Товарищи по участию

12 сентября президент России Владимир Путин в Нью-Дели участвовал в заседании лидеров стран БРИКС, сажал с ними деревья и вел душеспасительную беседу с наследным принцем Абу-Даби. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников считает, что тот был не рад.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Накануне Владимир Путин работал, как известно, до поздней ночи. (При этом, уходя к себе в номер, еще ответил на мой вопрос, и ответ занял минут десять. Смыслом ответа, мне показалось, было то, что границы после Второй мировой войны незыблемы и России от Европы ничего не нужно, а то, что нужно от Украины, Россия возьмет и так.)

Даже премьер-министр Малайзии Анвар Ибрагим, вошедший в ночи в отель «Маурия», сказал ему вместо приветствия:

— Вы должны уже спать!

Господин Путин не успел среагировать, как заместитель главы администрации Максим Орешкин вступился за шефа:

— А просто у нас время — в другую сторону...

Премьер, кажется, начал думать над этой коллизией и даже показался мне немного потрясенным. А просто он же не смотрел фильм Кристофера Нолана «Довод». Может, и слава богу.

— Мы никогда не спим,— упростил ситуацию министр иностранных дел Сергей Лавров.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Следующий день в Нью-Дели начался для Владимира Путина не так уж рано, особенно по местному времени. Стартовал уже саммит лидеров БРИКС, и господин Путин выступил на нем.

— На мировой арене сейчас происходят по-настоящему кардинальные геополитические, геоэкономические, технологические и социальные преобразования. Меняется многое, и в первую очередь уклад жизни человека, уровень медицины, качество окружающей среды, трансформируется структура общества и демографическая карта мира. Уходит в прошлое однополярная система международных отношений, обслуживавшая узкую группу стран,— Владимир Путин говорил о своем.— Баланс сил перераспределяется в пользу новых центров роста на Глобальном Юге и Востоке. Все больше государств громко и отчетливо заявляют о готовности защищать свои национальные интересы, участвовать в решении глобальных проблем.

Здесь, в этом зале, за большим круглым столом, президент России находил для себя много благодарных слушателей.

— Однако формирование многополярного мира идет не без сложностей,— продолжал он,— мы это видим с вами, это встречает сопротивление тех, кто привык мыслить колониальными категориями, по сути своей, делить мир на цветущий сад и дикие джунгли (вспомнить европейских лидеров) да и жить за чужой счет. Они не готовы принять меняющуюся действительность и стремятся всячески сдерживать растущих конкурентов.

В ход идут любые средства, включая тарифные войны, нелегитимные санкции, попытки экономического диктата, шантажа, вмешательства во внутренние дела и просто грубую силу. Разжигаются застарелые очаги напряженности, провоцируются все новые конфликты и разногласия. В результате дает сбой вся система международных отношений, снижается эффективность ряда многосторонних структур и институтов.

Если бы здесь было принято аплодировать — самое время.

— Считаем необходимым,— добавил господин Путин,— и далее сообща с единомышленниками по БРИКС содействовать повышению качества деятельности ООН. Конечно, этому, в частности, помогло бы расширение ее Совета Безопасности, представительства стран Азии, Африки, Латинской Америки.

Заодно российский президент предложил реформировать и едва ли не все мировые институты экономического управления.

— Давно назрел и вопрос о совершенствовании глобальных институтов экономического управления: Международный валютный фонд, Всемирный банк, Всемирная торговая организация...

Владимиру Путину было за что покритиковать их:

— Все они создавались в совершенно иных политических и экономических реалиях и с трудом адаптируются к ситуации, когда деловая активность все больше смещается в сторону развивающихся рынков.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Председатель КНР Си Цзиньпин, приехавший на саммит и державшийся за руку с премьер-министром Индии Нарендрой Моди во время церемонии фотографирования по предложению последнего, был, когда зачитывал речь, даже более чем всегда спокоен в формулировках, а смысл угадывался, только если потом перечитать его речь в третий раз (ему-то хорошо: один раз прочитал — и забыл), и то, скорее всего, выяснится, что ты себе все это надумал, а он вообще ничего не имел в виду.

— Товарищи офицеры!..— воскликнул глава «Росатома» Алексей Лихачев, увидев Сергея Лаврова после возвращения в отель из города, где Владимир Путин, Нарендра Моди и остальные лидеры стран БРИКС уже и Деревья Дружбы посадили.

— Мирный атом! — кажется, возразил Сергей Лавров.

— Не всегда! — не стал скрывать господин Лихачев.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

С заседания БРИКС Владимир Путин возвращался в свой отель в одной машине с премьер-министром Эфиопии Абием Ахмедом Али.

— Знаю, что вы вчера отметили новый, 2019 год! — приветствовал Владимир Путин премьера Эфиопии уже в переговорной комнате.

Что ж, тот хорошо держался для человека, встретившего Новый год.

Хотя, когда он заговорил, могло показаться всякое.

Так, он стал говорить господину Лаврову, что тот выглядит гораздо лучше, чем пару лет назад, когда он его видел в последний раз.

А потом очень уж откровенно благодарил Владимира Путина за то, что благодаря ему Эфиопия — в составе БРИКС (тогда этого добивался как раз Сергей Лавров), и настаивал, что придет время, и Эфиопия сможет ответить России тем же (однако для этого Россию предстоит сначала исключить из БРИКС).

Что ж, здесь, в отеле, ждали уже наследного принца Абу-Даби. Путин провел переговоры с наследным принцем Абу-Даби Халедом бен Мухаммедом бен Заидом Аль Нахайяном.

Тем временем появилась наконец многострадальная итоговая декларация. Выяснилось, что страны БРИКС обеспокоены резким ростом военных расходов в мире.

Только из этой фразы, которая, видимо, является итогом трехдневной дипломатической работы, следует, что война как между США и Израилем с Ираном, так и между Россией и Украиной вызывает беспокойство коллег по БРИКС, и это беспокойство — на грани осуждения.

Впрочем, это еще может означать, что страны БРИКС обеспокоены ростом военных расходов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Что ж, приехавший в «Маурию» наследный принц в начале переговоров после вступительного слова Владимира Путина не произнес вообще ни слова, что является, конечно, нонсенсом в протокольном процессе. И вообще он смотрелся хмуро.

Очевидно, соседство с президентом Ирана на заседании не далось ему просто. Господину Путину предстояла миссия примирить принца с действительностью, в которой все сложно.

В этот день оставался еще торжественный прием от имени премьер-министра Индии.

На нем все были, кажется, искренне рады друг другу.

Ведь БРИКС заканчивался.