«Цифра не заменит эмпатию»

О том, какие отрасли появились в корпоративном кредитовании, кто из клиентов в зоне риска и как сохранить доверие в отношениях с клиентами в непростых условиях, рассказал «Деньгам» первый вице-президент Совкомбанка Игорь Волков.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

— Банк России снизил ключевую ставку до 15%, насколько это комфортный уровень для ваших корпоративных заемщиков?

— Это заметное снижение после пикового уровня в 21%. Для бизнеса кредиты стали предсказуемее, хотя реальная стоимость денег в зависимости от риск-профиля остается в диапазоне 18–22% годовых. Большие спреды в 6–12% между ключевой ставкой в 21% и ставками кредитования, которые мы наблюдали в конце 2024 и начале 2025 года, также ушли. Возвращается горизонт планирования, и компании снова могут рассчитывать инвестиционные проекты сроком три-семь лет. Мое наблюдение: заемщики перестали ждать снижения до 10% и адаптировали модели под 13–16% как долгосрочный уровень.

— Насколько отличаются ставки для разных сегментов?

— В последние два года ЦБ реализовал ряд мер и инициатив. Например, изменения в RWA (активы банка, взвешенные по риску), или, иными словами, мера, регулирующая, сколько капитала нужно держать на основе риска выданных кредитов. Наличие статуса «голубой фишки» или компании с инвестиционным рейтингом позволяет нам, как банку, минимизировать наши вложения в этот резерв, а компании — получить кредит на более выгодных условиях. В период жесткой борьбы за капитал банк из двух одинаковых заемщиков выберет того, у кого норматив резерва будет ниже.

Компании уровня «голубые фишки», крупнейшие и крупные, имеют более привилегированные уровни ставок — в диапазоне 17–20% годовых. Диапазон ставок для сегмента среднего бизнеса находится в границах 19–22% годовых. Сегмент микро- и малого бизнеса, где риски значительно выше, а уровень дефолтов — также выше, требует от банков работы в диапазоне 20–25% годовых.

— На какие метрики при оценке платежеспособности вы смотрите особенно внимательно?

— Если исключить десятки метрик и показателей, то основной я бы назвал, с одной стороны, очень понятные для всех, с другой — очень сложно достижимые метрики: конкурентоспособность товара или услуги, способность зарабатывать прибыль и деловая репутация. И последнее для нас имеет исключительно важный аспект.

— Какие отрасли считаются сейчас самыми ненадежными?

— Важен момент. Можно очень быстро в любой абсолютно отрасли из лидера рынка перейти в статус отстающего — или, как вы использовали термин, «ненадежного». Один из возможных примеров — проекты с изначально низким спросом в девелопменте. После завершения льготных программ некоторые застройщики столкнулись с необходимостью перестраивать модели финансирования, а текущая высокая ставка влияет на доступность ипотечного кредитования.

Другой пример. Бурный рост 2022–2024 годов в сегменте автодилеров китайских брендов. Те игроки, которые активно закупали автомобили под будущий спрос без учета рисков и оценки макроусловий, сейчас испытывают давление и падение продаж. Причины — перенасыщение рынка, падение маржи, высокая конкуренция.

Все эти истории являются очевидным примером недооценки рыночных рисков, но они не делают всю отрасль «ненадежной». Компании со сбалансированной долговой нагрузкой, управляемыми опексами и грамотным риск-менеджментом чувствуют себя хорошо, и, когда рынок развернется, они первыми нарастят свои доли.

— Какие новые отрасли появились в портфеле, а какие ушли?

— В 2022 году, когда западные бренды покинули РФ, появилась возможность, которую с радостью и, надо отдать должное, с высокой эффективностью заняли российские предприниматели. В кредитном портфеле появилось большое количество компаний, связанных с производством компонентов для импортозамещения: микроэлектроника, станкостроение, медоборудование, фармацевтика.

Хорошую динамику роста показывают отрасли, связанные с технологическим развитием, включая разработку программного обеспечения, обработку данных, оказание услуг в области компьютерных технологий.

Исключительно новое направление — операторы новых логистических и финансовых маршрутов, которые появились после введения санкций. Совкомбанк и в этом направлении обладает высокой экспертизой, помогая российским компаниям осуществлять бесперебойное функционирование их деятельности.

Не критично, но с некоторой грустью для себя отмечаю: с рынка ушли полностью бизнесы, завязанные на покинувшие нас западные бренды.

— Остались ли у заемщиков западные ресурсы в фондировании?

— Практически нет. Доступ к лимитам недружественных банков для российских заемщиков сейчас либо отсутствует, либо существенно ограничен в силу объективных причин. Исключение — редкие нестандартные финансовые механизмы через дружественные юрисдикции (ОАЭ, Китай, Турция), но их доля несущественна. Российские корпорации перешли на рублевое фондирование и ограниченные восточные кредитные линии (юани, дирхамы).

— С уходом западных кредиторов условия стали лучше или хуже?

— Парадокс заключается в том, что одновременно стали и лучше, и хуже. Для компаний, заинтересованных в кредитовании в долларах и евро, произошли неприятные изменения. Западные банки давали длинные дешевые деньги (3–6% годовых в валюте в разные отрезки времени). Теперь их заменил ЦБ с 16% и кредиторы под 8–12% в юанях, но с короткими сроками.

