Нежный Комм
«Из меня бизнесмен — как из г… пуля,— говорит ресторатор Анатолий Комм, встречая корреспондента СФ в зале ресторана имени себя Anatoly Komm на Кутузовском проспекте.— Не представляю, о чем вы будете писать». Именно об этом и хочется написать.Анатолий Комм родился в 1967 году. Начал бизнес с организации вместе с партнерами компании «Новик», которая занималась операциями на бирже. Затем стал одним из учредителей Koty (российский дистрибутор Versace, Ferre, Dolce & Gabbana, Moschino, Claude Montana, Byblos, Fendi). К 2001 году продал долю в дистрибуторском бизнесе, а также построенный им теннисный центр «Жуковка». В конце 2001 года открыл ресторан на Кутузовском проспекте, позже названный собственным именем Anatoly Komm. Также ему принадлежат рестораны Green, Green Grill и харчевня «Комм.А».
Анатолий Комм
— единственный среди известных рестораторов сам встал за плиту в качестве шеф-повара;
— назвал ресторан своим именем и предложил столичной публике модную на Западе молекулярную кухню;
— чтобы поддержать гастрономический ресторан Anatoly Komm, держит менее изысканные и более прибыльные проекты;
— попал в каталог Michelin, открыв в Женеве ресторан Green;
— стал первым русским шеф-поваром, приглашенным на международный гастрономический конгресс в Сан-Себастьяне.
Вкусные жральниКогда в Швейцарии Анатолию Комму потребовалась помощь врача, он отправился в российское посольство. Сначала его долго не пропускали, и уже это Комму не понравилось. А когда охранник доложил, что пришел человек «из города», то есть чужой, не посольский, Комм развернулся и ушел. «Заходишь в любое российское посольство за границей — и сразу про нас все понятно, русский человек для них чужой»,— говорит он. Ресторатор Анатолий Комм так говорит неспроста: именно по этой же причине его гастрономические изыски не могут быть популярны. Потому что наши люди и в России чувствуют себя чужими, а совсем чужими чувствуют себя богатые люди, поэтому избавиться от кабацких привычек и начинать постигать высокие истины у них не получается — не уверены в завтрашнем дне.
«У нас много миллиардеров, которые все равно остались плебеями. Они как ели на газете, так и будут есть»,— говорит Комм. Бичует он пороки рублевской публики, которая предпочитает его ресторан проектам Аркадия Новикова, с наслаждением единственного пророка своего отечества. За разоблачением давно разоблаченной элиты неизменно следует тезис о том, что ресторан Anatoly Komm разве только не убыточен — едва выходит в ноль. Понимающей публики, заработавшей деньги не на нефти и газе, но на своем труде, а значит и понимающей толк в еде, а не в ваннах с шампанским, мало.
В действительности Анатолий Комм, конечно, не такой уж художник-бессребреник, каким так хочет казаться. Иначе не смог бы в начале 1990-х удачно воспользоваться знакомством с самим Джанни Версаче и основать с партнерами компанию Koty, ставшую крупным дистрибутором дорогой одежды (в портфеле были такие брэнды, как Versace, Ferre, Dolce & Gabbana, Moschino, Claude Montana, Byblos, Fendi). Иначе не убеждал бы партнеров не отказываться от марок, которые были еще непопулярны, но имели отличные перспективы (убедить не всегда удавалось: например, компания отказалась от Dolce & Gabbana, на которой отличный бизнес всего спустя пару лет сделала компания Mercury). Иначе не стал бы девелопером и не построил бы в конце 1990-х теннисный центр «Жуковка», когда ему наскучила дистрибуция одежды. «Художник во мне все время борется с бизнесменом»,— признает ресторатор.
