За детство счастливое наших

1 июня, в День защиты детей, президент России Владимир Путин встретился с уполномоченным по правам ребенка Марией Львовой-Беловой.

Встреча с Марией Львовой-Беловой у Владимира Путина случилась уже после вручения орденов «Родительская слава» и «Мать-героиня». Ждали долго. У журналистов была возможность поговорить с лауреатами до начала мероприятия в Екатерининском зале Кремля, где все потом было, между прочим, сердечно (и никогда еще в Екатерининском зале так не перебивали президента, причем дети, причем очень маленькие; и очень громко кричали от избытка своих чувств).

Но не все журналисты воспользовались возможностью, которая предоставляется им не всякий раз (чаще участников можно перехватить лишь после встречи с президентом, когда у них уже случилось профессиональное выгорание, какой бы профессией они до этого ни владели). Так вот, одна журналистка не пошла в круглый зал Первого корпуса Кремля расспросить матерей-героинь. Почему же? Можно было предполагать, но я-то знал наверняка. Она же и сама мать четверых детей. Что могли рассказать ей все эти люди?

А потом уже с Владимиром Путиным в его рабочем кабинете встретилась Мария Львова-Белова.

— Владимир Владимирович, поздравляю вас с Днем защиты детей! — она отчетливо произнесла имя-отчество.

— И я вас! — ответил ей президент.

Что ж, встретились два не чужих друг другу человека. На обоих Международный уголовный суд в свое время, как известно, выписал ордеры на арест — именно в связи с детскими проблемами, связанными с войной на Украине.

Но сейчас не об этом.

— Хочу поделиться с вами хорошими новостями! — сообщила Мария Львова-Белова.— Этот год стал годом осознания людей, принимающих решения, того, что дети при живых родителях не могут жить в детских домах и не должны становиться социальными сиротами! И, собственно, подтверждение этому — цифры! Владимир Владимирович, в 2025 году у нас замечательная статистика! Эту работу по вашему поручению мы вели все пять лет, но, видимо, эффект накапливался, и именно в 2025 году вот такие у нас хорошие результаты...

Да, но какие же?

Пока Владимир Путин разглядывал презентационный альбом, где были зафиксированы эти результаты, Мария Львова-Белова докладывала:

— Социальных сирот за 2025 год было выявлено 22 тыс., что на 16,9 — почти на 17% меньше, чем в 2024-м... А численность детей, у которых лишены, ограничены родители в родительских правах — 16 400, что на 25,5% меньше, чем в предыдущем году... Владимир Владимирович, мы собирали, кроме того, еще свою статистику, чтобы понимать, какое фактическое количество детей проживает в детских домах, приютах, и за два неполных года нам удалось при поддержке семей снизить на 18,3% эту цифру — с 60 тыс. до 49 тыс. То есть сейчас эта цифра 49 тыс.

Есть, впрочем, мнение, что сирот выявляют не так энергично, как раньше, но это мнение не преобладает.

— И параллельно с этим вместе с губернаторами, регионами мы вели последовательную работу: перепрофилировали эти детские дома и приюты в семейные центры поддержки — когда семья вместе, без разлучения,— продолжала Мария Львова-Белова доклад с уверенным использованием профессиональных терминов.

Собственно говоря, сидя перед президентом, она олицетворяла самую суть семейных ценностей. Красный цветастый кокошник-ободок, глубокие, а точнее глубинные русские мотивы с теми же узорами (то ли вышиванка, то ли принт на белой, издали так просто холщовой рубашке... Да и она-то не та ли самая русская красавица... Та, та...).

— И здесь очень важно,— добавила Мария Львова-Белова,— что на 19% мы снизили эти стационарные места и перераспределили ресурсы на помощь семьям, что дало возможность не затягивать искусственно детей на те койки, которые у нас лишние...

Вон что происходило, оказывается, до сих пор.

