Коммерсантъ FM

Он видел ее в гробу

Андрей Плахов о Мэрилин Монро и ее культе

100 лет назад, в первый день лета, родилась Мэрилин Монро. Заинтригованный ее культом, Андрей Плахов посетил захоронение актрисы на голливудском кладбище и почувствовал, что приблизился к разгадке этого звездного феномена.

Андрей Плахов

Андрей Плахов

Фото: Григорий Собченко, Коммерсантъ

Андрей Плахов

Фото: Григорий Собченко, Коммерсантъ

Кладбище Вествуд-Виллидж — мемориальный парк в западной части Лос-Анджелеса. Мэрилин покоится в мраморном стенном склепе, не похожем на европейские. В сущности, это большая ячейка в стене, куда помещен бронзовый гроб актрисы, а рядом такие же ячейки. Как не могла М. М. никуда деваться от назойливого внимания при жизни, так не удалось ей обрести желанное одиночество после смерти. Посетители с удовольствием слушают анекдоты о том, как поклонник-миллионер выкупил верхнюю ячейку крипты и распорядился положить себя лицом вниз, чтобы смотреть на свою любимицу. Среди других «вечных» соседей Мэрилин — основатель журнала Playboy Хью Хефнер и покоящийся на том же кладбище знаменитый актер Кирк Дуглас. Он прожил 103 года. А Монро — всего 36.

Этот контраст намекает на некую закономерность. Дугласу — респект, но не более того. Ну кто из новых кинозрителей помнит его, благополучно состарившегося, молодым? А вот культовейший Джеймс Дин, «бунтовщик без причины», в 24 года погиб в автокатастрофе, он таким навсегда остался, и память о нем передается из поколения в поколение, пусть даже его фильмы сравнительно мало кто смотрит. Черта с два его забудешь, когда он напоминает о себе принтами на футболках, портретами на сувенирных чашках и даже на носках.

Склеп Мэрилин Монро на кладбище Вествуд-Виллидж

Склеп Мэрилин Монро на кладбище Вествуд-Виллидж

Фото: Reed Saxon / AP

Склеп Мэрилин Монро на кладбище Вествуд-Виллидж

Фото: Reed Saxon / AP

Когда еще не существовало кинематографа или он только зарождался, культовым статусом обладали «проклятые поэты» и художники: Рембо, Аполлинер, Ван Гог, Модильяни. Возможно, самый старый из кладбищенских культов можно наблюдать на парижском Пер-Лашез, где лежит зацелованный поклонницами, а незадолго до смерти настрадавшийся в Редингской тюрьме Оскар Уайльд.

Культы возникают обычно в том случае, когда их объекты рано покидают бренный мир.

И особенно часто — если их жизнь не вписывается в рамки благополучной биографии, сопровождается роковыми страстями, порочными наклонностями и/или громкими скандалами, а завершается трагически. Такие становятся героями современных мифов. Вспомним Джима Моррисона, Курта Кобейна, Джона Леннона, Ривера Феникса, Хита Леджера. Из европейских звезд — Жерара Филипа, Роми Шнайдер, Далиду. Конечно, Брижит Бардо и Ален Делон тоже стоят в первом звездном ряду, но их не самая красивая старость несколько смазала культовый эффект.

М. М. полностью отвечает всем приметам культовости: и страдала, и не вписывалась, и ушла молодой. Но даже в свете этого общего правила ее случай — особый. Она оказалась не просто секс-идолом, но иконой поп-культуры на самой заре ее формирования. И главный иконописец поп-арта Энди Уорхол запечатлел ее многократно растиражированный «святой лик».

Что очень важно, Монро стала объектом греховных желаний для всех социальных слоев — от бейсболиста Ди Маджо до братьев Кеннеди. Интеллектуалы не были исключением. Артур Миллер женился на ней, но союз интеллекта и красоты не стал счастливым.

Хотя у Мэрилин на книжной полке стояли Сартр и Хемингуэй, а она мечтала сыграть Грушеньку в «Братьях Карамазовых», Миллер, как и все «нормальные мужчины», видел в ней совсем другое.

Она же в роли жены писателя чувствовала себя не в своей тарелке и, накрывая стол для гостей, падала с подносом.

И другие интеллектуалы (я знал одного, хранившего в закрытом ящике письменного стола коллекцию ее фотографий) не относились к ней всерьез как к актрисе с амбициями, воспринимали как «блондинку», а свою слабость к ней — как guilty pleasure. Все это было еще до торжества феминизма, но даже новая «религия» ничего не смогла поделать с могучим языческим культом.

Ее неагрессивная, но всепобеждающая чувственность — последний всплеск женственности дофеминистской эпохи. Мэрилин умерла — и эпоха вместе с ней. Теперь каждый может смотреть на нее как бы в гробу, погребенную и мумифицированную в мавзолее своей вечной славы.

Андрей Плахов

Фотогалерея

«Мы, красивые женщины, обязаны казаться глупыми, чтобы не беспокоить мужчин»

Смотреть

Новости компаний Все