Сухой Супербюджет
Авиастроители обещают Владимиру Путину, что их самолеты, на которые уже потрачены огромные деньги, вот-вот полетят
24 июня президент России Владимир Путин в подмосковном Жуковском осмотрел три новых российских самолета и провел совещание, на котором пытался выяснить, когда эти самолеты начнут летать. С подробностями — специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.
Владимир Путин проверял на прочность авиаотрасль
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Владимир Путин проверял на прочность авиаотрасль
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
У Владимира Путина давно не было командировок в ближнее и дальнее Подмосковье. В Летно-исследовательском институте (ЛИИ) имени Громова его ждали три новеньких (точнее, уже относительно новеньких) самолета: Superjet 100 (импортозамещено, по утверждению разработчиков, все, кроме, уточним, названия), Ил-114-300 и МС-21.
Каждый из них по-своему многострадальный. У каждого есть сверхцель, причем одна и та же: попасть уже наконец в серию.
И вот теперь Владимиру Путину рассказывали про Superjet 100 с двигателем ПД-8:
— Самолет летит до 5 тыс. километров...
— Когда появится?! — проявлял, так сказать, признаки нетерпения господин Путин.
— В этом году серийное производство! — убеждали его.
Уверенности, по-моему, не было не только у того, кто слушал, но и у того, кто говорил.
Владимир Путин долго беседовал с пилотами в кабинах, после чего, например, в Ил-114-300 человек, разговаривавший с президентом, выглядел таким изможденным, когда их десятиминутный разговор закончился, что было очевидно: ни одно из испытаний до сих пор так не выматывало этого пилота, как это. Он все равно что посадил самолет на кукурузное поле и теперь, откинувшись в кресле, ожидал приговора: наградят или посадят (скорее всего, и то и другое).
Опытные авиаторы передают опыт неопытным
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Опытные авиаторы передают опыт неопытным
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
— Для России авиационная отрасль, мы все это хорошо понимаем, имеет особое значение,— говорил президент на совещании в ЛИИ имени Громова.— От ее состояния прямо зависит транспортное сообщение, связанность регионов нашей огромной по территории страны, скорость и удобство передвижения граждан. Что принципиально, способность самостоятельно создавать всю линейку военных и гражданских самолетов — это один из ключевых показателей технического, научного, индустриального суверенитета страны. Действительно, немногие страны обладают такими уникальными компетенциями, Россия в их числе.
Правда, в какой-то момент постсоветского развития это казалось не важным, проще было покупать самолеты в Европе и США.
— В силу ряда большого количества причин, прежде всего санкционного давления, у нас ситуация изменилась, и Россия была вынуждена, но оказалась в состоянии полностью все импортозаместить, так сказать. Причем мы посмотрели сейчас технику, которую показывали... По ряду направлений, безусловно, не только добились того, что техника не уступает самым лучшим мировым образцам, а по целому ряду компонентов и превышает иностранные, западные показатели...
Владимир Путин казался пока удовлетворенным, что странно: самолеты, которыми он интересовался, пока не появились в том виде, в каком он хотел.
— Что любопытно и что особенно приятно — это мне, кстати, говорили летчики-испытатели сейчас, которые летают на этих машинах,— это то, что многие вещи создаются совсем молодыми коллективами инженеров и конструкторов. Средний возраст этих коллективов от 32 до 35 лет!..— рассказал господин Путин.— Это, конечно, очень приятно и имеет хорошие перспективы с точки зрения дальнейшего строительства и укрепления наших инженерно-конструкторских школ.
И все-таки радоваться, кажется, пока особо нечему. Процесс мучительно долог, а успех, по крайней мере полный, до сих пор неочевиден.
— Кроме того, Россия входит в четверку государств, способных обеспечить, как я уже сказал, весь производственный цикл по выпуску авиационных двигателей,— тем не менее радовался Владимир Путин.— Тоже хороший очень показатель!
Первый вице-премьер Денис Мантуров заждался президента
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Первый вице-премьер Денис Мантуров заждался президента
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Он все-таки в конце концов оговорился:
— Я еще скажу о том, что все нужно делать быстрее... Очень бы хотелось, чтобы все это делалось быстрее и масштабнее, это понятно, но то, что мы это сделали, уже хорошо. И, как сказал мне сейчас один из людей, с которыми я общался, очень опытный авиатор, летчик-испытатель: как бы хорошо — я много раз это слышал еще после 2014 года в отношении сельского хозяйства, теперь слышу в отношении авиастроения,— как бы хорошо, сказал он, если бы санкции еще не скоро закончились...
Ну, тут опытный авиатор может быть совершенно спокойным: не скоро закончатся.