Еще с художником борется Илья Хайкин, не позволяя совсем уж отрываться от земли. Именно бывший предправления Внешагробанка (недавно было объявленный в международный розыск, а потом оправданный судом, не давшим санкцию на арест) настоял на том, чтобы Комм начал развивать более дешевую линию ресторанов, не от-кутюр, а прет-а-порте. Сейчас у Комма, помимо Anatoliy Komm, есть рестораны «Купол», новый Green, Green Grill и харчевня «Комм.А» на Рублевке. Сам Комм называет их «просто вкусными жральнями». Они и помогают гастрономическому ресторану держаться на плаву, ведь даже более дешевые рестораны Комма — все же дорогие. «Все отмечают, что испытывают в его заведениях дискомфорт, когда видят счет,— говорит Роман Рожниковский.— Цены иногда неадекватны. Я считаю, это сильно ему мешает». Зато помогает имидж маэстро, радеющего за искусство, который Комм так активно создает и поддерживает. Сам ресторатор утверждает, что чек без спиртного в Green — 1500 руб. (очевидно, почувствовав, что переборщил с имиджем, сегодня он борется с репутацией чуть ли не самого дорогого ресторана Москвы).
Эффективность такой тактики — большой вопрос. Комм крайне скуп на цифры, но признает, что на круг получает 15% рентабельности, хотя на ресторанном рынке никого не удивишь и 30%. Год назад некие арабы хотели пригласить Анатолия Комма шеф-поваром в свой парижский ресторан и предложили ему 5 млн евро, чтобы он закрыл все свои заведения — коммовское искусство бизнеса они оценили не слишком высоко.
Поверить в крах художника-предпринимателя слишком легко. С сентября он не дает «спектакли» в Anatoly Komm, ресторан не работает в «гастрономическом» режиме, а самого владельца можно видеть не за плитой, а в зале, где его то и дело беспокоят знакомые гости. Особо приближенные клиенты, например, просят, чтобы он походатайствовал и послал официантов посторожить у женского туалета: в мужском прорвало трубу. Но спектакли прикрыли, конечно, не из-за трубы. Тут все здание скоро снесут, чтобы построить элитный дом. Поэтому вместо зарубежных гастролей Комм устроил себе переезд с малой сцены на большую.
Был бы Вася ИвановОднажды Анатолий Комм обсуждал проблемы российской пищевой промышленности с доктором наук, работающим в РАН. «Ну зачем вы так говорите»,— укорил доктор Комма, потому что Комм по своему обыкновению очень все критиковал и говорил, что российская пищевая промышленность совершила множество преступлений перед своим народом. В частности, например, вырастила породу коров «российская пестрая», которая должна была сначала доиться, а потом идти на мясо (в то время как в нормальных странах одни породы только для молока, другие только для убоя). «Ну, зачем вы так говорите,— укорял Комма профессор.— Все продукты, которые у нас продаются, не опасны для жизни». «Ну офигительно, профессор! — воскликнул в сердцах Комм (употребив, правда, в сердцах выражение покрепче).— Вы меня порадовали».
Из не опасных для жизни продуктов крайне затруднительно готовить еду для гастрономического ресторана. А между тем надо. Потому что высшее предназначение повара — пропагандировать национальное сельское хозяйство. «За это шеф-поварам и дают в Европе государственные награды, а не за то, что они просто делают вкусные котлеты,— объясняет Комм.— Там люди понимают, что те, кто на земле работает, и есть настоящая элита. Можете сколько угодно Буша считать дурачком, но он и не афиширует, что живет с техасской нефти, а все свободное время проводит на ранчо. Этим американцев и берет. Привлекает журналистов, чтобы все видели, как он возится там с лошадьми и коровами по колено в навозе».
Возит шеф-повар мясо из Аргентины — совершает преступление перед своим народом. Коллеги-рестораторы и рады бы исполнить свое великое предназначение и закупаться у российских фермеров, да не получается. Роману Рожниковскому, например, удалось найти только поставщиков овощей. «По мясу и птице результат нулевой, даже если и есть хорошие продукты, нет гарантий поставок»,— докладывает он. «Я знаю хороших фермеров, но я у них только для дома еду покупаю — поставлять в ресторан они не смогут»,— вторит Бухаров. У Комма результат по мясу и птице не нулевой — он фермеров искал два года и нашел, в том числе с помощью журналистов передачи «Философия вкуса», которую он же и ведет на канале «Домашний». «Купили яйцо у одного фермера и в лучшем супермаркете Москвы, сделали простейший тест — взбили белок,— рассказывает ресторатор.— Когда первый белок взбился, им можно было подушки начинять, он стал как поролон. Я прямо в камеру это показал. А белок из супермаркета начал таять».
