«Пока все стремятся сохранить привычный ритм жизни»
Директор Института естественных наук УдГУ Алексей Кашин — о влиянии проблем с топливом на экономику Удмуртии
С июня в России и Удмуртии в частности начал разгораться дефицит топлива: на многих заправочных станциях республики к концу месяца появились перебои с бензином. На тех, где он был, наблюдались очереди — спрос на топливо вырос минимум на 50%. При этом власти региона говорили, что объемы поставок бензина не изменились. Сейчас ситуация с топливом постепенно идет к восстановлению, но на фоне этих проблем почти вдвое подорожало дизельное топливо для сельхозпредприятий. О том, как Удмуртия ощущает топливные проблемы рассказал директор Института естественных наук УдГУ Алексей Кашин.
Фото: Алексей Кашин, vk
Фото: Алексей Кашин, vk
«Однозначно, это негативно сказывается на экономике. Несмотря на то, что поставки топлива либо сохранились на прежнем уровне, либо изменились мало — в любом случае ажиотажный спрос возник. Он связан, в первую очередь, с сезоном. Летом большинство людей ездят в отпуска, а многие переезжают на дачи. Соответственно, утром они добираются до работы, а вечером возвращаются обратно в пригород.
Никто не отрицает, что объем производства топлива в стране снизился по понятным причинам. Я думаю, что ажиотаж тут возник не на пустом месте. Люди научены горьким опытом, потому все усугубляется их поведением. Если человек не уверен, что завтра он может заправиться, он старается обеспечить себе определенный запас сейчас — естественная стратегия выживания. Это необходимо, чтобы еще сколько-нибудь протянуть в относительно привычных условиях.
Понятно, что если бы этот кризис был глубже и мы не видели бы, что он разрешается, а поставки бензина прекратились — люди бы поменяли стратегию поведения. Они обратно переедут с дач в города и станут активнее использовать общественный транспорт. Но пока — все стремятся сохранить привычный им ритм жизни.
Если говорить отдельно по отраслям, которых коснется проблема с топливом — это, конечно, сельское хозяйство, потому что у аграриев минимальный запас прочности. Сначала у них снизились закупочные цены на молоко — а теперь еще и повысились цены на дизель. Я не хотел бы рисовать такую мрачную картину, но мне кажется, что она действительно очень мрачная.
Еще, я думаю, пострадают те сферы, которые связаны с массовыми перевозками каких-то товаров и грузов. Здесь и строительство, и энергетика, торговля и промышленность в целом. В меньшей степени это коснется непроизводственных отраслей — IT-сектор и услуги, где физических перевозок не происходит. Но вообще, это вещи довольно очевидные.
Учитывая, что экономика Удмуртии базируется на ОПК и связанных с ним отраслях, то республику это скорее меньше коснется. Стоит отметить, что дефицит топлива также негативно влияет на туризм — люди откажутся от поездок и не отправятся в отпуск. Наш регион, фактически, не принимает такое большое количество гостей, потому, можно сказать, такая ситуация ему немного “сыграет на руку”. Однозначно, это негативное явление, но для республики оно пройдет несколько мягче, чем, например для Ставропольского и Краснодарского краев или Карелии, которые в значительной степени живут за счет туристов.
В экономической цепочке все страдают поровну. Производитель — из-за удорожания издержек, а потом и потребитель. В этом плане мы все завязаны и находимся “в одной лодке”.
Сложно сказать, как скоро топливный рынок вернется в норму — здесь слишком многое зависит от внешних факторов, которые невозможно спрогнозировать. Если предположить, что улучшится противовоздушная оборона и дополнительные мощности предприятий не будут выводиться из строя — все пойдет по относительно оптимистичному сценарию. Но тут важно, чтобы атаки на НПЗ и сбои логистических поставок дальше не продолжались.
Единственное, что я могу сказать для успокоения этой ситуации — я верю в наш бизнес, что его восстановление может произойти в относительно обозримой перспективе. Осенью, условно с октября, дачники перестанут так много ездить, тогда и начнется снижение потребления топлива. Применительно к себе могу отметить, что после начала топливных проблем я стал реже включать кондиционер, с горки стал ездить накатом — так на 10% снизился расход. Если все массово начнут делать также или даже пересядут на электротранспорт, мы сможем снизить влияние этого дефицита.
Но все, опять же, зависит от внешнеэкономических факторов, которых мы предсказать не можем».