Коротко

Новости

Подробно

Газета "Коммерсантъ" от

 Что было на неделе


       Президенту СССР Горбачеву фатально не везет с судейскими. Ему пришлось испробовать на себе духовно-нравственные проповеди бывшего председателя КС Валерия Зорькина. Затем с зорькинской гомилетикой познакомился более обширный круг государственных деятелей, но президент СССР был первым и оттого особенно беззащитным объектом. Теперь ему довелось на себе ощутить, что Верховный суд немногим приятнее Конституционного. Узнав, что государственное обвинение не видит ни в визите генерала Варенникова в Форос, ни в последующих деяниях военачальника ничего противоправного, президент СССР с болезненным сарказмом отметил, что Россия сделала замечательные успехи в строительстве "правового государства", а вдруг солидаризовавшийся с президентом СССР боевой генерал подтвердил: "Наше право, которое обеспечивает наше движение вперед, в надежных руках".
       Бедный Горбачев как был кремлевским мечтателем, так и остался. В ситуации с Варенниковым не до правового государства, являющегося своего рода венцом благоразумного государственного строительства. Гуманизм государственного обвинения вплотную подводит к вопросу не о том, есть ли в России правовое государство, а есть ли в России вообще государство. Если суд не видит ничего противоправного в действиях генерала, поднявшего руку на своего главнокомандующего, то прочие генералы (а в Африке бывало, что и сержанты) прямо приглашаются к совершению аналогичных действий. Прежде считалось, что норма неотделима от санкции: нет санкции, т. е. наказания за государственную измену — нет и нормы, т. е. самого государства, а есть лишь существующий в силу некоторой инерции хаотический конгломерат. Благословившие Варенникова прокуроры и судейские могут, разумеется, желать упразднения государства как такового и учреждения всероссийского Гуляй-Поля — у нас плюрализм. Однако в Гуляй-Поле никому не нужны ни прокуратура, ни суд — и юридические чины, делающие все возможное для упразднения собственной корпорации, являют собой глубоко диалектическое зрелище.
       Видя, как хорошо взаимодействует с Фемидой генерал Варенников, тем же решил заняться и разжалованный Руцкой. Сообразив, что Ельцин его разжаловал лишь 4 октября прошлого года, тогда как сам Ельцин был отрешен от всех постов еще 21 сентября, Руцкой установил, что генеральских эполет его лишили незаконно, и требует их вернуть.
       Поражает скромность истца. В качестве исходного пункта искового заявления предполагается, что с 21 сентября 1993 года Ельцин — неизвестно кто, и все изданные им с того времени правовые акты юридически ничтожны. Если суд согласится с этой отправной посылкой, из того автоматически должно следовать, что Руцкой — не только генерал, но и президент, а значит — стоящий выше всяких генералов верховный главнокомандующий, и непонятно, зачем генералиссимусу еще и генерал-майорское звание. Разве что, насмотревшись на скорбный опыт Горбачева и Ельцина, Руцкой решил, что по установившейся практике всякий генерал имеет законодательно подтвержденное право плевать на главнокомандующего, а потому лучше оттягать себе хотя бы одну генеральскую звездочку — klein, aber mein.
       И совсем новый подход к проблеме главнокомандования явил заместитель председателя думского комитета по обороне капитан Евгений Логинов (ЛДПР), который установил, что истинным главнокомандующим является не президент, как думали раньше, а лидер ЛДПР. Логинов обосновал это открытие тем, что за Жириновского в декабре голосовало 70% военных.
       Очевидно, государственно-правовым идеалом думского капитана является имевшая место во времена упадка Римской империи "эпоха солдатских императоров". Для описания событий той эпохи историки даже изобрели стандартную формулу: "Но тут легионы взбунтовались и выкликнули нового цезаря". Однако пропаганда такого идеала является сомнительной с точки зрения верности Логинова своему партийному вождю. Для дорогой Логинову эпохи солдатских императоров характерна чрезвычайно быстрая смена цезарей, сопровождающаяся к тому же выбрасыванием мертвого тела предыдущего цезаря в Тибр или какое-нибудь другое не вполне подходящее для последнего упокоения место. Впрочем, возможно, капитан Логинов отнюдь не имеет в виду вскорости выбросить бренные останки лидера ЛДПР в Тибр или Волгу, а желает лишь в практических целях поднять свой правовой статус. На прошлой неделе Логинов, невинно праздновавший день парашютиста, был схвачен на ст. м. "Парк культуры", закован в железы и заточен в тюрьму. Будь Жириновский главнокомандующим, Логинов стал бы чем-то вроде адъютанта Его Превосходительства, а столь высокопоставленную особу милиционеры побоялись бы трогать.
