Инвестиции не задались
Капиталы потекли в Японию
Глобальные портфельные инвесторы не на шутку обеспокоены масштабами энергетического шока, вызванного войной на Ближнем Востоке. По итогам первого месяца весны чистые вложения во все фонды акций составили $63,5 млрд, против $147 млрд в феврале. Затянувшийся вооруженный конфликт негативно сказывается на рынках Китая, Индии и Европы. В качестве тихой гавани мировые инвесторы рассматриваются фонды Японии, чистые притоки в которые превысили $13 млрд. В числе отстающих — российские ПИФы акций, которым не помогла сырьевая ориентация экономики.
Фото: Getty Images
Фото: Getty Images
В марте спрос мировых инвесторов на рисковые активы сократился. По оценкам «Денег», основанным на отчетах Bank of America (BofA), учитывающих данные Emerging Portfolio Fund Research (EPFR), за минувший месяц все мировые фонды акций привлекли $63,5 млрд. Это в 2,3 раза меньше инвестиций месяцем ранее и худший результат с августа 2025 года.
Ключевая причина осторожности мировых инвесторов — это начавшийся в конце февраля военный конфликт между США, Израилем и Ираном, что привело к блокаде Ормузского пролива и взлету цен на нефть и газ. В марте цена нефти Brent на спот-рынке выросла на 71%, до $122 за баррель. Природный газ подорожал почти на 60%, до $640 за 1 тыс. куб. м. Мировые инвесторы серьезно опасаются, что взлет цен может вызвать энергетический шок, разогнав инфляцию, и вынудить мировые центробанки приостановить снижение ставок. «Пока от ФРС США перестали ожидать повышения ставки, но риски такого шага сохраняются. Чем дольше Ормузский пролив закрыт, тем выше шансы, что такой сценарий придется рассмотреть. И это уже будет означать возможность рецессии»,— полагает управляющий по глобальным рынкам General Invest Александр Ковалев.
Продолжение покупок акций говорит о том, что пессимисты, ожидающие затяжного конфликта, все еще в меньшинстве.
Большинство инвесторов по-прежнему не готовы верить, что мир изменился. Отсюда и отставание фьючерсов от спотовых цен.
По итогам марта ближайший контракт на поставку Brent подорожал на 63%, до $118 за баррель. В таких условиях пассивные фонды, алгоритмические стратегии и инвесторы покупали сильно подешевевшие в первой половине марта акции. «Положительное сальдо — не выражение инвестиционного оптимизма, а скорее следствие механической работы индексных фондов, целевых пенсионных стратегий и программ автоматических отчислений. Реальный аппетит к риску существенно ниже, чем подсказывает headline-цифра»,— уверена глава инвестиционного офиса Astero Falcon Елена Нефедова.
Развивающиеся и отстающие
В таких условиях мировые инвесторы продолжают ребалансировку портфелей. Наиболее пострадавшими при этом оказались фонды развивающихся стран. По оценкам «Денег», за март клиенты фондов, инвестиционная политика которых ориентирована на emerging markets, забрали $0,7 млрд, тогда как в феврале вложили $41,4 млрд. Развивающиеся рынки структурно уязвимы по нескольким причинам. Как отмечает Елена Нефедова, укрепление доллара и рост стоимости фондирования ведет к ухудшению финансовых условий для EM, где значительная часть долгов номинирована в долларах США. «Сырьевой фактор работает неоднородно: экспортеры выигрывают от дорогой нефти, но импортеры — а их большинство в EM — сталкиваются с ухудшением торговых балансов и давлением на валюты»,— поясняет госпожа Нефедова.
В числе аутсайдеров остаются фонды Китая.
По данным EPFR, за отчетный период международные инвесторы забрали из китайских акций $14,2 млрд. Это более чем втрое выше потерь месяцем ранее и худший результат среди всех страновых и региональных фондов. Бегство мировых инвесторов лишь отчасти связано с зависимостью Китая от экспорта нефти из стран Персидского залива. По данным Управления энергетической информации США (EIA) за первый квартал 2025 года, около 38% нефти, транспортируемой через Ормузский пролив, приобреталось Китаем. По словам независимого портфельного управляющего по глобальным рынкам Алены Николаевой, оттоки связаны в том числе с накопленным недоверием к экономическому росту, ситуацией на рынке недвижимости, реформами и другими локальными факторами.
В числе аутсайдеров на рынке развивающихся стран оказалась и Индия. По данным EPFR, в марте клиенты индийских фондов забрали $3,9 млрд, что в 25 раз больше притока месяцем ранее и рекордный отток за все время наблюдений. Распродажа связана с сильной зависимостью Индии от импорта нефти, на который приходится 80% ее потребления, и перегревом локального рынка. «Индийский рынок долго рос и был дорогим по мультипликаторам, поэтому при первом же ухудшении внешнего фона началась распродажа»,— считает аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов.
