Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от

 Адвокатская практика недели


       В этом обзоре адвокатской практики недели хочется выделить два довольно сложных по правовой фабуле арбитражных дела — конфликты, их породившие, можно считать типичными. Первое связанное с отношениями Центрального и коммерческих банков. Второе касается приватизации. Злободневным представляется дело о выселении, подстроенном с использованием подложных документов. Интересна и уникальная ситуация: мэтры Падва и Резник сошлись в одном процессе — по разные стороны баррикад.

Центробанк поспешил найти крайнего
       На минувшей неделе в Московском арбитражном суде директор юридической фирмы "МАТиК-Юрис" Алексей Корнеев отсудил у РКЦ Центрального банка России в пользу коммерческого Лесбанка 1 млрд 532 млн руб. Два года назад ЦБ списал эти деньги в безакцептном порядке с Лесбанка. Но в ходе арбитражного разбирательства г-н Корнеев доказал, что главный банк страны в этом случае оказался не прав.
       
       Алексей Корнеев рассказал корреспонденту Ъ, что в августе 1992 года в Лесбанк по чекам "Россия", выданным Ленинск-Кузнецким филиалом Кузбасспромбанка, поступил 1 млрд 532 млн руб. Деньги были зачислены на расчетные счета клиентов Лесбанка. Однако в декабре 1992 года Центробанк неожиданно списал ровно такую сумму с корсчета Лесбанка.
       На просьбу коммерческого банка объяснить списание ответили: деньги были перечислены по подделанным в Кузбассе чекам (по этому факту сейчас ведется уголовное дело). После длительной переписки Центробанк 31 декабря 1992 года все-таки восстановил списанную сумму, поскольку было установлено, что в проводке фиктивных чеков служащие Лесбанка невиновны.
       Однако в ноябре 1993 года все повторилось: 1 млрд 532 млн руб. был списан с Лесбанка повторно. Возобновившаяся переписка с Центробанком ни к чему не привела. Тогда руководство Лесбанка обратилось за помощью в юридическую фирму "МАТиК-Юрис", специализирующуюся на банковских спорах.
       Юристы оформили исковое заявление в Московский арбитражный суд. В нем утверждалось, что действия Центробанка по безакцептному списанию денежных средств со счета банка противоречит требованиям ст. 55 и 110 "Основ Гражданского законодательства", которые допускают списание денег со счета без распоряжения его хозяина только по решению суда. При этом иных норм закона, предусматривающий внесудебное списание средств, нет. Более того: подобные действия запрещены ст. 26 закона "О банках и банковской деятельности".
       Выступая в Московском арбитражном суде, г-н Корнеев обратил внимание на то, что в данном случае фактически имело место возмещение за счет Лесбанка ущерба, причиненного государству хищением денежных средств по подложным документам, совершенным в Кузбассе злоумышленниками. Г-н Корнеев заявил, что Лесбанк вправе требовать безусловного восстановления списанных сумм на основании постановления Пленума Высшего арбитражного суда России (17 сентября 1992 г.), согласно которому "в тех случаях, когда у собственника фактически удержаны суммы, которые в соответствии с действующим законодательством могли быть взысканы только в претензионно-исковом (а не бесспорном) порядке, требования о восстановлении средств подлежат удовлетворению без оценки обстоятельств, послуживших основанием для списания сумм".
       В итоге суд согласился с юристом и решил взыскать с Центробанка в пользу Лесбанка 1 млрд 532 млн руб.
       По данным "МАТиК-Юрис", только в Москве от аналогичных действий Центрального Банка пострадали 44 коммерческих банка. Однако, считает г-н Корнеев, к выяснению конфликта в суде прибегают, как правило, только крупные банки "первой десятки". А остальные опасаются выяснять отношения с ЦБ в арбитражном суде, хотя закон полностью на их стороне.
       
