Трын-травля

В прокат выходит «Чучело» Ильи Хотиненко и Владимира Карабанова — новая, осовремененная экранизация одноименной повести Владимира Железнякова. За 45 лет, прошедших с первой публикации книги, проблема школьной травли не потеряла свою актуальность, но авторы картины сделали все, чтобы превратить серьезный разговор о ней в плохо разыгранный фарс, считает Юлия Шагельман.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Премьера нового «Чучела» состоялась в 2025 году на фестивале «Окно в Европу» в Выборге, где создатели фильма призывали не сравнивать его с картиной Ролана Быкова, вышедшей в 1983 году и вызвавшей огромный общественный резонанс в позднем СССР. Тема буллинга, поднятая в советском кино чуть ли не впервые, привела к бурным дискуссиям: неужели примерные пионеры могут себя так вести, а их учителя и родители — не замечать подростковых проблем у себя под носом?

Сейчас таких вопросов уже не возникает — о буллинге пишут и снимают много и часто. А Владимир Карабанов даже сочинил по мотивам повести Железнякова мюзикл с песнями и танцами, действие которого перенес в наше время. В основу фильма лег именно он, а не текст 45-летней давности.

Мюзикл по определению подразумевает большую степень условности, поэтому действие картины, даром что снималась она в Тарусе, перенеслось в некую параллельную реальность.

Аня (Марья Симонова), поучившись в Кембридже, возвращается в Россию к папе (Кирилл Кяро) — ее мама (Ольга Смирнова) проживает в Америке. Девочка легко отказывается даже от престижной московской школы и соглашается на обычную общеобразовательную в провинции.

Отец и дочь заселяются в дом ее покойного дедушки, где нет никаких картин, которые собирал дед Лены Бессольцевой у Железнякова. Зато на стенах красуется коллекция оружия, которое реставрирует Анин папа, и голова кабана — именно из-за нее конвенционально красивая Аня и получает свое нелепое прозвище.

Впрочем, нелепый — самое лучшее определение для фильма в целом. Нелепой выглядит школа, куда поступает Аня, взаимоотношения ее одноклассников друг с другом, любимая классная Валентина Петровна по кличке Чайка (Кристина Асмус) щеголяет в максимально нелепых нарядах и макияже — даже странно, что над ней жестокие дети не потешаются. Нелепы и вставные музыкальные номера под совершенно не запоминающуюся электронную музычку: например, во время сбора яблок девочки из Аниного класса поют, что они ведьмы, а еще одна песня проиллюстрирована полетами учителей на летающих тарелках.

Что касается травли, то эта линия в общих чертах соответствует первоисточнику, хотя странно, что современные дети из благополучных семей не могут просто попросить у родителей денег на поездку в Москву, а вынуждены их зарабатывать, собирая те самые яблоки.

Но, как часто бывает в современных российских фильмах для детей и юношества, главным злом авторам представляется интернет, поэтому буллинг переносится на просторы сети, где дети зависают часами вместо того, чтобы, например, гонять в футбол на свежем воздухе.

Правда, представления об интернете у создателей «Чучела» остались году этак в 2005-м, хотя и Хотиненко, и Карабанову 53 года — еще не поздно поспевать за техническим прогрессом. Нехорошие одноклассники собираются в плохо прорисованных виртуальных чат-комнатах (там же происходит символическое сожжение Ани-Чучела) и лепят про нее корявые картинки, тоже в стиле середины 2000-х. Когда же девочка, спасаясь от травли, выходит из интернета, они поют песню со следующим текстом: «Человека нет в сети, / Человека нет в сети, / Нет в WhatsApp’е, "ВКонтакте", в торрентах». Что ж, искать кого-то в торрентах — занятие действительно безнадежное.

Воспринимать это все всерьез решительно невозможно, и вовсе не смешная тема школьного буллинга убивается на корню халтурной реализацией. К тому же авторы, в отличие от Железнякова и Быкова, не рискнули закончить фильм несчастливым или хотя бы открытым финалом. У них все подростковые коллизии разрешаются ко всеобщему удовлетворению, одноклассники исправляются, как по мановению волшебной палочки, и даже Чайка смывает свой пугающий макияж и перестает быть похожей на чучело.