Разворот на Дальний Восток
Почему это необходимо для России
На XI Восточном экономическом форуме (ВЭФ-2026), что с 1 по 4 сентября проходит во Владивостоке, традиционно много внимания уделяют инвестициям и экономике. Поговорить на этот раз есть о чем, учитывая, как быстро растет и меняется российский Дальний Восток и его роль в экономике страны.
Фото: Антон Новодерёжкин / Коммерсантъ
Фото: Антон Новодерёжкин / Коммерсантъ
В последние годы российская экономика сталкивается с немалыми трудностями. Сохраняется мощное политическое и экономическое давление со стороны недружественных стран, которое уже давно приобрело форму полноценной гибридной войны против России. Далек от разрешения целый ряд внутренних экономических проблем, препятствующих развитию нашей страны. Нас не могут устраивать темпы экономического роста в России, которые значительно ниже среднемировых.
Заместитель директора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Дмитрий Кувалин
Заместитель директора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Дмитрий Кувалин
Нас сильно беспокоят структурные проблемы, вследствие которых мы отстаем от стран-лидеров по производительности труда и эффективности использования природных ресурсов, а также по выпуску многих видов высокотехнологичной продукции. Нам создают серьезные проблемы слишком большое неравенство в доходах различных групп населения и слишком большие межрегиональные различия в уровне развития.
В этих условиях необходимо искать новые направления действий, которые помогут компенсировать потери от внешних санкций и ускорить решение внутренних экономических проблем. Один из наиболее логичных вариантов — более активное развитие восточных регионов России. Такой ход подсказывают и исторический опыт России, и здравый смысл.
В прошлом Сибирь и Дальний Восток уже не раз выполняли роль нового направления для обхода враждебных барьеров на западных границах, а также роль локомотива развития для всей России.
В частности, в XVII веке добытая за Уралом пушнина выполняла функцию главного экспортного товара России, позволявшего покрывать затраты на закупаемые за рубежом ткани, инструменты, оружие и прочие критически важные изделия. В XVIII–XIX веках сначала в Забайкалье, а потом и в других восточных регионах началась первая в стране промышленная добыча серебра и золота, которая полностью устранила зависимость России от импорта драгоценных металлов и стала прочной основой для национальной денежной системы. В 30–40-е годы XX века удвоение объемов национальной золотодобычи за счет быстрого освоения Колымского края позволило Советскому Союзу профинансировать масштабный импорт высоких технологий и провести комплексную модернизацию отечественной экономики.
Однако в первые 10–15 лет после распада СССР многолетнее восходящее развитие Дальнего Востока, к сожалению, прервалось. Более того, в результате неудачно проведенных в стране экономических реформ макрорегион был отброшен назад значительно дальше, чем остальная Россия. Достаточно сказать, что за постсоветский период численность населения Дальнего Востока и Забайкалья сократилась более чем на 20%, причем свыше 90% демографических потерь пришлось на миграционный отток. Например, в Республике Саха (Якутия) в 1990-е годы полностью лишились населения и прекратили существование свыше 20 населенных пунктов. Как следствие, вклад Дальнего Востока в общенациональные процессы развития значительно сократился. Причем сократился именно в тот период, когда в соседних странах Азиатско-Тихоокеанского региона происходил бурный экономический рост. Этот печальный парадокс привел к дополнительным потерям не только для самих дальневосточных регионов, но и для всей российской экономики.
Полноценные восстановительные процессы в макрорегионе начались примерно в середине 2000-х годов, когда на Дальнем Востоке по инициативе государства был запущен целый ряд мегапроектов — прокладка экспортного нефтепровода Восточная Сибирь—Тихий океан (ВСТО); возобновление модернизации Транссиба и БАМа, строительство федеральной автотрассы Чита—Хабаровск; достройка Бурейской ГЭС; крупномасштабная реновация города Владивостока и его окрестностей; развертывание выпуска новых самолетов и вертолетов на местных авиазаводах и др. Частный бизнес, увидев возросшую экономическую активность государства, также интенсифицировал свою инвестиционную деятельность в дальневосточных регионах.
В этот период российские и иностранные частные инвесторы мощно вложились, например, в модернизацию старых и строительство новых портов на Тихом океане; ввели в эксплуатацию крупные месторождения нефти и газа на шельфе Охотского моря, а также месторождения золота и серебра на Чукотке, в Магаданской области и других дальневосточных регионах.
Этот ход государства полностью оправдал себя, причем оправдал очень быстро. Например, во время кризиса 2009 года, когда ВВП России упал на 7,9%, а объем промышленного производства — на 9,3%, в Дальневосточном федеральном округе (ДФО) наблюдалась прямо противоположная экономическая динамика: ВРП макрорегиона в 2009 году вырос на 1,5%, а объем промышленного производства — на 3,9%.