Таких чудо-фермеров все равно мало, и Комм решился отказываться, например, от сложных блюд из говядины — не смог найти подходящей, а закупать за границей уже не может себе позволить. Ведь продукты должны быть только российские, поскольку Комм хочет впервые явить миру русскую гастрономическую кухню мирового уровня. Если бы российские ИT-компании решили разработать операционную систему мирового уровня, заявление было бы столь же претенциозным. Но если у кого и получится, то у Комма — это признают и коллеги по рынку. «Он единственный делает по-настоящему гастрономические проекты»,— говорит ресторатор Михаил Зельман.
Вот вершина творческого пути Анатолия Комма — ресторан «Варвары», который открывается 15 января на Страстном бульваре. Сколько инвестировал, маэстро не раскрывает (в Anatoly Komm ушло около $3 млн), зато говорит, что «спектакль» из 17 блюд будет стоить в «Варварах» 4,5 тыс. руб. без спиртного и 7 тыс. руб. со спиртным. Блюда эти будут традиционными русскими, но с молекулярными изысками. «Что нужно дать съесть русскому человеку, чтобы он, попробовав, тут же сказал: я дома? — вопрошает Комм.— Кусок черного хлеба, политый подсолнечным маслом и посоленный». С Коммом не поспоришь. «А не надо со мной спорить, я профессионал,— парирует Комм. Будущие свои блюда он расписывает с такой интонацией, будто декламирует стихи шестидесятников.— В начале спектакля вам будут приносить черный каравай. Сверху будет такая закрученная спиралька. Вы положите это в рот, каравай взорвется, и вы поймете, что едите черный хлеб, политый маслом и посоленный. Только хлеб будет жидким, а масло хрустящим».
Каждый знакомый эмигрант Комма неизменно просит передать из России с оказией черного бородинского хлеба — очевидно, так и родилась у ресторатора эта идея. Собственно, люди, живущие за границей, и видятся главной аудиторией проекта. Не найдя достаточно ценителей высокой кухни в России, Комм хотел сначала завоевать Запад, открыв ресторан в Европе. Один ему удался — женевский Green был упомянут в каталоге Michelin (так Комм стал единственным российским ресторатором, детище которого упомянуто в знаменитом «Красном гиде»; правда, мало кто этот ресторан видел своими глазами, поэтому особой славы Комм не заработал). Потом женевский проект он продал, объясняя: это была тренировка перед Парижем. Но открыть ресторан в Париже так и не получилось, хотя Комм и пытался,— маэстро не выдержал трудностей, созданных протекционистским социалистическим устройством Франции. Нашелся ход получше: раз не хватает московских гурманов, можно заполучить мировую публику, не выезжая из Москвы.
«Я сейчас объясню,— объясняет Комм.— Ценители оперы ездят слушать оперу в Ла Скала, Гранд-опера, Большой театр. В мире гастрономии все то же самое. Название „Варвары” — мой укол Западу. Самое большое оскорбление финскому народу нанес один президент, который сказал: „О чем с ними разговаривать, вы посмотрите, что они едят”. Представляете, что они о нас думают? А я хочу, чтобы они приехали и посмотрели, что такое варвары… С другой стороны, это самоирония».
А вот ресторан Anatoly Komm исчезнет. Держать два ресторана высокой кухни и быть шеф-поваром в обоих невозможно, да и в контексте мировой конкуренции название кажется Комму не слишком удачным. Иностранцы при первом знакомстве с ним всегда под конец спрашивают: мы поняли, что вы очень любите Россию, но сами-то вы откуда? «Вот был бы я хотя бы Вася Иванов — тогда другое дело»,— говорит Анатолий Комм.
Журнал "Коммерсантъ Секрет Фирмы" №46
от 26.11.2007, стр. 1005