«Каждый народ привносит в манты свое»
Павел Шинский — об истории блюда
Корейцы, китайцы, узбеки, таджики, уйгуры, дунгане, туркмены… С десяток наций претендуют на манты как национальное блюдо. Точку в споре поставили, как ни странно, лингвисты. Они выяснили, что название блюда происходит от китайского «маньтоу», что значит «съедобная голова». По легенде, полководец Чжугэ Лян обманул демона, грозившего сожрать его воинов, подсунув ему мясо в тонком тесте. Понравилось не только демону. Скоро по всему Шелковому пути исходили ароматным паром касканы, предки современных пароварок.
Каждый народ привносит в манты свое. Уйгуры добавляют в него клевер, дунгане — тыкву, турки — рис, киргизы — верблюжатину. Так что в «съедобной голове», как и в обычной человеческой, чего только не найдешь. Общее у всех — очень тонкое пресное тесто и варка на пару. Есть манты полагается руками, хотя в стильных заведениях сегодня это не принято. Но в настоящей забегаловке на Востоке ценители обходятся без вилок и ничуть не парятся. Они ж не манты.