«Поехали» по-русски и по-американски

12 апреля 2026 года исполнилось 65 лет полету Юрия Гагарина — первому полету человека в космос. 5 мая — 65 лет первому суборбитальному полету американского астронавта Алана Шепарда. В первое космическое десятилетие супердержавы потратили на борьбу за приоритет в освоении космоса миллиарды рублей и долларов. «Деньги» подсчитали космические бюджеты.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Первым делом — ракеты

Первый советский спутник и полет Гагарина в космос — последствия длинной цепи событий. Мирное освоение космоса изначально не было целью ни для Советского Союза, ни для Соединенных Штатов.

Космическая гонка после окончания Второй мировой войны родилась из ядерной гонки вооружений.

13 мая 1946 года Совет министров СССР принял постановление «Вопросы реактивного вооружения» (это и все последующие постановления на ракетную и космическую тему были тогда совершенно секретными).

В соответствии с этим постановлением в подмосковном Калининграде (с 1996 года носит название Королев) был создан Научно-исследовательский институт №88 (НИИ-88). В августе 1946 года начальником и главным конструктором отдела №3 СКБ-88, входившего в состав НИИ-88, был назначен Сергей Королев. Отдел занимался разработкой баллистических ракет большой дальности. В 1950 году на базе нескольких отделов СКБ-88 было образовано Особое конструкторское бюро №1 (ОКБ-1) под руководством Королева.

Постановлением от 13 мая 1946 года был создан Государственный центральный полигон Министерства вооруженных сил Союза ССР для испытаний ракетного вооружения, который впоследствии стал известен как полигон Капустин Яр. На нем проходили испытания первых баллистических ракет.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

По открытым источникам нельзя точно оценить общие расходы СССР на программу создания баллистических ракет. Доступны лишь отдельные цифры. Так, 13 февраля 1949 года Совет министров СССР постановил обязать Министерство вооруженных сил форсировать строительство Государственного центрального полигона, освоив в 1949 году работы в объеме 50 млн руб.

В 1950 году дополнительный объем строительства на полигоне был профинансирован на 22 млн руб. В 1952 году на строительно-монтажные работы на полигоне было выделено 50 млн руб.

После успешных испытаний первой советской баллистической ракеты Р-1 (первый запуск — 10 октября 1948 года) работникам НИИ, конструкторских бюро, заводов и аппарата министерств и ведомств, причастным к разработке и изготовлению этих ракет и комплектующих к ним, были выплачены премии в общем размере 6,017 млн руб. Если предположить, что размер премии соответствовал половине или целой месячной зарплате, то фонд оплаты труда тех, кто был занят в проекте, составлял примерно 72–144 млн руб.

Постановление Совмина СССР от 13 мая 1946 года предусматривало также создание научно-исследовательских институтов. В структуре Министерства вооруженных сил был создан НИИ-4. Строительство зданий НИИ затянулось. Предусматривалось, что оно завершится к 1950 году, но в 1950 году только приступили к работам по капитальному строительству. Утвержденный объем финансирования на эти цели в 1947–1951 годах составлял 21,2 млн руб., отпущено было чуть больше половины этих средств — 11,7 млн руб., а выполнено работ на 9,8 млн руб.

4 декабря 1950 года вышло постановление Совмина СССР о проведении научно-исследовательских работ по теме Н-3 «Исследование перспектив создания РДД различных типов с дальностью полета 5000–10 000 км с массой боевой части 1–10 т». Для оценки масштаба — расстояние от полигона Капустин Яр до любой точки на Западном (тихоокеанском) побережье США не превышает 10 тыс. км.

Теоретическая возможность создания таких ракет была доказана.

20 мая 1954 года было принято постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР о разработке межконтинентальной баллистической ракеты—носителя ядерного заряда. Конструирование ракеты Р-7 было поручено ОКБ-1 Королева. В тот же день вышло постановление о разработке других ракетных технологий.

В 1954 году ОКБ-301 под руководством Семена Лавочкина занялось разработкой крылатой ракеты «Буря», ОКБ-23 Владимира Мясищева — ракетно-самолетной системы «Буран».

