом поддерживают предложения регулятора. Однако некоторые участники рынка указывают, что предлагаемые ограничения прав на индивидуальные иски (в пользу коллективной судебной защиты) могут ухудшить положение частных инвесторов. Вопросы правового регулирования облигационного рынка становятся все более актуальными в свете роста числа инвесторов-физлиц, а также дефолтов.

“Ъ” опросил участников рынка относительно их предложений к консультативному докладу ЦБ «Институты коллективной защиты». Документ был опубликован 26 августа 2026 года и содержит ряд инициатив по улучшению положения держателей облигаций. Такая реформа назрела давно, особенно в условиях увеличения числа дефолтов на долговом рынке (см. “Ъ” от 13 августа), считают эксперты. К тому же текущее регулирование «формировалось, когда выпуски облигаций были рассчитаны на институциональных инвесторов, тогда как сейчас большую часть инвесторов представляют физлица», указывает директор LCPIS Дмитрий Румянцев.

Большую часть положений доклада участники рынка поддержали. Регулятор предлагает обязать эмитентов подробно раскрывать информацию об условиях реструктуризации, обосновывая ее параметры, однако самая значимая часть изменений должна коснуться представителей владельцев облигаций (ПВО).

В частности, Банк России предлагает расширить число случаев, при которых сопровождение выпусков ПВО обязательно. Сейчас представители есть не у всех облигаций: к примеру, у «Евротранса», допустившего дефолт по всем выпускам, ПВО отсутствует, так как бумаги эмитента находятся в первом уровне листинга (см. “Ъ” от 7 августа). При этом, по замыслу регулятора, все расходы, связанные с функционированием ПВО, также будут возложены на эмитента. Требования к самим ПВО также изменяются: их минимальный капитал вырастет с 10 тыс. руб. до 10 млн руб. ПВО, бездействующие два года подряд, будут исключены из списка лиц, осуществляющих деятельность. По данным регулятора, 85% выпусков облигаций, в отношении которых определен ПВО, обслуживается лишь пятью ПВО, тогда как в реестре ЦБ числятся 54 организации.

В то же время ЦБ предлагает обязать ПВО подавать исковое заявление в суд без отдельного решения ОСВО для защиты прав инвесторов. Как указывают в Ассоциации инвесторов АВО, такая мера помогает сразу перейти к процессам банкротства, но в то же время такой подход «делает практически невозможными реабилитационные процедуры», что сулит облигационерам, особенно частным инвесторам, минимальный возврат средств. «На фондовом рынке автоматическая подача иска может быть губительна, особенно когда выпуск еще можно спасти»,— предупреждает директор LCPIS Дмитрий Румянцев. В то же время, как считают в ПВО «Волста», даже после обращения представителя в суд эмитент по-прежнему может предложить владельцам облигаций план реструктуризации долга и избежать банкротства. К тому же обстоятельства дефолта не всегда позволяют применить реабилитационные меры, отмечают в ПВО ЮЛКМ.

При этом, по замыслу регулятора, правом на заявление требований от имени всех владельцев облигаций при подаче заявления о банкротстве должен обладать только ПВО. Как считают в Ассоциации инвесторов АВО, это существенно ограничивает права частного инвестора. «Там, где ПВО будет неделями формировать позицию, владелец с собственным судебным актом заявит возражение, оспорит сделку или поддержит заявление о привлечении к субсидиарной ответственности сегодня»,— заявляют в организации. Кроме того, держатели иных долговых инструментов эмитента по-прежнему могут действовать без обязательного единого представителя, поэтому лишать облигационера права действовать самостоятельно недопустимо, считает предправления Ассоциации институциональных и розничных инвесторов Илья Херсонцев.

Предлагаемые изменения призваны улучшить защиту владельцев облигаций после наступления дефолта, однако меры по предварительному мониторингу положения эмитента также нуждаются в доработке, отмечают эксперты. В частности, по мнению ЮЛКМ, ПВО должны иметь полномочия направлять эмитенту запросы о расходовании средств облигационного займа и фактах экономической деятельности компании. «Разумно рассмотреть возможность резервирования при размещении выпуска отдельных средств, за счет которых ПВО смог бы оплачивать осуществление процессуальных действий в случае дефолтов»,— считает Дмитрий Румянцев. ПВО могут быть наделены правом обращаться с заявлением о признании эмитента банкротом в упрощенном порядке, полагают в ПВО «Волста».