Приватизация приватизации рознь
       На минувшей неделе в Московском арбитражном суде закончился тянувшийся год процесс о признании незаконной самостоятельной приватизации Опытного ремонтно-механического завода (ОРМЗ) — структурного подразделения московского треста "Спецмеханизация". Интересы треста представлял московский адвокат Михаил Шингарев из арбитражной группы юрконсультации "На Кузнецком мосту" (Мосгорколлегия адвокатов).
       
       Конфликт между ОРМЗ и трестом разгорелся после того, как в сентябре 1992 года завод подал в Москомимущество отдельную заявку на приватизацию — уже после поступления аналогичной заявки от всего треста в целом. В мае 1993 года заявка завода была удовлетворена, на основании чего ОРМЗ был зарегистрирован Московской регистрационной палатой как самостоятельное акционерное общество. Руководство треста категорически было с этим не согласно и обратилось в арбитражный суд, требуя признать приватизацию завода недействительной.
       Представлявший в суде интересы треста Михаил Шингарев доказывал, что ОРМЗ являлся структурным подразделением треста и в соответствии с его уставом не имел права самостоятельно акционироваться. Причем такая "автономия" не предусмотрена и законом. В соответствии с "Положением о коммерциализации государственных предприятий" (президентский указ) выделение структурных подразделений в самостоятельные предприятия (без согласия трудового коллектива треста в целом) допустимо только при соблюдении ст. 19 п. 2 закона "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках". Статья эта гласит, что самостоятельная приватизация подразделения допустима только при "возможности организационного либо территориального обособления, разграничения сфер деятельности и отсутствии тесной технологической взаимозависимости предприятия и его структурного подразделения".
       Ссылаясь на все это, адвокат доказывал в суде, что ни одно из этих обязательных условий в случае с ОРМЗ не может быть выполнено. Невозможность территориального обособления подтверждается заключением из Бюро технической инвентаризации, а о невозможности разграничения сфер деятельности свидетельствуют письма Госкомимущества России и Госкомитета по антимонопольной деятельности, в которых сказано, что ОРМЗ и другие подразделения треста тесно взаимосвязаны.
       Кроме того, доказывал адвокат, Государственной программой приватизации в России на 1992 год трест был отнесен к разделу 2.3. На практике это означает, что акционирование треста могло проводиться только при согласовании с Минатомом (головное министерство). С Минатомом ни ОРМЗ, ни Москомимущество этот вопрос не согласовывали.
       В суде адвокат сумел документально доказать, что Москомимущество приняло решение о приватизации завода через 6 дней после того, как им было получено указание из Госкомимущества России о необходимости приватизации треста только в целом. Представитель Москомимущества выдвинул в качестве аргумента то обстоятельство, что ОРМЗ ранее являлся самостоятельным юридическим лицом. Однако адвокат Шингарев доказал, что прежний устав ОРМЗ (от 1989 года) был утвержден ненадлежащим образом и, соответственно, не считается действительным.
       В итоге Московский арбитражный суд согласился с доводами адвоката и признал приватизацию ОРМЗ недействительной.
       Однако это судебное решение ответчики оспорили, в связи с чем оно было возвращено на новое рассмотрение. Но и при повторном разбирательстве арбитражный суд подтвердил свое решение. Которое ответчики обжаловал. Адвокату Шингареву удалось и в кассационной инстанции доказать, что в этом споре прав все-таки трест.
       
Сосед решил квартирную проблему соседа в свою пользу
       На минувшей неделе адвокату 5-ой юрконсультации Мосгорколлегии Виктории Копытцевой удалось добиться отмены решения Кунцевского суда о выселении Георгия А. из его квартиры. Адвокат доказала, что ее клиент стал жертвой мошенника, пытавшегося незаконно вселиться в чужую квартиру. Интересная подробность: все документы, связанные с мнимой перепропиской Георгия А., оказались грубо сфабрикованы.
       