Лучше ситуация у фондов Бразилии, спрос на которые хотя и сократился, но чистые притоки по-прежнему доминируют. В марте такие фонды привлекли $400 млн против $1,4 млрд месяцем ранее. Продолжение притока в акции бразильских компаний логично из-за сырьевой ориентации экономики. Дорогая нефть улучшает внешний баланс, дает некую поддержку реалу и, соответственно, бюджету. «Инфляционное давление тоже усиливается, а значит, и давление на экономический рост. Но при дорогом сырье рынок обычно предпочитает покупать сравнительное преимущество. Эту же логику, кстати, можно применить и к Мексике»,— отмечает Алена Николаева.
Развитые рынки
Пострадали от снижения аппетита к риску и рынки развитых стран. По данным EPFR, фонды developed markets привлекли в первый весенний месяц $65,7 млрд. Это на 37% меньше инвестиций февраля. При этом клиенты американских фондов акций нарастили объем инвестиций с $19 млрд до $26,4 млрд. «Американские бумаги сохраняют крепкие позиции в портфелях, несмотря на высокие оценки и неопределенную внешнюю политику. Рост доходностей UST пока оказывает ограниченное давление на премию за риск в акциях»,— отмечает директор департамента управления благосостоянием УК «АФ Капитал» Руслан Клышко.
Главными аутсайдерами на рынке развивающихся стран оказались фонды Европы. По итогам марта клиенты этих фондов забрали в чистом виде $6,2 млрд, тогда как в феврале было инвестировано более $11,7 млрд. Это первый результат со знаком минус за последние восемь месяцев и максимальный отрицательный результат с декабря 2024 года.
Ключевая причина падения популярности европейского региона в том, что из развитых рынков он наиболее уязвим к энергетическому шоку. Доля импорта нефти в потреблении ЕС превышает 90%, доля СПГ в первичном потреблении газа — почти 50%. Рост цен на энергоносители из-за перекрытия Ормузского пролива уже начал негативно сказываться на экономике региона. «В Европе ситуация усугубляется вероятным энергетическим кризисом и возможным обострением торговой войны с США. При этом на поддержку экономики у европейских стран может просто не оказаться денег. Долговой кризис во Франции обсуждался еще до войны на Ближнем Востоке, теперь может стать только хуже»,— считает Александр Ковалев.
Тихая гавань
В условиях энергетического шока неожиданной «тихой гаванью» стал японский рынок. По данным EPFR, чистые привлечения в мировые фонды Японии составили $10 млрд. Это на треть выше результата февраля и лучший положительный результат за несколько лет. Уникальна ситуация тем, что Япония является одним из крупнейших импортеров энергоносителей, причем около 90% поставок идут из стран Персидского залива. Но у страны есть важный сырьевой буфер: стратегических запасов нефти должно хватить на 254 дня. Например, у Китая, держателя крупнейших резервов нефти, запасов хватит лишь на три месяца.
Несмотря на высокую зависимость от импорта нефти и газа, японская экономика воспринимается как более устойчивая и по другим причинам. «Компании умеют быстро адаптироваться к росту издержек и частично перекладывают их в цены, особенно в экспортных отраслях»,— отмечает Владимир Чернов. Добавляет привлекательности таким инвестициям слабая иена, что положительно сказывается на финансовых показателях японских компаний, которые являются экспортерами товаров и услуг. «Инвесторы видят рынок, где есть рост прибыли при более низких мультипликаторах, чем в США. В условиях неопределенности это выглядит как разумный компромисс между риском и доходностью»,— отмечает господин Чернов.
Совсем избежать негативных последствий от энергетического шока не удастся и японскому рынку. По словам Алены Николаевой, война, конечно, повлияла и на PMI в сфере услуг, и на издержки, будет и макроущерб. Но сейчас рынок держит в фокусе именно сравнительное преимущество. «Когда не хочется держать только бумаги США, а EM все еще сильный риск, Япония — идеальный диверсификатор»,— рассуждает госпожа Николаева.
Россия
В числе аутсайдеров в начале весны оказались и российские фонды акций. По оценке «Денег», основанной на данных Investfunds, чистый месячный отток средств из крупнейших розничных ПИФов акций впервые за полугодие превысил 4,5 млрд руб., что почти на 35% выше потерь в феврале. Поскольку в марте доллар в России укрепил позиции, продажи фондов акций в долларовом эквиваленте выросли на 28,7%, с $44,1 млн до $56,7 млн. Непрерывный отток наблюдается 13 месяцев подряд. За этот период инвесторы вывели около 49,1 млрд руб., или $612 млн.
Россияне не проявляют большого интереса к акциям в отсутствие устойчивого роста на рынке и при наличии более доходных альтернатив в виде фондов облигаций и денежного рынка. По итогам марта индекс Московской биржи снизился на 0,8%, хотя в начале месяца на фоне роста цен на нефть прибавлял более 3%. «Высокие цены на сырье поддерживают фундаментальные показатели компаний, однако это не конвертируется в устойчивый рост рынка. Апсайд ограничивается высокой ключевой ставкой, при которой инструменты фиксированного дохода остаются конкурентными, а также сохраняющимся геополитическим дисконтом и ограниченной ликвидностью»,— считает Руслан Клышко.