«Покупатели не понимают, что в России делают качественное пиво»

С укреплением рубля на рынок начали массово возвращаться зарубежные бренды. Совокупный импорт пива и слабоалкогольных напитков, согласно «Честному знаку», в январе—апреле составил 141,5 млн л, прибавив год к году 52,1%. Италия и Франция в январе—марте кратно нарастили поставки вина. О противостоянии российского и импортного алкоголя, а также борьбе с фальсификатом в различных сферах в интервью “Ъ” рассказал глава Роскачества Максим Протасов.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Роскачество занимается поддержкой виноделия с 2018 года. Какие меры оказались эффективными?

— Восемь лет назад, когда мы впервые проводили совещание розничных сетей и ресторанных операторов, нам говорили, что хорошего российского вина нет. Они были сильно удивлены, что государство развернулось в эту сторону. Сейчас уже немодно, чтобы на полке или в меню ресторана не было бы широкой выкладки российского вина. Эффект дали субсидии Минсельхоза на расширение площадей виноградников. Возрождаются автохтонные, наши собственные сорта винограда. Мы создали «Винный гид России» и запустили «Винные ярмарки России» для продвижения российской продукции. Мы проводим аудиты хозяйств, внедряем системы менеджмента качества и рекомендаций по технологическим процессам.

— Какие еще меры нужны?

— Мы постоянно говорим о необходимости повышения качества продукции. Сейчас мы работаем в этом направлении, продолжая внедрять принципы ISO 9000 (серия международных стандартов.— “Ъ”), стандарты на качество вина. Важно продолжать знакомить потребителей с российским вином. Для этого мы утвердили национальный ГОСТ на винную карту в ресторанах.

— Российский рынок вина зависит от господдержки, а конкуренция на нем снижается?

— Об этом можно будет говорить только, когда доля отечественного вина в рознице превысит 80%. Для этого нам необходимо еще обеспечить рынок достаточным количеством винограда. Но даже при достижении 80% конкуренция останется, в том числе между российскими производителями.

— Какие основные претензии есть к российскому вину?

— Претензии мы фиксируем сейчас скорее к псевдовину. Производители упаковывают его в бутылку, похожую на тару для игристого вина. Такого псевдовина на рынке сейчас около 100 млн л. Это достаточно много. Формально здесь нет нарушений требований российского законодательства, но по сути это дискредитирует российский винный рынок. Другая проблема — это поддержание стабильности качества вина.

— Какая доля фальсификата на рынке вина?

— Прямого фальсификата менее 5%. Это когда в напиток добавляют фруктовое сусло, сахар, ароматизаторы, неразрешенные консерванты, например, бензойную кислоту. Недавно мы глубоко исследовали вино в мягкой упаковке. Сейчас спрос потребителей на него растет. 9 из 16 образцов не соответствовали требованиям ГОСТа. Пока производители не научились делать такое вино.

— Обсуждается создание в рознице отдельной полки и для российского пива, но здесь импорт не превышает 4–5%, зачем полка?

— Нужна информационная кампания и работа с каналами продаж. Покупатели не понимают, что в России делают качественное пиво. До сих пор более 30% российских потребителей считают, что импортное пиво априори более вкусное и качественное. Необходимо возвращать российскому продукту популярность для того, чтобы заместить зарубежные марки окончательно. Россия обеспечивает себя на 100% солодом, но хмелем — менее чем на 7%. Нам нужно нарастить урожай хмеля в семь раз, до 2 тыс. тонн к 2030 году.

— В пиве много фальсификата?

— С 31 июля 2025 года появился обязательный реестр производителей пива и аналогичной продукции. Он навел порядок в индустрии. До этого было много пивных напитков, которые назывались пивом, немало позиций, где просто добавлялся спирт. Сейчас из-за прослеживаемости выпуск такой слабоалкогольной продукции сократился на 89%. Смысла фальсифицировать пиво за ее счет уже нет.

— Вы регулярно находите нарушения в составе тканей и маркировке одежды. Ситуация ухудшается?

— Ситуация улучшается, но не так быстро, как хотелось бы. Мы ведем здесь совместную работу с Минпромторгом и другими структурами. Но выпуск фальсификата, который не соответствует заявленному составу или техническим регламентам, до сих пор высок. Мы оцениваем его долю более чем в 20%. По школьной форме — более 50% несоответствий, потому что в основном продукция здесь импортная.

— Откуда идет основной поток некачественного текстиля и подделок?

— В основном это производство из Китая. Оттуда можно поставлять как и очень качественную продукцию, так и ту, которая не соответствует нашим стандартам и техническим регламентам. Ряд импортеров не проходит надлежащим образом процедуру сертификации. Росаккредитация проводит работу по лишению аккредитации таких структур. Также мы перестали признавать сертификаты целого ряда нарушивших наше законодательство органов из стран ЕАЭС.

— В бытовой химии и косметике много нарушений?

— В бытовой химии, косметике часто рекламные сообщения не соответствуют действительности. Например, около 25% антибактериального мыла не подтвердили свои защитные свойства. Это мыло бессильно против кишечной палочки, стафилококка и проч. Еще вопрос, который сейчас мы решаем с помощью стандартизации, сертификации,— «зеленый камуфляж». За наименованиями «органический», «зеленый», «экокосметика» часто ничего нет.

Интервью взял Владимир Комаров