— Потому что,— продолжал Владимир Путин,— мы создали рынок для собственного производства, и это позволило создать нам инженерные школы, их воссоздать... (Это было слишком, ибо означало, что их уже не было.— А. К.) Точнее, укрепить... И, имею в виду, наличие этого рынка дает возможность развиваться...
Президент опять возвращался к санкциям. Они не только благотворно, оказывается, влияли на развитие отрасли. Все неоднозначно:
— Напомню, российские авиаперевозчики и авиастроители одними из первых ощутили на себе последствия санкций, о которых я только что сказал, и попыток экономической изоляции России со стороны ряда недружественных правительств,— добавил Владимир Путин.— В частности, столкнулись с нарушениями обязательств по поставкам и обслуживанию воздушных судов, с ограничениями на международные перевозки... Очень хорошо помню, когда у МС-21 с крылом возникли проблемы... Да, к сожалению, это отодвинуло вправо чуть ли не на два года всю эту программу… Но все-таки наша компания, в данном случае «Росатом», справилась с этой задачей. Надо сказать, что те, кто принимал такие ограничения, сами в целом понесли определенный ущерб, прежде всего, конечно, перевозчики, да и производители тоже. Мы же покупали у них эту технику, и в большом количестве...
Западных производителей вообще больше всего жаль в этой истории.
— Хочу вспомнить,— продолжал Владимир Путин,— еще в 2022 году мы говорили об этой теме, и тогда был принят ряд неотложных оперативных мер, в том числе было поручено (это он и поручил.— А. К.) поддержать наши авиакомпании, сохранить устойчивость и ритмичность их работы, обеспечить доступность авиационных перевозок для граждан страны... Сегодня спрос на перелеты, на перевозки авиационным транспортом со стороны и населения, и участников экономической деятельности растет, причем как на внутренних рейсах, так и на зарубежных маршрутах. Очень высокий спрос!
Впрочем, очевидно, что в условиях чуть ли не постоянной беспилотной опасности, переносов и отмены рейсов он не удовлетворяется. Просто не может быть удовлетворен.
Но я понимал, что сейчас не об этом.
Министр финансов Антон Силуанов заботится о том, чтобы не раскручивался маховик инфляции
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Министр финансов Антон Силуанов заботится о том, чтобы не раскручивался маховик инфляции
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Хотя, может, и об этом в конце концов тоже:
— Есть риск, что установленные правительством целевые показатели по объемам авиаперевозок пассажиров могут быть не достигнуты,— сообщил Владимир Путин.— Прошу Минтранс сегодня доложить уточненные планы по прогнозному пассажиропотоку, а также сообщить, какие дополнительные меры будут реализованы для того, чтобы максимально обеспечить потребности граждан в авиаперелетах.
Это все-таки вопрос скорее к Минобороны.
Хотя очевидно, что Владимир Путин и остальные участники совещания понимали его шире.
— Исходя из реального спроса на воздушные перевозки, нужно определить прогнозную потребность парка самолетов российских авиакомпаний,— говорил президент.— Прошу сегодня доложить эти параметры. По сути, речь идет об огромном, долгосрочном заказе, которым должны быть загружены авиастроительные заводы, их смежники и подрядчики, о кардинальном увеличении выпуска отечественных самолетов и освоении новых линеек воздушных судов. Безусловно, перед российскими производителями стоит очень амбициозная задача. Отечественные воздушные суда по качеству, надежности, по своим техническим параметрам должны конкурировать, и не просто конкурировать, а успешно конкурировать с зарубежными.
То есть выигрывать конкуренцию.
Никогда еще, мне кажется, современная Россия не выглядела так амбициозно.
Глава «Сбера» Герман Греф что-то скрывает
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Глава «Сбера» Герман Греф что-то скрывает
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
— Такие заделы, перспективные модели у нас, конечно же, есть,— убеждал коллег господин Путин.— В том числе это среднемагистральный МС-21 уже со своим собственным двигателем, ближнемагистральный новый Sukhoi Superjet... Как вы помните, мы начали это делать с партнерами из Италии, Франции, они ушли, мы все заместили, и, более того, мне сейчас пилоты говорят — улучшили, не просто воспроизвели то, что было, вместе с партнерами сделали, а улучшили характеристики! Это очень хорошо. И конечно, Ил-114–300 для регионального сообщения...
Не так уж давно Владимиру Путину докладывали, каким гигантским будет объем заказа новых самолетов. Теперь, видимо, будет сформирован новый заказ, скорее всего еще более амбициозный. И еще...
— Мы, разумеется, помогали, помогаем и будем помогать авиационной промышленности,— пообещал президент,— но персональная ответственность и спрос с руководителей за результат, за сроки, за качество, безусловно, всегда будут оставаться высокими.
От спроса за результат будет, похоже, зависеть и спрос на результат.
Грядет золотой век отечественного авиастроения. Главное, чтобы не стал каменным.