ESG уходит в производство
Устойчивое развитие становится оперативным управлением компаниями
За последние полтора года в корпоративной повестке устойчивого развития произошел сдвиг, который мало заметен в публичных заявлениях компаний. ESG эволюционирует. Если раньше устойчивое развитие воспринималось прежде всего как отдельное направление корпоративной политики и отчетности, то теперь оно все теснее связывается с финансами, управлением рисками, закупками и производственными процессами. Требования к компаниям меняются. Показатели, связанные с выбросами, ресурсами, цепочками поставок, промышленной безопасностью и происхождением продукции, начинают напрямую влиять на издержки, доступ к рынкам, стоимость капитала и оценку рисков.
Фото: iStock
Фото: iStock
Относительно недавно устойчивое развитие массово оформилось как самостоятельное направление в корпоративном управлении и офисах компаний. Создавались отдельные подразделения, вводились должности руководителей по ESG, разрабатывались стратегии, формировались собственные бюджеты, настраивались системы отчетности. Эта модель позволила быстро увеличить объем раскрываемой информации и сформировать набор показателей для корпоративного раскрытия.
Однако по мере накопления данных компании стали использовать их не только для отчетности перед заинтересованными сторонами, но и для управления операционной деятельностью. Показатели, связанные с энергопотреблением, ресурсами, отходами, безопасностью, поставщиками и выбросами, начали использоваться для оценки затрат, устойчивости цепочек поставок, эффективности оборудования и производственных рисков. Поэтому в работу с ESG-данными все активнее вовлекаются финансовые, производственные, закупочные и риск-ориентированные подразделения.
На это указывают сразу несколько свежих исследований и отраслевых обзоров. В исследовании PwC Global Sustainability Reporting Survey, опубликованном в сентябре 2025 года и основанном на опросе 496 компаний, участвующих в подготовке отчетности по европейским и международным стандартам, говорится, что основной вопрос для бизнеса сместился от подготовки отчетов к использованию данных в управлении. Компании все чаще рассматривают показатели устойчивого развития как часть финансового планирования, управления рисками и контроля цепочек поставок, а не только как задачу по раскрытию информации.
Сходный вывод содержится в отчете ERM Annual Sustainability Trends Report 2026, опубликованном в январе этого года. ERM — один из крупнейших профильных консультантов в области устойчивого развития — фиксирует смещение внимания компаний к практическим вопросам: энергопотреблению, декарбонизации, промышленной безопасности, капитальным вложениям, технологиям и управлению отходами. Так, устойчивое развитие также все чаще рассматривается через производственные процессы, устойчивость операций и долгосрочные затраты бизнеса.
Со стороны риск-менеджмента аналогичный процесс описывает Institute of Risk Management в отчете Risk Trends Report 2026. В документе устойчивое развитие рассматривается как часть общей системы рисков наряду с геополитикой, технологическими изменениями, проблемами цепочек поставок и регулированием. Это важный сдвиг. Климатические, ресурсные и социальные факторы включаются в общую систему оценки устойчивости бизнеса.
Спрос на такую механику устойчивого корпоративного развития по-прежнему предъявляют инвесторы и финансовый сектор. В исследовании PwC Global Investor Survey 2026 говорится, что большинство инвесторов ожидает от компаний сохранения или увеличения расходов на климатическую адаптацию, но одновременно требует четкой связи этих расходов с финансовыми результатами и рисками. Это означает, что данные об устойчивом развитии должны использоваться в инвестиционных расчетах и финансовом анализе, а не только в нефинансовой отчетности.
Отраслевые аналитики оценивают компании не по формальному наличию ESG-стратегий, а по степени подверженности существенным рискам и качеству управления ими. На уровне международных стандартов этот подход закреплен в материалах Фонда МСФО. В документах, сопровождающих стандарты раскрытия устойчивого развития МСФО, указано, что раскрываемая информация должна быть полезна инвесторам при принятии решений и сопоставима с финансовыми показателями.
