Интересны компаниям и посильны населению
Наводнения на Кавказе вновь подняли вопрос о мерах превращения страхования от ЧС в реальный механизм финансовой защиты
Весенние наводнения на Северном Кавказе вернули вопрос о причинах не работающего в России страхования от чрезвычайных ситуаций (ЧС), о стимулах его включения и превращения в реальный механизм финансовой защиты. В связи с этим Всероссийский союз страховщиков (ВСС) поддержал проект о введении обязательного страхования жилья от ЧС.
Фото: Антон Великжанин, Коммерсантъ
Фото: Антон Великжанин, Коммерсантъ
О стимулах его включения
Закон о добровольном страховании жилья от ЧС, принятый в 2018 году, так и не заработал, отмечает директор по развитию и андеррайтингу страхования имущества физических лиц «Росгосстраха» Екатерина Зенченко. Причин много, но основная — отсутствие мотивации для собственников жилья страховать свое имущество и отсутствие финансирования в региональных бюджетах для запуска таких программ.
Сейчас в России нет ни одной реализации региональной программы страхования жилья от ЧС, подтвердил Александр Агапов из компании МАКС.
Чтобы система заработала, субъекту РФ нужно разработать свою нормативную базу, выбрать оператора, сформировать бюджет на выплаты в своей части. Пока ни один регион этого не сделал. Стимулов для этого нет, подчеркнул Артем Искра из компании «Ренессанс Страхование».
Возмещение из бюджета
Обильные дожди на Северном Кавказе в конце марта и начале апреля привели к масштабным стихийным бедствиям. Сильнее всего пострадали Дагестан и Чечня, где были массовые подтопления, перебои с энергоснабжением, сходы селей и камнепады, повреждены дороги и мосты. Погибли 6 человек, пострадали более 6,2 тыс. жителей. Власти отнесли ситуацию в этих регионах к режиму чрезвычайных ситуаций федерального характера.
Исходя из официального количества пострадавших, в первом приближении ущерб имуществу граждан можно оценить до 10 млрд руб. с учетом разрушенной инфраструктуры, оценил руководитель дирекции имущественного страхования СК МАКС Александр Агапов.
Ущерб по застрахованным объектам, которых, увы, очень мало, возместят страховые компании. В этом случае компенсация происходит по стандартным условиям договоров, если они охватывают риски, связанные с природными бедствиями, пояснил руководитель управления андеррайтинга имущественных видов страхования компании «Абсолют Страхование» Антон Иванов. Сумма возмещения определяется по заключенному договору и зависит от фактически понесенного ущерба. При отсутствии страховки пострадавшие могут обращаться за помощью в государственные или местные органы. Возмещение из бюджета обычно предполагает выплату фиксированных сумм.
По словам управляющего партнера агентства «ВМТ Консалт» Екатерины Косаревой, пострадавшие могут рассчитывать, во-первых, на единовременную выплату 15 675 руб. Во-вторых, им полагается от 79 тыс. руб. за частичную утерю имущества до 156 тыс. руб. при полной потере жилья. И, в-третьих, компенсация за ущерб здоровью. Семьям погибших выплатят по 1,567 млн руб. на человека. Подобные компенсации из бюджета носят только поддерживающий характер и вряд ли способны покрыть реальный ущерб. При потере жилья 156 тыс. руб. явно недостаточно для приобретения нового, даже с учетом компенсации по здоровью, отметила эксперт.
По имеющейся информации, семья из трех человек получит чуть больше 200 тыс. руб. Это, безусловно, поможет решить неотложные нужды, но вряд ли компенсирует потери, согласился Александр Агапов.
Уровень застрахованного имущество в Дагестане низкий, поэтому основные выплаты будут именно из федерального бюджета, говорит управляющий директор компании «Ренессанс Страхование» Артем Искра. Если бы были реализованы региональные программы страхования жилья от ЧС, то пострадавшие получили бы страховое возмещение, существенно превышающее компенсации из бюджета, хотя оно все равно было бы ниже реального ущерба, сообщил Александр Агапов.
