Курощение Европы
На Каннском фестивале показали неполиткорректные «Фьорд» и «Дневник горничной»
Продолжается Каннский международный кинофестиваль. Во второй половине конкурсного марафона эффектно прозвучали и заставили о себе говорить два фильма из Восточной Европы, действие которых происходит в Западной. О «Фьорде» Кристиана Мунджу и «Дневнике горничной» Раду Жуде рассказывает Елена Плахова.
В фильме «Фьорд» в Норвегии, стране живописных скал и доведенной до абсурда демократии, семья противостоит органам опеки, отбирающим у нее пятерых детей, включая младенца
Фото: Festival de Cannes
В фильме «Фьорд» в Норвегии, стране живописных скал и доведенной до абсурда демократии, семья противостоит органам опеки, отбирающим у нее пятерых детей, включая младенца
Фото: Festival de Cannes
Оба фильма сняты румынскими режиссерами и выгодно отличаются в фестивальной программе от большинства других не только художественным мастерством, но и смелым нарушением норм политкорректности. Действие «Фьорда» Кристиана Мунджу разворачивается в Норвегии — стране живописных скал, снежных лавин и доведенной до высшей кондиции, а то и до абсурда демократии. Норвежка Лисбет (Рената Реинсве) замужем за румыном Михаем (Себастиан Стэн). В семье, живущей по строгим христианским канонам, пятеро детей. В школе, где они учатся, принят атеистический подход, и богомольное семейство в него плохо вписывается. Противоречие выходит наружу, когда учительница обнаруживает синяки на шее Элии, одной из дочерей интернациональной семьи, и та признается, что мать в сердцах ее шлепнула. Этого оказывается достаточно, чтобы всех пятерых детей, включая младенца на грудном вскармливании, у родителей забрали органы опеки и начали расследование инцидента. Параллельно начинается процесс против Михая, который не скрывает, что легкие телесные наказания входят в его систему воспитания. Хотя в данном конкретном случае синяки, скорее всего, появились у девочки от весьма агрессивных занятий рестлингом на уроках физкультуры.
Фильм сосредоточен на том, как семья переживает болезненную ситуацию и борется за возвращение детей. Ни одна из сторон конфликта не идеализирована, но симпатии автора на стороне Лисбет и в меньшей степени Михая, который организует кампанию давления на суд, привлекая консервативных членов христианской общины. Функционеры органов опеки показаны как бездушные бюрократы, злоупотребляющие своей властью, и только помощь соседки с адвокатским образованием позволяет переломить ход процесса. Но семья получает свой урок с другой стороны: в финале становится понятно, что ее потомство не будет жить по заветам родителей.
Этим неожиданным поворотом Мунджу корректирует баланс и показывает, что жизнь устроена сложнее, полна сюрпризов и богаче всяких схем — как ультралиберальных, так и ультраконсервативных.
Одна из главных дискуссионных тем «Фьорда» оглашается в суде. Сторона обвинения старается подчеркнуть, что «варварские методы воспитания» отец принес со своей родины — Румынии, где царит «другая культура». Можно с этим соглашаться или спорить, но известная формула «Запад есть Запад, Восток есть Восток» оригинально преломляется и в другом выдающемся румынском фильме. Он показан в параллельной программе «Двухнедельник режиссеров», снят режиссером Раду Жуде и называется «Дневник горничной». Если в картине Мунджу слышится пафос греческой трагедии, то памфлет Жуде скорее отсылает к комедиям Аристофана. Но прежде всего — к одноименному фильму Луиса Бунюэля, поставленному по роману Октава Мирбо.
В романе и в фильме Бунюэля звучала анархистская критика буржуазии; с ядовитым сарказмом были показаны склонное к перверсиям семейство и манипулирующая им горничная. В картине Жуде этот сюжет вынесен за скобки: он представлен только в сценах репетиций студенческого театрального спектакля, где играет Джанина (Ана Думитраску) — румынка, оставившая на родине с бабушкой маленькую дочь и устроившаяся прислугой у богатой семьи в Бордо. Члены этой семьи совсем не похожи на монстров, в общем-то они даже неплохие люди и относятся к служанке по-человечески. Только вот совсем не понимают происходящего в мире, касается это Украины или Палестины. Хотя хозяин дома тщится выглядеть экспертом по Восточной Европе, а его старуха-мать — активная участница протестов 1968 года. Вспоминая эти бурные времена, она признается, что молодые бунтари любили Чаушеску и Мао Цзэдуна, а одна из них даже поехала в Китай и на встрече с Чжоу Эньлаем рассказала об их борьбе. Но вместо ожидаемой похвалы услышала от него совет: «Возвращайтесь в аудитории и учитесь».
Раду Жуде не жалеет сатирических красок, показывая идиотизм и наивность этих как будто бы образованных и цивилизованных западных людей.
А приехавшая с «Востока» Джанина, нигде не учившаяся и принадлежащая к низшему классу общества, оказывается умнее благодаря здоровой интуиции и альтернативному жизненному опыту.