Под влиянием этих факторов компании начинают менять внутреннее распределение функций. Финансовые подразделения все чаще учитывают влияние климатических и ресурсных факторов на затраты, инвестиции и будущие ограничения. Это касается расходов на энергию, требований регулирования, модернизации оборудования и изменения структуры спроса. Закупки получают дополнительные обязанности по контролю поставщиков и происхождения продукции. Требования к раскрытию информации и соблюдению стандартов становятся частью контрактов, а не просто инициативой ESG-команд. Операционные подразделения больше участвуют в управлении показателями, напрямую влияющими на себестоимость: потреблением энергии, использованием воды, производственными потерями, отходами и безопасностью процессов.
Это иногда сопровождается изменением организационной структуры. Один из показательных примеров — британский ритейлер Currys, который в 2025 году закрыл комитет совета директоров по ESG и передал его функции другим органам управления. Компания объяснила это тем, что устойчивое развитие уже встроено в операционную деятельность. В мае 2025 года ушел глобальный руководитель по устойчивому развитию в HSBC Asset Management на фоне реорганизации, при которой часть функций перераспределялась внутри инвестиционного бизнеса. Компания при этом подчеркивала, что не отказывается от климатических целей и устойчивого инвестирования.
Одновременно усиливается контроль за содержанием ESG-заявлений и инвестиционных продуктов. По данным Morningstar, с января 2024 года более 1450 фондов в Европе изменили свои названия в связи с новыми требованиями европейского регулятора ESMA к использованию ESG-терминов. Речь идет о попытке связать названия и маркетинг фондов с реальным содержанием их инвестиционной политики.
Эти изменения заметны и в российской практике. В актуальных материалах РСПП, ESG Альянса, Банка России и российских рейтинговых агентств отмечается, что компании продолжают развивать проекты, связанные с энергоэффективностью, промышленной безопасностью, управлением отходами и нефинансовой отчетностью, несмотря на снижение публичного внимания к ESG-тематике после 2022 года. Одновременно усиливается внимание к качеству данных и их внутреннему учету. Это связано как с требованиями регуляторов и банков, так и с необходимостью подтверждать показатели для внешних рынков и контрагентов. Наиболее заметно этот процесс проявляется в экспортных и капиталоемких отраслях: металлургии, химии, нефтегазовом секторе и агропроме.
Банк России при этом обяжет эмитентов первого и второго уровней листинга раскрывать около 30 нефинансовых показателей: от выбросов парниковых газов, энергопотребления и отходов до производственного травматизма и структуры персонала. Показатели связаны с конкретными производственными и управленческими процессами. Новые требования должны вступить в силу с апреля 2027 года. Такие данные невозможно собирать исключительно силами подразделения по устойчивому развитию. Это требует участия финансовых, производственных, кадровых и операционных служб. Фактически речь идет о перестройке внутренней системы учета и контроля. Для компаний это означает дополнительные расходы на инфраструктуру данных, внутренний контроль и взаимодействие между подразделениями. Но одновременно это создает основу для более системного управления затратами, ресурсами и рисками.
Впрочем, и такая модель корпоративного устойчивого развития не выглядит идеальной. Первая проблема — качество данных. Компании продолжают использовать разные подходы к расчетам и сбору информации, что затрудняет сопоставимость показателей и их проверку. Вторая проблема — распределение ответственности. Когда функции разделены между несколькими подразделениями, становится сложнее обеспечить единый контроль и координацию. Третья проблема — экономика. Многие меры, связанные с устойчивым развитием, требуют затрат в краткосрочном периоде, тогда как эффект проявляется позже. Это усложняет принятие решений, особенно в условиях дорогого капитала и давления на рентабельность.
Тем не менее ужесточаются требования в отношении корпоративного устойчивого развития со стороны инвесторов, банков, регуляторов и контрагентов. Стандарты раскрытия становятся более жесткими. Оценка компаний все чаще учитывает климатические, ресурсные и операционные риски.