Правда, затем в процессах социально-экономического развития Дальнего Востока возникла нелогичная пауза, в результате которой за 2012–2016 годы объем инвестиций в основной капитал на территории макрорегиона сократился на 35%. Выход из этой паузы вновь потребовал целенаправленных усилий государства, которое в этот раз постаралось не только увеличить объем бюджетных инвестиций, но и расширить спектр инструментов поддержки, стимулирующих приток частных капиталовложений и трудоспособного населения в макрорегион.
В частности, в ДФО было создано 15 территорий опережающего развития (ТОР), обеспечивающих инвесторам льготный налоговый и таможенный режим, а также упрощенный доступ к инфраструктурным мощностям.
К настоящему моменту работа ТОР позволила привлечь 4,3 трлн руб. капитальных вложений и запустить 979 инвестиционных проектов. Кроме того, в макрорегионе было создано семь площадок свободного порта Владивосток (СПВ), также обеспечивающих инвесторам различные льготы. Результатом деятельности СПВ стали 0,73 трлн руб. дополнительных капитальных вложений и 2130 запущенных инвестпроектов.
Кроме того, была продолжена практика запуска и реализации инвестиционных мегапроектов по развитию Дальнего Востока при прямом участии или существенной косвенной поддержке государства. Наиболее значимыми из них стали дальнейшая модернизация Транссиба и БАМа, обеспечившая повышение их совокупной провозной способности с 115 млн тонн в 2017 году до 180 млн тонн в 2025-м; расширение портовой инфраструктуры на тихоокеанском побережье; строительство судостроительного комплекса «Звезда», ставшего в 2022 году крупнейшей российской верфью по тоннажу сданных судов; достройка космодрома Восточный; возведение ведущих в Китай автомобильного моста Благовещенск—Хэйхэ и железнодорожного моста Нижнеленинское—Тунцзян, а также модернизация целого ряда погранпереходов; ввод в строй Нижне-Бурейской ГЭС.
Частный бизнес и в этом случае отреагировал на экономическую активизацию государства, запустив новую волну своих крупных инвестиционных проектов. Среди них можно выделить создание мощного кластера из Амурского газоперерабатывающего завода (АГПЗ) и Амурского газохимического комплекса (АГХК), где будет перерабатываться 42 млрд куб. м природного газа, производиться до 60 млн тонн гелия и около 3 млн тонн химических полуфабрикатов; строительство частной Тихоокеанской железной дороги длиной в 531 км и нового порта на берегу Охотского моря для вывоза угля с Эльгинского месторождения; ввод в строй новых мощностей по добыче драгоценных и цветных металлов сразу в нескольких регионах Дальнего Востока.
Для закрепления населения и привлечения на Дальний Восток новых работников были запущены государственные программы «Дальневосточный гектар» и «Дальневосточная и арктическая ипотека». В рамках первой из этих программ участки земли площадью до одного гектара в безвозмездное пользование получили свыше 160 тыс. человек (граждан России и соотечественников, вернувшихся из-за рубежа), причем более 35 тыс. человек уже оформили свою землю в собственность или долгосрочную аренду. В рамках второй программы на территории ДФО к настоящему моменту было оформлено уже более 142 тыс. льготных ипотек, позволивших жителям макрорегиона получить жилищные кредиты от 6 млн до 9 млн руб. по льготной ставке не выше 2% в год.
Время от времени приходится слышать утверждения, что подобная экономическая активность государства на Дальнем Востоке избыточна и что этот макрорегион требует слишком много бюджетных субсидий, которые затем не окупаются. Особенно популярна эта точка зрения была в 1990-е годы. В сети гуляет характерная фраза, приписываемая интеллектуальному лидеру российских «младореформаторов» Егору Гайдару: «Север заселен искусственно, и содержать его смысла нет».