В целом для бизнеса лучше. Если исключить достаточно высокую ставку, то сервисы и условия за последние три-четыре года стали значительно лучше: российские банки борются за каждого качественного заемщика, предлагая индивидуальные структуры.

— Насколько цифровизованы у вас процессы? Что решается на личном контакте, а не алгоритмом?

— Алгоритм оценивает прошлое, анализирует цифры в балансе. Личный контакт — доверие к будущему, возможность посмотреть на клиента и на вопрос под другим углом.

В последнее время в погоне за скоростью, которую часто неверно трактуют как сервис, за модной тенденцией в применении искусственного интеллекта некоторые игроки исключили или минимизировали человеческое общение.

Путь Совкомбанка — это осмысленная человекоцентричность в сочетании с технологиями.

Цифра не заменит эмпатию и способность сказать «да» там, где формально — «нет».

С 2026 года мы запустили пилотный проект под названием «Свой человек», где акционеры и топ-менеджеры Совкомбанка лично курируют по определенным алгоритмам большое количество компаний, проводят регулярные встречи и звонки, формируют стратегии развития компаний и на опережение решают иногда на первый взгляд не самые важные вопросы. Это позволило резко повысить одобряемость кредитов, получить значительный переток бизнеса в наш банк и в целом приобрести позитивную обратную связь от акционеров и топов наших клиентов. При отсутствии такого диалога часто упускаются возможности: льготные программы господдержки, связка с маркетплейсами и эквайрингом, услуги по управлению дебиторской задолженностью, индивидуальные валютные условия. У Совкомбанка богатый опыт финансового развития компаний, вплоть до вывода компаний на инвестиционный уровень — размещения облигаций и IPO (первичное публичное размещение акций).

— Влияет ли личное знакомство с топами на стоимость фондирования? Какой дисконт?

— Да, личное знакомство важно и сильно влияет на цену, но не напрямую. Как мы обсуждали ранее, знакомство акционеров — это не вопрос ставки. Это вопрос иного подхода к первоначальному запросу финансирования, более глубинного анализа сделки, использующего мышление бизнесмена и акционера, а не кредитного офицера, который чаще оперирует существующими регламентами, в каких-то случаях — более жесткая постановка и курирование сроков рассмотрения и реализации. Но, пожалуй, самое главное — это личные связи, которые возникают и сохраняются на протяжении долгого срока, а также вопрос личного доверия и эмпатии. В таких отношениях на первый план выходит взаимное доверие и понимание стратегии, а не торг по каждому базисному пункту. Но это не отменяет рыночных условий — просто мы быстрее находим взаимовыгодные решения.

— Но вы же не будете отрицать, что на рынке корпоративного кредитования есть проблемы?

— Вынужден признать, что в целом ситуацию на рынке нельзя назвать комфортной. Все определяется действующими, но имеющими тенденцию к снижению кредитными ставками, ростом налоговой нагрузки на бизнес, падением покупательского спроса в ряде отраслей, волатильным рублем, нестабильной конъюнктурой рынка. В первую очередь разоряются компании с высокой долговой нагрузкой, не прогнозировавшие роста кредитных ставок и падения спроса. По нашим оценкам, рост числа банкротств юридических лиц в 2026 году может составить 7–10% — это умеренно оптимистичный сценарий, но реальная динамика будет зависеть от макроэкономической ситуации.

Текущая картина у нас более чем позитивная и позволяет накопленный капитал инвестировать уже на базе новых адаптированных метрик кредитования. Текущий уровень просрочки вписывается в бизнес-модель и позволяет банку показывать стабильный доход и высокий ROE.

— Текущие экономические реалии, высокая конкуренция и адаптивность требуют от любого бизнеса адекватных изменений. Совкомбанк не исключение, что меняете вы?

— Банковский сектор сверхконкурентный, и нам приходится вести активное конкурентное взаимодействие с другими крупнейшими системно значимыми банками, что требует значительных сил и постоянных ревизий. Наша ключевая ценность — это долгосрочное доверие клиентов. Чем это отличается от других банков? Отвечу — ничем, кроме одного нюанса. Мы действительно верим в нашу миссию — поддерживать российские компании на всех этапах роста: от открытия до масштабирования бизнеса и IPO, выстраивая долгосрочное сотрудничество.

Я бы выделил следующие моменты: активное вовлечение акционеров во все бизнес-процессы и непосредственное участие в переговорах; формирование высокоэффективной команды; максимальная синергия и партнерство со всеми бизнес-линиями и компаниями, построенные на принципах не обязанности, а дружбы и финансовой ценности; не следование трендам, а создание трендов и стимулов на рынке и удержание значительной доли рынка, зачастую не соответствующей общей доле рынка банка в финансовом секторе; построение долгосрочных и доверительных коммуникаций с клиентами, помощь в управлении капиталом, снижение рисков, реализация стратегий развития; активная внебанковская жизнь — от корпоративных мероприятий до спортивных.

Ксения Дементьева