«При этом следует учитывать, что и при указанном уровне материальной помощи масштабные природные катастрофы значительно бьют по бюджету, поскольку государству необходимо выделять дополнительные средства на помощь пострадавшим и восстановление инфраструктуры. Это может привести к перерасходам и сокращению бюджетных ассигнований на другие социальные нужды»,— отмечает Антон Иванов из «Абсолют Страхования».
Весенние наводнения на Северном Кавказе в конце марта и начале апреля вновь подняли остро вопрос о так и не заработавшем в России страховании от чрезвычайных ситуаций.
Массовое внедрение страхования жилья от чрезвычайных ситуаций помогло бы решить часть проблем при ЧС, уверена Екатерина Косарева из «ВМТ Консалт». Например, снизить нагрузку на бюджеты (федеральный и региональные) и сделать выплаты предсказуемыми. Дело в том, что компенсации из казны могут быть растянутыми во времени — пострадавшие от паводка жители Оренбуржья получали положенное из бюджета в течение года. Новая система также может помочь сделать ЧС менее катастрофическими для отдельных домохозяйств — денег должно хватить на альтернативу жилью, желательно без сильного ухудшения качества жизни, добавила эксперт.
Массовое внедрение страхования жилья от чрезвычайных ситуаций могло бы значительно снизить финансовую нагрузку на бюджет в случае катастроф, согласился Антон Иванов. Это можно было бы предусмотреть через программы господдержки для получения доступного страхования, обязательное страхование для новых строений, программы повышения осведомленности о важности страхования.
Для гарантированного охвата имеет смысл ввести обязательное страхование или федеральные страховые программы, считает Антон Иванов.
В 2025 году в Госдуму был внесен новый законопроект о программах от ЧС на федеральном уровне для разных регионов. Однако это сложная и комплексная задача, требующая соблюдения баланса многих экономических факторов, определения географического охвата, объектов страхования, перечня и характера ЧС, входящих в покрытие.
Чтобы система страхования жилья от ЧС заработала, нужны стимулы, причем с двух сторон — для властей регионов и для жителей, считает Артем Искра из «Ренессанс Страхования». Такой полис можно дополнить обычными бытовыми рисками. Например, за 300–350 руб. в год человек получает защиту от ЧС, а добавив еще 1–2 тыс. руб. в год, получит защиту от пожара, залива соседями и прочих рисков, угрожающих недвижимости. Получился бы доступный продукт, который стоит в разы дешевле классического полиса. И еще один момент: платить за полис должно быть просто. Оптимально было бы поставить галочку в квитанции за квартплату. Любой другой способ продаж для такого дешевого продукта страховым компаниям будет убыточным из-за операционных расходов, подчеркнул эксперт.
В разных странах есть много примеров вмененного страхования или стимулируемого страхования, покрывающего такие риски, рассказал Александр Агапов. Во многих европейских государствах большая часть жилья приобретается по ипотеке либо ремонтируется по ней. А такое кредитование предполагает страхование имущества от ЧС.
В ряде стран есть программы повышения энергоэффективности жилья: администрации субсидируют кредиты на реконструкцию с обязательным страхованием объекта реконструкции. Во Франции, например, при найме жилья арендатор обязан его застраховать, в том числе от ЧС. А с учетом того, что арендуется значительная часть недвижимости, проникновение такого страхования очень высокое. Известны программы стимулирующего страхования, когда для жилья, находящегося в потенциально опасных районах, государство дотирует полисы, чтобы они были интересны компаниям и посильны для населения, добавил эксперт. Именно в таких вариантах страхование от ЧС может развиваться.
Предложения страховщиков
Президент ВСС Евгений Уфимцев заявил, что союз поддерживает идею о введении обязательного страхования жилья от ЧС, которую начали обсуждать эксперты.
По мнению союза, переход к обязательному страхованию переложит риски на страховой рынок. В результате государство высвободит бюджетные деньги для решения более приоритетных задач, а сами пострадавшие за счет отлаженных рыночных механизмов будут получать компенсации гораздо быстрее и в большем объеме.