Оба проекта впоследствии были остановлены. Технология, которую разрабатывал Королев, была признана более перспективной. С экономической точки зрения производство Р-7 тоже было выгоднее. В докладной записке Михаила Хруничева (заместителя председателя Совета министров СССР) и Василия Рябикова (председателя Специального комитета Совмина СССР, координировавшего работы по созданию ракетной техники), поданной 20 июня 1955 года первому секретарю ЦК КПСС Никите Хрущеву и председателю Совета министров СССР Николаю Булганину, ориентировочная стоимость первых образцов Р-7 (без снаряжения) оценивалась не менее чем в 60 млн руб., «Бури» — 90 млн руб. В других документах приводилась более высокая оценка стоимости Р-7 — 300–400 млн руб. Ориентировочно в шестой пятилетке (1956–1960 годы) на производство всех средств ракетного и реактивного вооружения в СССР планировалось израсходовать 48,4 млрд руб., то есть примерно 9,68 млрд руб. в год. По официальному обменному курсу рубля к доллару США — $2,42 млрд.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Для сравнения: в 1956 году расходная часть госбюджета СССР была установлена в размере 568,8 млрд руб.

Как родилась идея советского спутника

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Летом 1948 года замначальника НИИ-4 Михаил Тихонравов выступил сначала на научном совете НИИ-4, а затем на заседании Академии артиллерийских наук с докладом «Пути осуществления больших дальностей стрельбы». В своем докладе он рассказал, что пакетная схема компоновки ракет позволяет получить практически любую дальность полета, что делает возможным запуск искусственного спутника Земли (ИСЗ). Большинство представителей научного сообщества доклад как минимум не оценили, как максимум — не одобрили. Руководство НИИ-4 сочло неправильным отклоняться от основного — военного — направления исследований.

Но работы Тихонравова сумел оценить по достоинству Сергей Королев. Его ОКБ-1 заказало НИИ-4 научно-исследовательскую работу по изучению технической возможности создания простейшего ИСЗ и перспектив осуществления полета человека в космос.

Докладную записку Тихонравова по итогам этих работ Королев представил в ЦК КПСС и Совет министров СССР, в Министерство оборонной промышленности. Это произошло в мае 1954 года, буквально через несколько дней после постановления о разработке МБР Р-7. Королев в пояснениях к записке Тихонравова сообщал, что ракета Р-7 может быть использована для вывода спутника на околоземную орбиту.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Проектирование Р-7 было завершено в июле 1954 года, эскизный проект ракеты был одобрен Советом министров 20 ноября.

Идея искусственного спутника получила одобрение не сразу.

Что дало старт космической гонке

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Еще в 1950 году была выдвинута идея Международного геофизического года (МГГ), в рамках которого ученые из разных стран занялись бы выполнением геофизических исследований по согласованной программе. Крайними датами проекта были определены 1 июля 1957 года и 31 декабря 1958 года, так что геофизический год получался длиннее календарного.

Всего в МГГ приняли участие ученые 67 стран, в том числе СССР.

4 октября 1954 года в Риме на заседании Специального международного комитета по проведению МГГ представители США предложили в ходе Международного геофизического года запустить небольшие искусственные спутники Земли с научной аппаратурой.

14 марта 1955 года Национальный комитет США по МГГ опубликовал доклад, в котором признал возможным запуск американского научного спутника во время МГГ. В мае проект одобрил президент США Дуайт Эйзенхауэр.

29 июля 1955 года пресс-секретарь Эйзенхауэра Джеймс Хагерти объявил, что Соединенные Штаты запустят научный спутник во время Международного геофизического года.

Хагерти услышали в подмосковном Калининграде. Михаил Хруничев, Василий Рябиков и Сергей Королев 5 августа подали секретарю ЦК КПСС Никите Хрущеву и председателю Совета министров СССР Николаю Булганину записку о работе по созданию искусственного спутника Земли.

В записке отмечалось, что, по последним сообщениям печати, правительство США уже приняло решение о создании такого спутника. При этом в Советском Союзе проведены предварительные исследования и установлена техническая возможность создания простейшего спутника Земли на базе ракеты Р-7.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

«Приблизительная стоимость всех работ, связанных с созданием искусственного спутника (без учета стоимости ракеты Р-7), будет составлять до 250 млн руб. Одновременно следует отметить, что совмещение разработки ракеты Р-7 и спутника позволит, в случае необходимости, рассматривать разработку ракеты Р-7 как подготовительный этап к осуществлению искусственного спутника Земли»,— говорилось в записке.

Желание обогнать американцев способствовало быстрой реакции руководства нашей страны.

8 августа 1955 года Президиум ЦК КПСС принял короткое совершенно секретное постановление: «Одобрить идею о создании искусственного спутника Земли».