— И вот как пример, Владимир Владимирович! — воскликнула Мария Львова-Белова.— Северодвинск... Директор приюта вдохновился этими преобразованиями и, проанализировав то количество, которое требуется, оставил всего одну группу в приюте, а все свои остальные ресурсы перенаправил на подростковый центр, на кризисный центр для мам с детьми, на выездную бригаду по помощи семьям на дому... И это позволило оказать в два раза больше помощи семьям и детям и не потребовало дополнительных ресурсов!

Да, сегодня и правда был просто праздник какой-то.

— Мы подготовили вам новый рейтинг, Владимир Владимирович,— рассказывала уполномоченный.— Субъектов по оценке ситуации с социальным сиротством, и традиционно, конечно, в десятке — наши регионы Северного Кавказа, но есть и другие, например, Севастополь, Ханты-Мансийский автономный округ, Краснодарский край, Республика Калмыкия. Но помимо десятки лучших я хочу выделить регионы прорыва, которые за этот год существенно улучшили свои показатели и поднялись в рейтинге. Это Нижегородская…

— Это рейтинг,— решил пояснить президент,— который отмечает снижение количества детей в этих учреждениях.

А то что-то, и правда, было все запутанней и запутанней.

— Снижение, да, количества детей в детских учреждениях, вообще социальных сирот в целом,— согласилась Мария Львова-Белова.— Как оказывается помощь семьям, сколько детей находится в интернатах... Потому что нам важно, чтобы не было больших интернатов, где сложно, например, комплексно оказать помощь не только ребенку, но и семье.

— Ну так что по поводу регионов прорыва? — напомнил господин Путин.

— Да, регионы прорыва! — спохватилась Мария Львова-Белова.— Нижегородская область, Тамбовская область, Ямало-Ненецкий автономный округ, Иркутская, Челябинская, Свердловская области, Республика Бурятия, Тверская, Тульская области...

Главный вопрос, конечно,— как считали.

— Как, собственно, эти изменения в регионах происходят — прям на нескольких моментах остановлюсь, Владимир Владимирович,— оговорилась уполномоченный.— Во-первых, назначают одного ответственного за тему, это может быть вице-губернатор по социальным вопросам, например, который все держит в одних руках. Принимают прям комплексные программы сопровождения родителей с зависимостью!

Она прям с трудом сдерживала административный, да и человеческий восторг.

— Потому что мы понимаем, что это одна из основных причин социального сиротства. Помогают в восстановлении в родительских правах. И новая сущность, которая у нас появилась, — это межведомственный консилиум по обоснованности помещения детей в учреждение.

Причем Мария Львова-Белова сказала, очевидно, именно то, что хотела: в деле заботы о детях появилась новая Сущность.

— И как пример, Владимир Владимирович: я приехала в регион и участвовала в межведомственном консилиуме... Регулярно делаю, чтобы посмотреть, как это происходит. И, значит, мама с папой алкоголезависимые, при этом любят детей, постоянно их навещают в приюте, но отказываются лечиться. Стали разбираться, с чем это связано. Выясняется, что лечение, реабилитация предполагает помещение в центр на полгода, соответственно, они боятся потерять детско-родительские отношения с детьми. И второй момент — у них большое хозяйство, которое не на кого оставить.

То есть они успевают и работать, и пить. Редкий, можно сказать, случай. Мало кому удается. И этим людям не доверяют их детей!.. Да, верно, все верно...

— Мы,— продолжала Мария Львова-Белова,— по первому вопросу отправляем их в другой регион, в Тюменскую область, где есть реабилитационный центр вместе с детьми для родителей с зависимостями, а муниципалитет дает волонтеров, которые помогают семье с хозяйством, пока они проходят реабилитацию. И вот прошло восемь месяцев, семья вернулась, все благополучно и все хорошо.

Про хозяйство и урожай — ничего.

— Владимир Владимирович, этот год у нас мощный: исторический максимум количества родителей, которые восстановились в родительских правах. 2844 ребенка у нас снова дома.

