Черным по черному

В швейцарском Локарно идут просмотры конкурсной программы 79-го Международного кинофестиваля. Впечатлениями от увиденных фильмов, в которых много убийств и совсем немного света, делится Андрей Плахов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Самым сильным впечатлением стал румынский фильм «Тебе здесь не место» режиссера Флорина Щербана. Он начинается с велосипедного рейда подростков в масках. Ночью они громят припаркованные машины в цыганском районе. Один из хозяев вылетает на улицу с железным прутом — и получает смертельный удар по голове. Тело доставляют в больницу, где главврачом работает Мариус, отец юного убийцы.

Этот амбициозный человек с обостренным чувством долга когда-то мечтал о научной карьере и Нобелевской премии, но жизнь все время снижала планку. После института вместо лучшей столичной больницы он поехал работать в родной провинциальный город. Жена погибла в аварии, и он один растил сына Иоана. На работе проявил себя как профессионал, настоящий гуманист и поборник справедливости. Но получал от судьбы удар за ударом, последним из которых стала открывшаяся правда о сыне, который казался безвольным шалопаем, а обернулся преступником. Даже отчаянная попытка помочь ему, растоптав свою репутацию и карьеру, проваливается.

Флорин Щербан оказался в фокусе фестивального внимания в 2010 году: он был награжден «Серебряным медведем» Берлинале за дебютную картину «Хочу свистеть — свищу!».

То была история юного заключенного, вырывающегося из стен колонии, чтобы столкнуться с новыми испытаниями: на кону судьба самого дорогого для него человека — младшего брата. Артхаусная драма в духе ранней румынской «новой волны» превращалась в триллер с кровопусканием, шантажом и взятием в заложники.

Ничего подобного нет в новой картине, длящейся больше двух с половиной часов, но лишенной жанровых зрительских приманок в виде острого сюжета и мелодрамы. При этом напряжение не отпускает ни на минуту. Это очень мрачный фильм со зловещим саспенсом в каждом кадре. Если посмотреть на него как на живописное полотно, он написан черным по черному: действие почти всегда происходит в сумерках, а в доме героя в одной из важных сцен перегорает лампочка. Не меньше горечи и черноты в параллельном сюжете. В здании колледжа собираются выпускники 1995 года отметить юбилей выпуска. Каждый чего-то добился в жизни, во многом благодаря учителям старой школы. Профессия была престижной, в нее приходили лучшие. В новом веке учителями оказались посредственности, не способные ничему научить. Это одна из причин деградации молодежи, особенно в провинции: общая депрессия и отсутствие высоких «планок» сбивает их в банды уголовников-ксенофобов. А лучшие человеческие порывы тонут и оседают на дне водоема — как брошенный туда желтый велосипед Иоана: не только улика совершенного преступления, но и символ несостоявшейся жизни.

Со времен первого фильма Щербана много воды утекло, а румынская «новая волна», вопреки прогнозам скептиков, доказала свою долговечность. В новой работе видны не только крепкая режиссерская рука и серьезная актерская школа, но и то, что стало фирменным знаком румынского кино: он умеет подняться от социологии до высокой метафизики и христианского стоицизма, не впадая в пафос, сентиментальность и патетику. По-прежнему впечатляют точность социальных характеристик, аутентичность фактур, минимализм постановочных средств. Правда, одно качество румын здесь практически отсутствует: юмор, которому в черной картине мира места не нашлось.

Румынский фильм со своей молодежной тематикой в конкурсной программе Локарно не одинок: в ее уже представленной части подобные сюжеты доминируют.

В «Охоте на человека» канадец Уэйн Вапимуква разворачивает историю двух юных убийц, чья нарастающая агрессивность спровоцирована жестокими медийными развлечениями и колониальными мифами. Все происходит на фоне дикой природы, показанной в нереальной оранжево-красной палитре, как в компьютерной игре.

Иная тональность в индийской «Благодати» Гурвиндера Сингха. Действие новелл триптиха разворачивается на фоне политических и религиозных конфликтов, раздирающих Пенджаб. В нем тоже есть насильственная смерть — правда, остающаяся за кадром, но мы погружаемся в истоки и последствия преступления. Самая выразительная часть фильма — первая: девушка втайне от матери дает приют раненому незнакомцу, на которого полиция хочет свалить убийство ее брата. Борьба между осторожностью, страхом, горечью потери и сочувствием к загнанному в капкан человеку — сильный эмоциональный коктейль. Но главным ингредиентом его становится региональная мифология, связанная с религиозной философией сикхов: благодаря ему фильм приобретает еще одно художественное измерение.