Премьера театр
В "Театриуме на Серпуховке" прошла московская премьера спектакля "Паб" — собственную пьесу перенесли на сцену драматурги Олег и Владимир Пресняковы. Большинство публики, впрочем, привлекло в театр совсем другое имя: роль дьявола в спектакле играет Людмила Гурченко. Знаменитую актрису от души пожалел РОМАН Ъ-ДОЛЖАНСКИЙ.
Спектакль рекламируется как режиссерский дебют братьев Пресняковых в России. Скрывать, что они уже ставили свои пьесы за рубежом, бессмысленно: пару лет назад в Москву привозили поставленный ими в Венгрии "Терроризм" — был спектакль как спектакль, на малой сцене, без претензий. В памяти не остался. Что касается сцены отечественной, то некоторое лукавство в рекламных материалах все же содержится — в свое время начинающие драматурги организовали в Екатеринбурге "Театр Кристины Орбакайте" (поскольку певица тогда была замужем за однофамильцем авторов), где ставили свои первые сочинения. Очевидцы говорят, что самодеятельный театрик был живым, отвязно-веселым и в меру безумным.
Веселья и безумия в спектакле "Паб", к сожалению, почти не чувствуется, а вот непрофессионализм братьев как режиссеров диагностируется с первых минут. "Паб" — явно дилетантская проделка, подкрепленная, впрочем, большим количеством привлекательных имен на афише. Причем на сцене собраны люди, которых трудно представить себе в одной компании — но каждый из них, видимо, должен привлечь в "Паб" свою публику. Регимантас Адомайтис и Юозас Будрайтис радуют, как друзья юности, встреченные после долгой разлуки: они здесь для тех, кто давно смотрит телевизор. Дебютирующий в театре шоумен Михаил Шац — для тех, кто смотрит телевизор сейчас. Виталий Хаев, сыгравший в спектакле и фильме Кирилла Серебренникова по пьесе братьев Пресняковых "Изображая жертву",— вроде талисмана, как "пресняковский" актер. Наконец, отважно ввязавшаяся в экспериментальную авантюру суперзвезда Людмила Гурченко — абсолютно для всех категорий зрителей.
Госпоже Гурченко в "Пабе" поручена роль черта. Пьеса, вероятно, должна была бы стать важнейшим "подкреплением" для спектакля. Завязка ее, однако, обещает больше, чем впоследствии реализовано: в неком португальском пабе, который принадлежит многозначительно философствующему пожилому господину, собираются Владимир Путин, Джордж Буш и Тони Блэр. Повестка дня долго не складывается, но тут появляется дьявол и меж всяческих шуток-прибауток объявляет, что решил закрыть человечество как неудавшийся проект, причем уничтожить мир он намерен не сам, а руками самых могущественных людей планеты, то есть трех этих политиков.
Никто из четверки, включая Людмилу Гурченко, к портретному сходству со своим героем не стремится. Гораздо больше похож на своих персонажей Виталий Хаев: он играет попеременно Фиделя Кастро, Михаила Горбачева, Ангелу Меркель и еще непонятно кого, но все они притворяются совсем другими людьми, монологи которых должны, по всей видимости, подкрепить правомерность претензий дьявола. Пьеса построена как не слишком удачный концертный сценарий: президенты оказываются в роли ведущих, господин Хаев (артист, кстати, весьма способный, но здесь все время "мажущий" мимо целей) энергично исполняет вставные номера, невнятная массовка время от времени навязчиво-эстрадно подтанцовывает, а неутомимая Людмила Марковна — то в концертном платье с перьями и блестками, то в приталенном белом костюме наездницы и черной фуражке — появляется в те моменты, когда и без того хилый заряд театральной энергии совсем кончается, и нужно срочно предпринять что-то, дабы зритель не смежил веки.
На политическое кабаре "Паб" не тянет: и куража маловато, и никакой политической остроты на самом деле в пьесе нет. Тем, что ставили спектакль-комикс, горе-режиссеры тоже вряд ли могут убедительно оправдаться: жанр коллажа, обозрения или, если угодно, комикса требует не меньших навыков, чем какая-нибудь психологическая драма. Про глубину постановки проблемы неловко и говорить: ну да, политики напрасно думают, что чем-то там управляют, а на самом деле все находится в руках всевышнего — ну, в данном случае, правда, "всенижнего", но это уже не относящиеся к существу театральной проблемы детали. В общем, братья Пресняковы в конце концов упали в ту же бездну, что и многие драматурги до них,— уверились, что и без всякого там Серебренникова, то есть без сильной и самостоятельной режиссуры, могут стать авторами театрального события.
Впрочем, для репертуарных драматургов конфуз, которым обернулась постановка "Паба", мало что значит. Они — первые постановщики на памяти вашего обозревателя, которые на премьере встречали зрителей, радостно сидя в самом центре зрительного зала. Крепкие у людей нервы. А вот Людмила Гурченко, что называется, попала. С режиссерских мест на нее смотрели равнодушные глаза юзеров — иначе режиссеры не стали бы просить ее делать многое из того, что она мужественно старается сделать в спектакле. Или, если она хотела это делать сама, уже мягко отговорили бы. И уж во всяком случае, не присобачивали бы к неудавшемуся действу сомнительно-эффектный финал, в котором госпожа Гурченко в тесном черном трико и развевающемся на полсцены красном платье исполняет песню Земфиры "Хочешь?", обращая финальные слова "пожалуйста, не уходи" к удаляющемуся в луче актеру Денису Яковлеву, игравшему роль президента Путина.