30 января 1956 года ЦК КПСС и СМ СССР приняли постановление, которым предусматривалось создание под ракету Р-7 ИСЗ («объект Д») весом 1000–1400 кг с аппаратурой для научных исследований весом 200–300 кг.

В следующем месяце ОКБ-1 посетил Никита Хрущев, чтобы ознакомиться с ходом работ по Р-7. Сергей Королев воспользовался случаем, чтобы показать макет спутника и рассказать первому секретарю ЦК КПСС, что у СССР есть хорошие шансы на то, чтобы запустить спутник первыми, так как для запуска можно будет использовать Р-7, а в США еще только строят совершенно новую ракету для вывода на орбиту своего спутника. Королев сумел убедить Хрущева, что работа над ИСЗ не приведет к отставанию в работе над межконтинентальной баллистической ракетой.

В августе ОКБ-1 было выведено из состава НИИ-88 и стало самостоятельной организацией, главным конструктором и директором которой был назначен Сергей Королев. В том же году в ОКБ-1 перешли Михаил Тихонравов — на должность начальника отдела №9, занимающегося работами по созданию первых ИСЗ, а также ряд сотрудников НИИ-4.

Полигон

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Для испытания межконтинентальных баллистических ракет требовался новый полигон, Капустин Яр по ряду причин не подходил.

4 февраля 1955 года в ЦК КПСС была направлена совершенно секретная записка, которую подписали заместитель председателя Совмина СССР, министр среднего машиностроения Вячеслав Малышев, первые заместители министра обороны маршалы Советского Союза Георгий Жуков и Александр Василевский, министр авиационной промышленности Петр Дементьев, первый заместитель министра оборонной промышленности Александр Домрачев и министр радиопромышленности Валерий Калмыков. В ней говорилось о строительстве нового полигона.

В записке приводилась следующая оценка затрат: «Организация и строительство полного комплекса нового полигона займет около 3–4 лет, будет стоить ориентировочно 400–500 млн руб. и потребует формирования соответствующих частей». Первые пуски ракет Р-7 предполагалось начать уже в 1956 году, осуществив в 1955 году «строительство минимально необходимых сооружений на стартовой и технической позициях, подъездных железных и шоссейных дорог и прочее, общей стоимостью до 100 млн руб.». При этом потребность в электроэнергии должна была обеспечиваться энергопоездами, а в качестве жилья должны были использоваться вагоны и палатки.

12 февраля ЦК КПСС и Совет министров СССР одобрили строительство ракетного полигона в районе железнодорожной станции Тюратам (Казахская ССР) — будущего Байконура.

При этом первые подразделения военных строителей прибыли на будущий полигон на месяц раньше. В апреле полигону было присвоено официальное наименование — Научно-исследовательский испытательный полигон №5 Министерства обороны СССР. Масштабное строительство началось в мае. Два года спустя, 15 мая 1957 года, на полигоне был произведен первый, неудачный, пуск Р-7. Первым успешным стал четвертый по счету запуск, который состоялся 21 августа.

А 27 августа в советских газетах появилось сообщение ТАСС: «На днях осуществлен запуск сверхдальней, межконтинентальной, многоступенчатой баллистической ракеты. Испытания ракеты прошли успешно, они полностью подтвердили правильность расчетов и выбранной конструкции. Полет ракеты происходил на очень большой, еще до сих пор не достигнутой высоте. Пройдя в короткое время огромное расстояние, ракета попала в заданный район. Полученные результаты показывают, что имеется возможность пуска ракет в любой район земного шара».

Atlas, Vanguard и Sputnik

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

США отставали от Советского Союза в разработке баллистических ракет. Компания Convair, c 1947 года входившая в Atlas Corporation, начала разработку МБР Atlas в 1946 году, но программа продвигалась медленно. 11 июня 1957 года прошла неудачная попытка запуска прототипа XSM-65A. После того как Советский Союз в августе успешно испытал Semyorka, то есть Р-7, американцы попытались ускорить работу над программой. Вторая попытка, в сентябре, также закончилась неудачей. И только третья попытка, состоявшаяся 17 декабря, оказалась успешной.

Работа по созданию искусственного спутника Земли в США проходила следующим образом. Летом 1955 года был создан так называемый Комитет Стюарта, названный в честь его председателя, профессора Калифорнийского технологического института Гомера Джозефа «Стьюи» Стюарта. В состав комитета входили восемь членов, назначенных заместителем министра обороны Дональдом Куорлзом и представителями трех родов войск. Комитет должен был выбрать один из трех конкурирующих проектов, представленных армией, военно-воздушными силами и военно-морскими силами. 3 августа Комитет Стюарта одобрил проект Vanguard, предложенный Исследовательской лабораторией ВМС США. Согласно некоторым источникам, проект победил из-за того, что кто-то из членов комитета приболел и не пришел на заседание, на котором проходило голосование.