И это правда ведь прекрасно.

— На прошлой встрече, Владимир Владимирович, вы обращали внимание на то, что очень важно эти семьи сопровождать, не оставлять, после того как ребенок вернулся в семью,— добавила уполномоченный.— И мы этот год посвятили тому, что проанализировали все ситуации вместе с региональными уполномоченными, куда вернули детей: как там происходит сопровождение на региональном уровне... И даже закрепили это в нормативных документах!

Даже так?..

— Работа велась в проактивном режиме,— подчеркнула Мария Львова-Белова,— когда мы не ждали, что семьи придут, а в каждом регионе региональные уполномоченные с опекой, социальными службами приглашали родителей, лишенных за несколько лет, или анализировали дела семей, которые были лишены. И удивительно, что во многих семьях, Владимир Владимирович, кардинально изменилась ситуация к лучшему! Жизнь — сложная штука (Кому она рассказывала?..— А. К.), все течет, меняется. Сами мамы признаются, что на них уже было клеймо. Я с одной мамой разговаривала, она говорит: «Понимаешь, я все время жила с ощущением, что я плохая, мне никто уже не поверит, я лишена, вычеркнули отовсюду»... Ну и вот тут стереотип, собственно, меняется... Работа по восстановлению в родительских правах этого количества родителей высвободила бюджетам разных уровней 20 млрд руб.! И они теперь будут перенаправлены на помощь семьям...

А лучше бы просто отдали деньгами.

— Сейчас мы награждали родителей многодетных семей. Обратили внимание?..— говорил российский президент.— Один из награжденных вспомнил, как когда-то его мама ему сказала: пусть наших будет больше. Очень хорошее напутствие. Но задача государства — выстроить меры поддержки таким образом, чтобы семьям с большим количеством детей — ну и с небольшим, все равно,— чтобы они — наши, которых должно быть больше,— были счастливы... Были счастливы...

Что-то подсказывает, что тут меры поддержки могут и не сработать. Причем никакие. Даже федеральные (я уж не говорю о региональных).

— Истории жизни,— кивнула Мария Львова-Белова.— Папа при родах потерял жену, остался с маленьким ребенком на руках. Есть еще другой ребенок, старший. И он отдал малыша в дом ребенка, потому что, он говорит, помочь некому: мне либо дома сидеть, либо семью содержать. Он говорит, в доме ребенка пока, полтора года, останется малыш, потом я его заберу. Выделили дополнительные средства на няню, 30 тыс. руб. в месяц. Все, ребеночек с папой!.. Сейчас уже достиг того возраста, когда его можно в ясли отправить...

Победа, казалось бы, над всеми обстоятельствами.

— Но нет этого в региональных мерах поддержки...— вздохнула Мария Львова-Белова.

Но тут же взгляд ее сделался светлее:

— И вот для этого, Владимир Владимирович, у нас появляется по вашему указу Фонд защиты детей, который сейчас вы поручили мне возглавить! И Фонд защиты детей призван стать семейной кубышкой! Открываются региональные отделения, в этих региональных отделениях появляются ресурсы для адресной помощи, которая может поддержать семью помимо федеральных и региональных мер: арендовать жилье, помочь с лечением, помочь с небольшим ремонтом, печку починить какую-то и так далее — то, что жизненно важно для семьи, и дальше она сама будет с этим справляться!

И вот что очень важно:

— И последнее,— предупредила уполномоченный.— То, что сейчас мы будем курировать напрямую разные детские учреждения по согласованию с десятью губернаторами, возьмем учреждения и сделаем из них образцово-показательное, эталонное учреждение, которое будет не стационаром, а помощью семьям!

Вот в чем все и дело. Сделать уже наконец что-то эталонное. Образцово-показательное. Мечта любого уполномоченного.

Чтобы было что образцово показать.

Андрей Колесников