       Адвокат Копытцева рассказала корреспонденту Ъ, что ее клиент Георгий А. недавно развелся с супругой, которая после развода написала заявление в ЖСК с просьбой предоставить ей однокомнатную квартиру, которую и получила. Однако сосед Георгия А. решил воспользоваться ситуацией: вселиться в двухкомнатную квартиру Георгия А., а его прописать в своей однокомнатной.
       Самому Георгию А. он ничего не сказал, а сделал так: написал от его имени заявление в ЖСК с просьбой расселить его с женой. Потом состряпал протокол общего собрания ЖСК, которое якобы поддержало просьбу (жена на тот момент уже получила себе квартиру). Кроме того, сосед подделал справку с места работы Георгия А. (для предоставления в паспортный стол) и от его имени написал заявление в милицию о выписке из двухконмнатной квартиры и прописке в однокомнатную соседа.
       Для операции по выписке Георгия А. соседу был необходим его паспорт. C этой трудностью он справился легко: зашел по-соседски в гости и выкрал документ.
       Паспорт и другие (сплошь поддельные) документы сосед предъявил в паспортный стол местного отделения милиции. Там, не заподозрив подлога, оформили переезд: Георгия А. и соседа поменяли местами жительства. После чего сосед через суд потребовал выселения Георгия А. из квартиры. По ходу процесса сосед успел уже и приватизировать двухкомнатную квартиру Георгия А. на свое имя. И суд в итоге принял решение Георгия А. из квартиры выселить.
       Георгий А. выселяться категорически отказался и обратился за помощью к адвокату Копытцевой. Та обратила внимание на ряд интересных деталей, которые суд не учел.
       Поскольку Георгий А. отрицал, что писал какие-либо заявления, то адвокат сличила почерки. Несовпадение было вопиющим. А справка якобы с места его работы Георгия, как установила адвокат, вообще была заверена печатью фирмы, в которой работал сам сосед. Из чего г-жа Копытцева сделала вывод (который отразила в своей жалобе в Мосгорсуд), что суд не сделал самого элементарного — не провел графологической экспертизы. Не была установлена подлинность протокола общего собрания ЖСК: в предъявленном протоколе зафиксировано присутствие 182 человек, тогда как в подписном листе стоят 196 подписей.
       Адвокат Копытцева подробно осветила все эти грубейшие нарушения в своей жалобе. Мосгорсуд рассмотрел жалобу, согласился с доводами адвоката и, отменив прежнее решение, направил дело на новое рассмотрение в другом составе судей.
       
Администрация пыталась помочь коммерции
       На прошедшей неделе в арбитражном суде Челябинской области успешно защитила интересы своего клиента, мелкооптового магазина "Спутник" челябинский адвокат Надежда Морозова. Она добилась отмены решения администрации Курчатовского района Челябинска, по которому расторгались все коммерческие договоры между "Спутником" и его контрагентами, а весь договорной объем передавался АО "Школьное питание".
       
       Как рассказала корреспонденту Ъ адвокат Надежда Морозова, в июле 1994 г. администрация Курчатовского района Челябинск приняла решение расторгнуть все договоры между "Спутником" и детсадами, детскими домами и больницами Челябинска, которым магазин поставлял свежие продукты. При этом всех контрагентов "Спутника" администрация передала АО "Школьное питание". По мнению адвоката Морозовой, это решение было незаконным и объяснялось "личными интересами администрации". В августе нынешнего года "Спутник" обратился в арбитражный суд Челябинской области с иском к администрации района, требуя отменить противозаконное решение.
       На процессе представители ответчика мотивировали свое решение тем, что, согласно заключению санэпидемстанции, помещения склада и магазина "Спутника" не годятся для хранения товара и торговли (по причине небольших размеров). Однако адвокат Морозова доказала на суде, что ответчик ссылается на "липовый" документ, поскольку в местной санэпидемстанции сведений о непригодности помещений "Спутника" нет, да и о письме, на которое ссылалась администрация, ничего не знают.
       Адвокат Морозова сослалась на "Закон о предприятиях и предпринимательской деятельности в России", согласно которому администрация не имеет права вмешиваться в коммерческую деятельность юридических лиц и тем более по своему усмотрению расторгать заключенные между ними договоры. По словам адвоката, незаконность подобного вмешательства подтверждается и "Законом о местном самоуправлении".
       В ходе слушание г-жа Морозова подробно ввела судей в курс проблемы: она объяснила, что детским учреждениям огромные холодильники, складские помещения и мощные партии товаров вовсе ни к чему. Им выгоднее получать свежие продукты мелким оптом от "Спутника". Арбитражный суд Челябинской области прислушался к доводам адвоката Морозовой и решение администрации Курчатовского района отменил.
       Адвокат Морозова рассказала корреспонденту Ъ, что она и ее клиент намерены еще раз обратиться в суд с требованием возместить "Спутнику" нанесенный материальный ущерб.
       