       Побоятся они трогать и МММ с его приверженцами. Пресс-секретарь МММ Сергей Таранов сообщил, что "на стороне МММ лучшие адвокаты, которые намерены использовать правовые методы в решении конфликта с государственными органами; адвокаты МММ намерены также бесплатно защищать интересы акционеров, на которых заведены уголовные дела".
       Адвоката обыкновенно для того и приглашают, чтобы он "использовал правовые методы" решения конфликта — если есть желание использовать иные методы, приглашают не адвоката, а крепко сложенных молодых людей в спортивных костюмах. Зрители ТВ могли убедиться, что представляющий интересы МММ лучший адвокат Александр Салашенко, хотя и крепко сложен, но уже не столь молод и одет не по-спортивному, так что в намерении использовать неправовые методы никто лучшего адвоката и не подозревал. Еще более загадочно сообщение о том, что лучшие адвокаты будут бесплатно защищать акционеров МММ в уголовном суде. Можно понять так, что акционеры МММ будут с одобрения руководства АО использовать неправовые методы борьбы, а как только их за это арестуют, тут же явятся лучшие адвокаты и станут их защищать правовыми методами. Но все это слишком похоже на грубое подстрекательство, поэтому замысел МММ, очевидно, другой: имеется в виду, что МММ оказывает своим акционерам адвокатские услуги по любым уголовным делам, т. е. по аналогии с известным в страховом деле страхованием гражданской ответственности страхует также и ответственность уголовную. Например, если молодожен Игорь с целью наживы похитит породистого кобеля у пенсионера Николая Фомича, то злокозненного собачника защитит лучший адвокат Салашенко.
       Между тем страсть к печатанию фантиков захватила не только АО "МММ". Кроме "мавродиков", напечатали приднестровские "суворики", а также чеченские "тюмы" и "нахары". В преддверии запуска в оборот тюмиков и нахариков президент Дудаев нашел, однако, время не только для мероприятий по стабилизации будущего кавказского доллара, но и для урегулирования проблем ичкерского подданства. Руслана Хасбулатова вторично лишили гражданства Чечни ввиду "провокационной деятельности экс-спикера российского парламента против Чеченской Республики".
       Сама практика лишения гражданства, хотя и не приветствуется строгими правозащитниками, довольно распространена. Хасбулатов повторил судьбу Данте Алигьери, Мстислава Ростроповича, Юрия Любимова etc. Однако никому из вышеназванных великих изгнанников не удалось оказаться дважды лишенцем. В деле лишения гражданства Дудаев исхитрился переплюнуть самого Брежнева, а Хасбулатов отныне, оттеснив Алигьери, по праву может возглавлять список известных в мировой истории великих изгнанников.
       Пример Л. И. Брежнева вообще весьма заразителен. Артист Никита Михалков, получив, наконец, золотой фестивальный приз за фильм "Утомленные солнцем", заявил, что "это победа нашей России, нашей несгибаемой родины".
       Условием для вхождения в фестивальное жюри было строгое обязательство обеспечить победу нашей несгибаемой родины, так что по способу добывания — соответственно и по престижности — приз примерно аналогичен Ленинской премии за книгу "Малая земля" или пяти звездам Героя. Как видим, образ охочего до побрякушек комического старика Панталоне оказывается привлекательным — по достижении известного возраста — не только для партийных работников, но и для мастеров искусств. Впрочем, нельзя отрицать, что в коллекционировании значков есть своя безмятежная прелесть — не порази Леонида Ильича старческие болезни и семейные неприятности, он дожил бы свой век тихо и радостно. Если Михалков сохранит разборчивую дикцию и будет оберегать "Анну от 18 до 50 лет" от общения с цирковыми артистами, его блаженной старости можно будет только позавидовать.
       МАКСИМ Ъ-СОКОЛОВ
       

Комментарии
Профиль пользователя