В настоящее время проникновение страхования жилых помещений в России колеблется на уровне крайне низких 10% даже при существенном росте в 2023–2025 годы по сравнению с предыдущими годами. Это означает, что подавляющее большинство домохозяйств остаются незащищенными, а федеральный и региональные бюджеты при каждом новом стихийном бедствии испытывают перегрузки.
Законодательство о страховании жилья от чрезвычайных ситуаций требует серьезной модификации. Если такое страхование станет массовым, граждане будут получать полную компенсацию причиненного ущерба, сократятся расходы государства на ликвидацию последствий ЧС, а размер расходов граждан на страхование жилья за счет массовости и применения более технологичных способов заключения договоров страхования сократится по сравнению с существующим уровнем.
По словам главы ВСС, предполагается, что страховая премия может вноситься либо сразу за год, либо уплачиваться ежемесячными платежами, что сделает страхование необременительным для граждан. Размер же страхового тарифа или его максимальные и минимальные значения будет устанавливать государство, например Банк России, добавил Евгений Уфимцев.
«Выплаты по договору обязательного страхования будут больше, чем компенсации от государства, поскольку государство компенсирует стоимость жилья исходя из социальных норм, а страховщик — исходя из реальной площади жилого помещения. Кроме того, выплаты от страховщиков будут осуществляться заметно быстрее, чем от государства»,— заявил Евгений Уфимцев.
Обязательное страхование жилых помещений от ЧС — это один из способов решения существующей проблемы, считает господин Уфимцев: «Массовое страхование жилых помещений позволило бы полностью компенсировать причиненный ущерб, причем не из средств федерального и регионального бюджетов, а за счет страховщиков и в гораздо более короткие сроки».
По аналогии с ОСАГО
Текущая модель страхования от ЧС зашла в тупик из-за конфликта интересов всех участников рынка. Граждане уповают на госкомпенсации. Страховые компании, защищаясь от массовых убытков, уходят из зон повышенного риска. В то же время регионы не формируют соответствующую правовую базу, без которой становится невозможным дальнейшее развитие института страхования жилья от чрезвычайных ситуаций.
Этот замкнутый круг не устраивает никого. Для обеспечения массовой защиты населения нужен радикальный шаг — переход к обязательному страхованию недвижимости или создание жестких экономических стимулов, которые сделают стоимость полиса необременительной для граждан.
При существенном увеличении охвата страхования жилья тарифная политика могла бы стать беспрецедентно низкой. При высоком уровне проникновения стоимость защиты могла бы составить символические 2 руб. за 1 кв. м в месяц. В пересчете на среднестатистическую квартиру это оборачивается суммой, сопоставимой с платой за несколько поездок в общественном транспорте, однако на практике дает владельцу уверенность в восстановлении имущества вне зависимости от капризов природы.
Переход от нишевой модели страхования жилья к массовой полностью изменит мышление граждан и информационную среду. Когда полис трансформируется из добровольного продукта в обязательный элемент повседневной финансовой дисциплины (по аналогии с ОСАГО), граждане начнут четко осознавать, что именно, в какие сроки и при каких обстоятельствах подлежит возмещению. Главным же фактором преодоления скепсиса станет массовая правоприменительная практика: когда компенсации соседям после наводнения или пожара станут обыденностью, мифы о невозможности выплат исчезнут сами собой.
Для реализации этой задачи нужен системный подход, одни призывы к сознательности не сработают. Необходимо создать стимулы для всех участников процесса. Так, для региональных властей можно, например, привязать объемы бюджетных дотаций и распределение ресурсов к масштабам развития страхования в конкретном субъекте РФ.
Для граждан — создать четкие экономические мотивы. В частности, предоставлять жилье большей площади взамен разрушенного только владельцам полисов, запрещать приватизацию выданных государством квартир, если они не застрахованы.
Таким образом, речь идет о том, чтобы система защиты от ЧС превратилась из неработающего формального закона в реальный механизм финансовой защиты. Это избавит государственный и региональные бюджеты от колоссальной нагрузки и гарантирует людям быструю, справедливую компенсацию ущерба в тот момент, когда стихия без спроса вторгается в их дома.