Мэтры адвокатуры толкуют закон, по-разному
       В декабре прошлого года Ъ писал об успехе известного адвоката Генри Резника: в Мосгорсуде он добился отмены определения Свердловского нарсуда Москвы об аресте имущества (кроме музыкальных инструментов) известного пианиста Николая Петрова. Арест был наложен в целях материального обеспечения иска американской корпорации U. S. S. U. Аrts Group, Inс. о защите чести и достоинства и взысканию с министра культуры России Евгения Сидорова и пианиста Николая Петрова более 1 млрд руб. за моральный ущерб (дело о музыкальном наследии). Однако на прошлой неделе не менее известный адвокат Генрих Падва в Верховном суде России добился отмены этого определения и направления дела на новое рассмотрение в Мосгорсуд. По словам Генриха Падвы, он пытается разрешить "чисто принципиальный вопрос": имеет ли суд законное право накладывать арест на имущество по неимущественному делу.
       
       Адвокат Генри Резник (доверитель г-на Петрова) считает, что по существующему законодательству арест на имущество накладывается только по имущественным искам, каковым иск американской корпорации о защите чести и достоинства не является. Кроме того, оспариваемое определение Тверского (бывшего Свердловского) нарсуда адвокат Резник назвал "вызывающе безнравственным".
       Напротив, адвокат руководителя американской корпорации Tristan Del Генрих Падва преподнес суду прямо противоположное толкование гл. 13 (обеспечение иска) ГПК России. По словам г-на Падвы, в этой главе идет речь о возможности обеспечения всяких исков, без деления их на имущественные и неимущественные. По мнению г-на Падвы, хотя в основе ст. 7 ("о защите чести и достоинства") — неимущественный спор, эта статья предусматривает имущественное взыскание, и обеспечение иска о защите чести и достоинства возможно.
       В декабре судебная коллегия по гражданским делам Мосгорсуда приняла точку зрения адвоката Резника. Его коллега (и процессуальный противник) Генрих Падва обжаловал это определение в президиум Мосгорсуда, но результат остался неизменным. Однако известный адвокат этим отказом не удовлетворился. Его взгляд на проблему разделяет заместитель председателя Верховного суда России г-н Жуйков. Он опротестовал определение кассационной коллегии и постановление президиума Мосгорсуда — в результате их отменили, а дело отправили на новое кассационное рассмотрение в Мосгорсуд.
       Корреспонденту Ъ адвокат Генрих Падва заявил, что не будет настаивать на аресте имущества известного пианиста Николая Петрова, поскольку этот арест (помимо обеспечения иска) преследовал цель сподвигнуть г-на Петрова явиться в суд — что и было достигнуто. И теперь проблема ареста имущества по делу о защите чести и достоинства является, по словам г-на Падвы, "чисто принципиальной". Маститые адвокаты намерены разобраться, чья же точка зрения на проблему — есть ли у суда право на арест имущества по иску, который не носит имущественного характера — более верна? А предыдущие определение и постановление Мосгорсуда, поддержавшие мнение г-на Резника, г-н Падва назвал "судейским произволом" в толковании мер обеспечения иска.
       
       ОТДЕЛ ПРЕСТУПНОСТИ
       

Комментарии
Профиль пользователя