Фото: Александр Кряжев / РИА Новости
Фото: Александр Кряжев / РИА Новости
Представляется, что такой подход к анализу ситуации следует охарактеризовать как чисто бухгалтерский, но никак не макроэкономический и не геополитический. Этот подход не учитывает целый ряд стратегических преимуществ, которые обеспечивает России освоение Дальнего Востока и Арктики. Во-первых, восточные регионы России остаются кладовой ценнейших природных ресурсов, освоение и бережное использование которых способно принести очень большие доходы нашей стране. Причем эта кладовая распечатана лишь в малой степени. К тому же сейчас к ценным природным ресурсам следует отнести не только полезные ископаемые, но и, например, огромные запасы пресной воды и нетронутых территорий. Во-вторых, Восток России — это колоссальное пространство для экономического развития. Его хозяйственное освоение гарантирует многолетний крупномасштабный спрос на товары и услуги отечественного производства, а также надежно выполняет роль антикризисного компенсатора при преодолении шоков различной природы, будь то внешние санкции или внутренние экономические депрессии. В-третьих, Дальний Восток — это территория, непосредственно примыкающая к самому быстрорастущему макрорегиону мира — Восточной и Южной Азии. И чем больше Дальний Восток будет хозяйственно развит и диверсифицирован, тем больше мультипликативных эффектов от этой географической близости получит вся российская экономика. В-четвертых, полноценное социально-экономическое развитие восточных регионов гарантирует укрепление обороноспособности как самой этой территории, так и России в целом. Это обстоятельство в эпоху мировых гибридных войн должно учитываться едва ли не прежде всего, так как экономические потери вследствие военных поражений многократно превышают любые возможные потери, связанные с увеличением бюджетных субсидий.
Все перечисленные обстоятельства и факторы имеют долгоиграющий характер. Поэтому выигрыши, возникающие благодаря опережающему развитию Дальнего Востока, Россия будет получать в течение многих десятилетий и даже столетий. Иными словами, на утверждения о нецелесообразности масштабных бюджетных вложений в развитие Дальнего Востока можно ответить французской политической мудростью: «Это хуже, чем преступление. Это ошибка».
Впрочем, Россия получает множество выгод от сдвига своей экономической активности на восток уже сейчас. Прежде всего надо указать на тот факт, что модернизация транспортно-логистической инфраструктуры Дальнего Востока, проведенная за последние 20–25 лет, позволила нашей стране очень быстро перестроить внешнеторговые потоки после введения западных санкций. Если в 2022 году доля азиатских стран во внешнеторговом обороте России составляла 49,6%, а доля европейских стран — 45,3%, то к 2024 году доля стран Азии выросла до 76,9%, а доля стран Европы упала до 15,7%. Также нужно отметить, что все последние годы производительность труда на Дальнем Востоке, измеренная с помощью макроэкономических показателей, неизменно превышала среднюю по России. Например, в 2024 году доля ДФО в общероссийской численности занятых равнялась 5,48%, а доля в суммарном ВРП регионов России была ощутимо выше — 5,82%.
В 2025–2026 годах Дальнему Востоку также удавалось сохранять более высокую, чем в среднем по России, экономическую динамику. Например, общероссийский индекс промышленного производства по итогам 2025 года составил 101,3%, а в ДФО он был равен 102,1%. В I квартале 2026 года разница была еще больше — 100,3% в среднем по России против 103,8% по ДФО.
Инвестиционный провал, случившийся в начале 2026 года, на Дальнем Востоке был менее глубоким, чем в целом по России. Если в среднем по стране индекс инвестиций в основной капитал в I квартале 2026 года составил 85,7%, то в ДФО — 90,9%. Общероссийский индекс вводов жилья в I квартале 2026 года провалился до 71,8%, а в ДФО — только до 88,6%.
В то же время сейчас нельзя ни в коем случае снижать уровень поддержки Дальнего Востока, потому что все ключевые проблемы, затрудняющие социально-экономическое развитие этого макрорегиона, никуда не делись. Это и географическая удаленность от основных производственных центров и рынков сбыта, и в целом суровые природно-климатические условия, и существенно более высокий по сравнению с другими странами и регионами уровень производственных и транспортных издержек, а также уровень цен на потребительские товары и услуги. Постепенно решить эти проблемы можно, лишь сохраняя на Дальнем Востоке высокий уровень инвестиционной активности.
В связи с этим можно только приветствовать планы по завершению начатых и запуску новых мегапроектов в макрорегионе. В первую очередь речь идет о доведении провозной способности Транссиба и БАМа с нынешних 180 млн тонн до 270 млн тонн к 2032 году; полноценном развитии Севморпути с увеличением грузопотока до 238 млн тонн к 2035 году; строительстве железнодорожного перехода на остров Сахалин; постройке шести новых ГЭС и шести новых ТЭС в дальневосточных регионах; превращении космодрома Восточный в главную стартовую площадку страны; освоении новых месторождений полезных ископаемых, включая редкоземельные металлы.
Да, найти деньги на реализацию всех этих проектов будет непросто. Однако при этом надо помнить главное: финансируя подобные проекты, федеральный центр не занимается благотворительностью — через развитие Дальнего Востока он развивает всю Россию.