Битва за Пекин
США и Иран возлагают ожидания на Китай
Глава иранского МИДа Аббас Аракчи 6 мая совершил первый после начала конфликта с США и Израилем визит в Китай. Для Тегерана поездка, состоявшаяся всего за неделю до встречи лидеров КНР и США, стала возможностью прощупать, насколько Пекин готов и впредь поддерживать Иран — как минимум на площадке Совбеза ООН — и на какие уступки американцам по иранскому вопросу он может пойти. Последнее вполне вероятно: в преддверии прибытия Аракчи в Пекин его американский коллега Марко Рубио призвал Китай оказать давление на иранцев для открытия Ормузского пролива.
Глава иранского МИДа Аббас Аракчи и министр иностранных дел Китая Ван И (справа) во время встречи в Пекине
Фото: Telegram channel of the Iranian Foreign Minister / AP
Глава иранского МИДа Аббас Аракчи и министр иностранных дел Китая Ван И (справа) во время встречи в Пекине
Фото: Telegram channel of the Iranian Foreign Minister / AP
Главными темами обсуждений в ходе однодневного визита в Пекин Аббаса Аракчи и его встречи с главой МИД КНР Ван И предсказуемо стали поддержание режима прекращения огня и возобновление судоходства в Ормузском проливе. Ранее Китай весьма настойчиво называл приоритетными именно эти темы.
Как известно, Пекин выступил с резкой критикой американской военно-морской блокады иранских портов, назвав этот шаг крайне опасным. Однако в последние дни китайская сторона начала все более критично отзываться и о действиях Ирана — прежде всего за продолжение блокировки Ормузского пролива.
В задачи Аббаса Аракчи, судя по всему, входило выяснить, на какого рода поддержку Тегеран может рассчитывать в случае разблокирования пролива для судоходства.
В частности, будет ли Пекин готов и дальше поддерживать Иран на площадке Совбеза ООН в случае новых попыток ввести против Тегерана дополнительные санкции.
В апреле Китай и Россия — два главных внерегиональных союзника Ирана — наложили вето на проект резолюции по ситуации в Ормузском проливе, сочтя его чрезмерно жестким и раскритиковав за отсутствие в документе осуждения действий США и Израиля, развязавших конфликт. Однако американцы подготовили новый проект резолюции, направленный на обеспечение свободного прохода через Ормузский пролив, и, как сообщил 5 мая агентству Associated Press неназванный американский дипломат, США предпринимают серьезные усилия, пытаясь убедить Китай не налагать на него вето.
Уже 14–15 мая в Пекине должна пройти встреча лидеров КНР и США Си Цзиньпина и Дональда Трампа, и министр иностранных дел Ирана явно стремился заранее узнать у китайского коллеги, пойдет ли Пекин на какие-либо уступки Вашингтону, способные вызвать беспокойство у Тегерана. Однако, если об этом и говорилось на переговорах 6 мая, в публичное поле эта информация не попала.
По итогам переговоров Аббаса Аракчи с Ван И иранское агентство Tasnim сообщило лишь, что китайский министр охарактеризовал военные действия США и Израиля против Ирана как «нелегитимные».
Ван И назвал всеобъемлющее прекращение огня «необходимым условием» для обеспечения региональной стабильности, подтвердил приверженность КНР усилиям по деэскалации и поддержал прямой диалог между сторонами конфликта.
Давление на Китай по иранской теме в преддверии встречи лидеров КНР и США усилили и в Вашингтоне. 5 мая, за день до приезда в КНР Аракчи, госсекретарь США Марко Рубио выступил с рядом заявлений. Прежде всего он выразил надежду на то, что Пекин сможет убедить Тегеран в необходимости ослабить «мертвую хватку» в отношении Ормузского пролива.
«Я надеюсь, что китайцы скажут то, что ему необходимо услышать. А именно: ваши действия в проливе ведут к вашей глобальной изоляции. В этой ситуации именно вы выступаете в роли злодея»,— сказал Рубио в ходе брифинга в Белом доме.
Судя по всему, США верят в способность Пекина повлиять на Тегеран. В апреле, говоря о переговорах с иранцами в Исламабаде (пусть они и закончились безрезультатно), глава Белого дома прямо признал, что Китай сыграл немалую роль в том, чтобы вернуть иранскую сторону за стол переговоров в момент, когда переговорный процесс оказался под угрозой срыва.
Но американцы всячески подчеркивают тот факт, что у КНР есть мощная экономическая мотивация воздействовать на Иран. Китай гораздо сильнее, чем США, пострадал от перекрытия Ираном Ормузского пролива, заявил 5 мая Марко Рубио. А Дональд Трамп в тот же день упомянул, что Китай «получает, кажется, около 60% своей нефти через Ормузский пролив», что, впрочем, было некоторым преувеличением.
Экономика КНР действительно в значительной мере зависит от поставок энергоносителей через Ормузский пролив: по данным Главного таможенного управления КНР, с Ближнего Востока импортируется около половины потребляемой страной нефти и почти треть сжиженного природного газа.
Заявления Рубио прозвучали день спустя после того, как другой чиновник администрации Трампа, министр финансов Скотт Бессент, заявил, что вопрос об Иране займет важное место в повестке дня первого с 2017 года визита президента США в Китай.
«Угроза нападений со стороны Ирана привела к закрытию пролива — теперь мы его вновь открываем. Поэтому я настоятельно призываю китайскую сторону присоединиться к нам и поддержать эту международную операцию»,— заявил Бессент в интервью Fox News 4 мая.
Другой же важной темой переговоров двух лидеров, рассказал уже Марко Рубио 5 мая, станет вопрос Тайваня — куда более важная для Пекина проблематика, чем все мировые геополитические конфликты вместе взятые. В Китае уже дали понять, что будут добиваться от Вашингтона сокращения (а в идеале — прекращения) объемов поставок вооружений на остров, который КНР считает своей законной территорией.
Что на решит Дональд Трамп, неясно — маятник его настроения может в итоге качнуться в любую сторону. Однако, как заметил госсекретарь, Штатам «совершенно не нужны дестабилизирующие события — ни в отношении Тайваня, ни где-либо еще в Индо-Тихоокеанском регионе». И если Трамп все же пойдет навстречу Си Цзиньпину по тайваньскому вопросу, то и последнему придется проявить большую сговорчивость по иранской теме.