«Мать французских националистов» пошла на суд телезрителей

До решения Парижского апелляционного суда по делу Марин Ле Пен остается меньше недели. 7 июля выяснится, сможет ли лидер партии «Национальное объединение» принять участие в президентских выборах 2027 года, или ее борьба за Елисейский дворец длиной почти в четверть века завершится в зале суда. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

В ожидании суда Марин Ле Пен решила вновь обратиться к широкой публике, дав часовое интервью телеканалу LCI. Как и ожидалось, она вновь отвергла обвинения, заявила о политическом характере своего преследования, пообещала бороться при любом исходе процесса и одновременно обозначила условия, при которых вообще согласится участвовать в президентской кампании.

В интервью журналисту Дариусу Рошбену Марин Ле Пен старалась говорить спокойно. По ее словам, она хорошо спит и не испытывает страха перед решением суда.

«Что бы ни произошло, я не умру. Что бы ни произошло, я продолжу бороться за свои идеи»,— сказала Марин Ле Пен.

Если понадобится, добавила политик, она останется простым партийным активистом.

По сравнению со своим крайне левым соперником Жан-Люком Меланшоном, который, похоже, каждое утро запивает литром кофе горсть батареек Energizer и идет метать молнии, она выглядела усталой и все-таки измученной ожиданием: и собственным, связанным со скорым приговором, и чужим — со стороны сторонников, подталкивающих ее к большей активности. В ожидании суда ей приходится быть вдвойне осторожной и изо всех сил стараться не нападать на судей, которым 7 июля предстоит принять, возможно, главное решение президентской кампании — за год до ее начала.

Речь идет об апелляции по делу о нецелевом использовании средств Европейского парламента. Весной прошлого года суд первой инстанции признал Марин Ле Пен виновной в создании системы, позволявшей оплачивать из европейских фондов услуги сотрудников, фактически работавших на партию во Франции. Она получила наказание в виде пяти лет лишения права избираться, четырех лет лишения свободы (из них два года — условно, а оставшаяся часть могла быть отбыта с электронным браслетом), а также штраф в размере €100 тыс. Именно запрет участвовать в выборах, вступивший в силу немедленно, стал самым болезненным элементом приговора.

Теперь судьбу Марин Ле Пен решает апелляционная инстанция. Если наказание будет отменено или существенно изменено, она почти наверняка вновь станет кандидатом в президенты. Если же запрет останется в силе, французским националистам придется впервые за пятнадцать лет идти на выборы без своего главного политика.

Марин Ле Пен добавила, что не станет участвовать в выборах, если будет вынуждена проводить кампанию с электронным браслетом — она не собирается позировать прессе в кандалах, чтобы выиграть лишние очки. По ее словам, кандидат в президенты должен обладать полной свободой передвижения и не может зависеть от разрешения судьи, чтобы поехать на митинг или встретиться с избирателями на рынке. Иначе речь идет уже не о свободной избирательной кампании, а о ее имитации.

Лидер «Национального объединения» утверждала, что французская юстиция относится к ее партии иначе, чем к остальным политическим силам. В качестве примера она вновь привела дела Франсуа Байру и Жан-Люка Меланшона. Байру по похожему делу о помощниках депутатов Европарламента был оправдан, а лидер «Непокорившейся Франции» вообще не оказался на скамье подсудимых.

Наблюдатели указывают, что подобные сравнения весьма условны и становятся скорее политическим аргументом, чем юридическим. В деле партии Байру речь шла примерно о десяти спорных контрактах общей стоимостью около €300 тыс. В деле «Национального объединения» фигурируют 46 контрактов почти на €4,5 млн. Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу, что именно Марин Ле Пен, сменившая у руля партии своего отца Жана-Мари Ле Пена, была центральной фигурой созданной системы.

Еще дальше Марин Ле Пен пошла, комментируя недавние обыски, проведенные по линии Европейской прокуратуры у подрядчиков бывшей фракции «Идентичность и демократия», в которую входили депутаты ее партии. Она заметила, что подобные действия почему-то всегда происходят в моменты, способные нанести максимальный политический ущерб, и намекнула, что на сей раз атака направлена против ее «второго номера», Жордана Барделля.

Часть интервью была посвящена истории «Национального объединения». Марин Ле Пен пыталась подчеркнуть, что истоки партии связаны не только с крайне правыми активистами, но и с участниками французского Сопротивления, упомянув, в частности, журналиста, министра, подпольщика во время войны Жоржа Бидо. Бывший председатель национального совета Сопротивления действительно некоторое время рассматривался среди возможных организаторов «Национального фронта», однако отказался от малопочтенной роли еще до окончательного формирования партии. Зато среди действительных основателей движения были бывшие участники милиции режима Виши и даже французские добровольцы дивизии СС «Шарлемань».

Марин Ле Пен явно старалась показать, что вопрос уже не только в ее личной судьбе. Она несколько раз повторила, что решение суда будет иметь огромное значение для будущего Франции.

Именно поэтому процесс постепенно перестает быть обычным уголовным делом. Его последствия неизбежно выйдут далеко за пределы судебной системы.

В конце интервью по просьбе своего собеседника Марин Ле Пен дала краткие характеристики своим возможным предшественникам — президентам «Пятой республики»:

• Шарль де Голль — «монумент»,
• Жорж Помпиду — «визионер»,
• Валери Жискар д’Эстен — «американист»,
• Франсуа Миттеран — «непобедимый хитрец».

О Жаке Шираке она сказала так: «Да, Ширак был своего рода ленивым королем, но при этом он все-таки олицетворял образ Франции». Николя Саркози она адресовала горький упрек, заявив, что тот «сдулся сразу после выборов», презрительно отозвалась о Франсуа Олланде, назвав его пятилетку «бессмысленным мандатом», и не пожалела критических слов в адрес нынешнего главы государства Эмманюэля Макрона: «Что он вообще сделал за десять лет?»

Попадет ли сама Марин Ле Пен в эту портретную галерею, мы скоро узнаем. До 7 июля остается совсем немного времени. Именно тогда станет ясно, сохранит ли она статус «естественного кандидата» французских националистов, или эпоха, продолжавшаяся более двух десятилетий, завершится неожиданно быстро, открыв дорогу новому лидеру партии Жордану Барделля. Во Франции понимают, что это решение определит не только судьбу одной политической карьеры, но, возможно, и всю конфигурацию президентских выборов 2027 года.

Генеральный прокурор при Парижском апелляционном суде Мари-Сюзанн Ле Кео еще несколько недель назад специально подчеркивала, что решение судей «не будет политическим». Оно может иметь политические последствия, признала она, но вынесут его исключительно на основании закона. Именно эту мысль сейчас постоянно повторяют представители судебной власти, понимая, что независимо от вердикта проигравшая сторона почти наверняка обвинит суд либо в политическом вмешательстве, либо в политической трусости.