Рурские песни

В городах Рурской области Германии проходит ежегодный фестиваль «Рур Триеннале» — один из важнейших ежегодных театральных и музыкальных фестивалей Европы. Он открылся новым мультижанровым спектаклем художественного руководителя фестиваля, знаменитого бельгийского режиссера Иво ван Хове, придуманным на основе тридцати песен Дэвида Боуи. Эсфирь Штейнбок пожалела, что мандат худруков «Рур Триеннале» строго ограничен тремя годами.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Для Иво ван Хове идея поставить спектакль на основе наследия Дэвида Боуи была естественной и легко объяснимой: бельгийский режиссер — не только почитатель Боуи, как и многие люди его поколения, но и тесно сотрудничал с культовым автором и исполнителем в последние месяцы его жизни. В 2015 году ван Хове поставил в нью-йоркском Theatre Workshop написанный Боуи офф-бродвейский мюзикл «Lazarus» («Лазарь») — одноименная песня, кстати, вошла в последний альбом «Blackstar», выпущенный буквально за пару дней до смерти Боуи.

Теперь режиссер переслушал четыреста композиций легендарного британского музыканта и певца, выбрал из них три десятка — и соединил их в представлении «Rebel Rebel», где живая музыка, тексты песен, видео и хореография слились в жанре, которому не существует строгого определения: мюзикл не мюзикл, а некий «театральный альбом», ревю, кассовый «гезамткунстверк», составленный из сценических «клипов».

В этом спектакле речь идет о некой вымышленной стране, пережившей неназванную социальную катастрофу. Война ли случилась там у них или революция, но старое общество разрушено.

А новая власть не разрешает людям вступать в личные отношения: в государстве нельзя любить и запрещен секс. Нарушителям — смерть. За соблюдением этих иррациональных правил следят молодежные уличные банды, которыми управляет предводитель самозваной «полиции нравов».

Разумеется, в городе находятся два молодых человека, он и она, которые, случайно встретившись посреди контейнеров и депрессивных пейзажей полуразрушенного города, быстро понимают, что не могут жить друг без друга. Им приходится вступить в смертельно опасный конфликт с большинством. Постепенно выясняется, что глава неформалов сам глубоко несчастен, потому что никогда не знал любви. Нащупав это слабое место в системе насилия и подавления, героям удается переломить ситуацию в свою пользу, и в конце концов любовь побеждает.

Что-то в этом сюжете может напомнить «Ромео и Джульетту», что-то — родственную им «Вестсайдскую историю».

Иво ван Хове раньше ставил и шекспировскую трагедию, и популярный мюзикл Леонарда Бернстайна. Причем последний был сделан ван Хове сравнительно недавно, на Бродвее, где имел успех.

Точное понимание бродвейских законов зрелищности облегчило режиссеру и его постоянному соавтору, художнику Яну Версвейвельду, сегодняшнюю задачу, а умение работать с актерами (Иво ван Хове долгие годы возглавлял одну из лучших трупп в Европе — амстердамскую «Тонеелгруп», не раз приезжавшую в Россию) обеспечило «Rebel Rebel» непроходящее драматическое напряжение.

На главные роли ван Хове пригласил артистов из мюзиклов Диего Родригеса и Ари Нотартомасо, явно не лишенную андрогинности (что, впрочем, весьма уместно, если вспомнить содержание композиции Боуи, давшей название всему спектаклю). Но в главные герои «Rebel Rebel» все равно выбивается обер-гангстер в исполнении харизматичного и обладающего роскошной фактурой Даниэля Донского, уроженца Москвы, немецко-израильского актера и музыканта, придающего доставшимся ему текстам Боуи какой-то особый лоск — может быть, не вполне в духе их автора, но с очевидной пользой для привлекательности фестивального спектакля.

Именитый хореограф Сиди Ларби Шеркауи придумал для живописно смотрящихся «бандитов» выразительные (а когда нужно — лирические и даже сомнамбулические) танцевальные номера. А видео Кристофера Эша постепенно уводит внимание публики от социального апокалипсиса к искусно выстроенным психоделическим абстракциям.

В общем-то, если бы не крупные титры на экране, подчеркивающие тревожность сценической антиутопии, тема бунтарства и насилия, равно как и оптимистический хеппи-энд, не были бы столь явными — но Иво ван Хове, гораздо больше художник, чем социальный активист, совсем не стремится к декларативной прямоте и наивности. Воздействие самой музыки Боуи значит для него гораздо больше, чем похвальность идеи.

Режиссер и директор фестиваля хорошо знает, что желающие сегодня должны иметь возможность срифмовать концепции с пунктами актуальной повестки.

В первой части осуществленной в рамках «Рур Триеннале» трилогии, двухлетней давности спектакле «I Want Absolute Beauty» на песни британки PJ Harvey, известная немецкая актриса Сандра Хюллер показывала жизнь современной женщины — спектакль совсем не был феминистской агиткой, но сильный женский характер в центре действия кое-что «правильное» да значил.

Год назад «музыкальная трилогия» продолжилась спектаклем «I Did It My Way» на основе песен Фрэнка Синатры и Нины Симон — в основе сюжета лежала история любви и развода вымышленной американской супружеской пары, но желающие вычитывали из сценического действия конфликт «белой» и «черной» Америки, желаемое единство которых всегда таит в себе подавленные противоречия.

Теперь трилогия успешно завершена — вместе с мандатом Иво ван Хове на руководство фестивалем. Уже можно сказать, что благодаря умному программированию, основанному прежде всего на творческих критериях, режиссеру, выбравшему девиз «Тоскуя по будущему», удалось вернуть фестивалю «Рур Триеннале» былую славу и полноценное зрительское внимание. Так что остается только пожалеть, что учредители фестиваля пока не решаются пересмотреть принцип, придуманный основателем «Рур Триеннале», покойным Жераром Мортье,— всего три года для каждого худрука и строго без возможности продления.