Программа Vanguard была официально запущена в сентябре. Она предусматривала создание шести ракет-носителей. Одна из них должна была вывести спутник на орбиту. Бюджет программы составлял $20 млн. Первый орбитальный запуск должен был состояться через 18 месяцев, то есть в марте 1957 года.

Запуск первого советского спутника весом 1000–1400 кг с научной аппаратурой весом 200–300 кг также был первоначально запланирован на весну. К концу 1956 года выяснилось, что сроки могут быть сорваны из-за неготовности научной аппаратуры.

Тогда Королев принял решение — оперативно разработать и отправить в космос простейший спутник (ПС) небольшого веса. За счет этого решения и удалось опередить американцев.

Тем временем в США запуск Vanguard в марте 1957 года не состоялся, а к апрелю расходы на проект достигли $110 млн. Убедить президента Эйзенхауэра увеличить бюджет не удалось. Причина отставания от графика была связана с аппаратурой, причем не с ее готовностью, а с ценой. Как выразился Эйзенхауэр, руководство проекта решило «позолотить» научную аппаратуру. Президент США признал, что отменить запуск спутника, о котором уже объявлено, невозможно, но намекнул, что следует поторопиться.

5 июля ЦРУ доложило Дональду Куорлзу, что советский спутник может быть запущен в день рождения Константина Циолковского — 17 сентября. Информация оказалась неверной.

17 сентября ничего не произошло. Но уже 4 октября 1957 года ракета-носитель «Спутник» на базе Р-7, стартовавшая с космодрома Байконур, вывела на орбиту первый в мире искусственный спутник Земли — космический аппарат ПС-1 (простейший спутник-1). Это был шар диаметром 58 см, массой 83,6 кг. Спутник был оснащен четырьмя антеннами для передачи сигналов работающих от батареек передатчиков. Через 315 секунд после старта спутник отделился от второй ступени ракеты-носителя, и сразу его позывные услышал весь мир. Радиопередатчики работали три недели, а полет самого спутника продлился 92 дня, до 4 января 1958 года.

В США и других странах Запада известие о запуске первого советского спутника спровоцировало так называемый спутниковый кризис. Ведь СССР продемонстрировал не только возможность вывода спутника в космос, но и возможности своих баллистических ракет. Западные газеты изо дня в день писали о технологическом отставании от Советского Союза, о том, что необходимо принимать срочные меры, чтобы догнать и обогнать русских.

3 ноября 1957 года Советский Союз запустил «Спутник-2». Впервые на орбиту выведено живое существо — собака Лайка. «Тяжелый» спутник «объект Д» был выведен на орбиту в 1958 году.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Кандидат исторических наук Никита Пивоваров в статье «От первого спутника до полетов человека в космос: космический проект в системе хрущевской экономики (вторая половина 1950 — первая половина 1960-х годов)», опубликованной в «Вестнике Пермского университета» (выпуск 3, 2021 год) оценивает общий объем финансирования создания первых советских искусственных спутников Земли примерно в 800 млн руб.

США могли взять реванш за поражение в гонке за первый спутник, первыми отправив в космос человека. Это понимали и в Белом доме, и в Кремле.

Первые пилотируемые

Работы по созданию первого советского пилотируемого корабля в ОКБ-1 начались вскоре после начала работ над ИСЗ и проходили параллельно. Космический аппарат «Восток» должна была вывести на орбиту трехступенчатая ракета-носитель «Восток», создаваемая на базе Р-7.

Тем временем в США была запущена пилотируемая космическая программа «Меркурий» (Mercury). Конгресс США признал, что ей будет придан статус «высочайшего национального приоритета».

После успеха первых спутников советское руководство разработало масштабный план покорения космоса. Очередное совершенно секретное особой важности постановление ЦК КПСС и Совмина СССР «О развитии исследований по космическому пространству» было принято 10 декабря 1959 года.

Вот что планировалось:

• создание автоматической научной станции на Луне или в ее районе для проведения исследований на Луне и передачи данных наблюдений на Землю;
• создание космических ракет для полета в район других планет, в первую очередь к Марсу и Венере, с целью изучения их физических свойств и наличия на них жизни с передачей результатов исследований на Землю. В дальнейшем ставится задача достижения этих планет ракетными аппаратами;
• разработка искусственных спутников Земли для решения задач фото- и радиоразведки, навигации, радио- и телеретрансляции, отработки средств противоракетной обороны, а также для геофизических, метеорологических, ионосферных и астрономических исследований;
• осуществление первых полетов человека в космическом пространстве;
• разработка новых мощных ракет-носителей на химическом и атомном горючем и космических кораблей, использующих ионные и плазменные ракетные двигатели с солнечными и ядерными источниками питания, для полета к планетам и возвращения на Землю;
• разработка автоматических и обитаемых (с обеспечением допустимых условий для человека) межпланетных станций и станций на других планетах;
• изучение структуры и свойств верхней атмосферы, радиации и магнитного поля в окрестности Земли и других планет, космического излучения, излучения Солнца, изучение межпланетного вещества и уточнение законов движения планет;
• изучение структуры и свойств ионосферы, распространения радиоволн и эффектов, связанных с движением летательных аппаратов в ионосфере, а также разработка методов дальней радиосвязи с космическими объектами.

В упоминавшейся выше статье Никиты Пивоварова приводятся со ссылкой на документы из фонда Политбюро ЦК КПСС в Российском государственном архиве новейшей истории следующие цифры по советским космическим программам за первое космическое десятилетие. На лунную программу — облет вокруг естественного спутника Земли и экспедицию на него — 90 млн руб. в 1958 году. На создание космических кораблей «Восток», согласно сопроводительной записке заведующего отделом оборонной промышленности ЦК КПСС Ивана Сербина от 12 мая 1959 года,— до 300 млн руб.

Всего с 1955 по 1960 год СССР потратил на космические проекты около 20,19 млрд руб., в новых ценах — 2,019 млрд руб. (в 1961 году была проведена денежная реформа в форме деноминации — 1 новый рубль равнялся 10 старым, дореформенным).

С 1961 по 1964 год на космос было израсходовано 98,8 млн руб. в новых ценах. Итого — 2,118 млрд руб. в новых ценах.

Из-за изменений курса рубля к доллару в ходе реформы 1961 года космические расходы СССР в пересчете на доллары по официальному обменному курсу выглядят так: 1955–1960 годы — $5,05 млрд, 1961–1964 годы — $109,8 млн. Снижение расходов после полета Гагарина связано с отказом от подготовки полетов к Луне и планетам Солнечной системы в пользу программы пилотируемых полетов на околоземной орбите.

Интересно, что попытки ЦРУ оценить масштаб советских вложений в космические программы были неудачными.

Согласно рассекреченному документу Центрального разведывательного управления, датируемому 1969 годом, американцы недооценивали советские расходы на старте космической гонки, считая, что до 1960 года СССР потратил на мирный космос $1,92 млрд плюс еще $100 млн на военные космические разработки. Советские расходы на космос после полета Гагарина ЦРУ, наоборот, переоценивало, полагая, что уже в 1962 году они превысили $1 млрд, затем ежегодно росли, достигнув $2,66 млрд. Ошибкам способствовала закрытость советских данных.

В США расходы на программу «Меркурий» с 1958 по 1963 год составили $268,7 млн. По этой программе было совершено шесть космических полетов, в том числе четыре орбитальных.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Первый суборбитальный полет американского астронавта Алана Шепарда состоялся 5 мая 1961 года, через три с небольшим недели после полета Гагарина. Первым американцем, совершившим пилотируемый полет на орбите, стал Джон Гленн. Это случилось 20 февраля 1962 года, через 10 месяцев и 8 дней после полета Гагарина.

6–7 августа 1961 года Герман Титов на корабле «Восток-2» совершил первый пилотируемый космический полет продолжительностью более суток. Годом позже состоялся первый групповой полет двух кораблей — «Восток-3» (Андриян Николаев) и «Восток-4» (Павел Попович). В 1963 году второй групповой полет осуществили «Восток-5» (Валерий Быковский) и «Восток-6» (Валентина Терешкова, первая женщина в космосе).

В 1964 году состоялся первый полет многоместного космического корабля с тремя космонавтами на борту — Владимиром Комаровым, Константином Феоктистовым и Борисом Егоровым. Но это был уже корабль новой серии — «Восход-1». Ракета-носитель «Восход», выведшая корабль на орбиту, принадлежала к славному семейству Р-7.

Первая десятилетка космической гонки прошла с явным превосходством СССР.

Алексей Алексеев