Вьетгонг пробил
Как в Москве встретились вьетнамский премьер и российский президент
25 марта президент России Владимир Путин принял в Кремле премьер-министра Вьетнама Фам Минь Тиня, а специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников убедился в том, что такой теплоты и благости в Кремле не было, без преувеличения, давным-давно.
Владимир Путин и Фам Минь Тинь никогда еще не были так близки
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Владимир Путин и Фам Минь Тинь никогда еще не были так близки
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
В переговорах с премьером Вьетнама Фам Минь Тинем должна была принять участие большая российская делегация. Она и приняла. Не было только министра иностранных дел России Сергея Лаврова, которого всегда не хватает, и его, казалось, законное место по левую руку от президента занял другой сотрудник МИДа, очень толковый переводчик с вьетнамского. Толковал он и здесь, в Представительском кабинете, а также на выезде, например, в Китае, где у вьетнамских коллег была двусторонняя встреча с президентом России,— уже не в первый и, видимо, не в последний раз.
Среди остальных участников переговоров особый интерес для журналистов представлял глава «Росатома» Алексей Лихачев, поскольку было известно, что накануне ракета попала на территорию российской атомной станции в Бушере, а это тема, мягко говоря, тревожная.
Кроме того, уже не первый день идет эвакуация российского персонала станции, и это тоже непростая история хотя бы потому, что оставлять такой объект без персонала вообще-то не представляется возможным.
— Мы все-таки должны держать станцию в состоянии готовой к развороту,— рассказывал Алексей Лихачев перед самым началом переговоров, когда уже даже члены вьетнамской делегации вошли в Представительский кабинет.— Обязательно, уверен, рано или поздно придет время, когда мы ее развернем (И она снова заработает.— А. К.). Но, судя по всему, конфликт (Ирана с США и Израилем.— А. К.) все-таки фазу эскалации не прошел. И, конечно, еще раз надо призвать и все стороны участников конфликта, и МАГАТЭ, мне кажется, еще сильнее возвысить свой голос насчет недопустимости этих рисков!
Алексей Лихачев-то понимает эти риски, в отличие от многих в этой суматохе, и лучше всех представляет, что в один прекрасный момент, не дай Бог, все начнут говорить только о Бушере, ибо другой темы для разговоров на Ближнем Востоке и в мире не будет уже, к сожалению, ни у кого не то что в ближайший месяц, а в ближайшие годы. И неприятность в том, что случиться это может каждую секунду.
— Еще раз подчеркну,— продолжал он,— что удар в район насосной станции — это в принципе удар по инфраструктуре безопасности. Подача воды является ключевым фактором безопасности любого энергетического, а тем более атомного объекта. Это сигнал о том, что красные линии смещаются, что уже возникают реальные риски именно в терминальной безопасности.
— То есть надо срочно эвакуировать людей?
— Это значит, что начинается очередная волна эвакуации, которая стартовала сегодня в семь утра по Москве. Часть людей будет оставаться,— подтверждал Алексей Лихачев.— Я думаю, что это несколько десятков человек, кто будет за оборудованием присматривать. Там же огромная структура. Нельзя просто бросить, что называется, лопату в землю и уйти. Определенный процесс должен быть завершен. Мы живем с ощущением, что мы туда обязательно вернемся. И хотелось бы, чтобы это было раньше, чем позже.
— Сначала ведь на автобусах надо долго ехать по Ирану, да? — спросил я главу «Росатома».— По Ирану, который бомбят. А там целая колонна пойдет… Вернее, уже идет…
— Они на ночевку остановятся,— кивнул Алексей Лихачев.
— Это не опасно? Не проще сразу до ирано-армянской границы ехать?
— Ну смотрите, вообще мы всегда, когда дети были, ночевали,— пожал плечами глава «Росатома».— Сейчас они едут без детей, которых уже вывезли, так что, может быть, они и ночью поедут. Но это тоже сложное решение...
— Не близко же…
— Представьте Персидский залив, станция на нем. А нам нужно весь Иран пересечь и выйти на границу, чтобы потом улететь из ереванского аэропорта… Конечно, непросто…
По информации “Ъ”, эвакуации предшествовала работа СВР и других ведомств с западными коллегами, а с американским президентом и израильским премьером на эту тему разговаривал Владимир Путин, но неожиданности в такой обстановке все равно не исключены.
Впрочем, сегодня у «Росатома» был хороший день. Накануне было подписано долгожданное соглашение о строительстве блока АЭС во Вьетнаме (см. “Ъ” от 25 марта), который сейчас вроде ни с кем не конфликтует.
— В свое время мы выходили на договоренности,— рассказал Алексей Лихачев,— но предыдущее правительство Вьетнама их дезавуировало. Десять лет пролетели как одно мгновение, и вот мы в понедельник подписали соглашение. Оно очень добротное. От подготовки кадров до будущих блоков ВВЭР-1200. Это предмет нашей гордости: хочется, чтобы вьетнамцы вернулись к нам и чтобы мы вернулись во Вьетнам.
В Представительском кабинете было просто хорошо
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
В Представительском кабинете было просто хорошо
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Судя по обстановке в Представительском кабинете, такой теплоты за последние, без преувеличения, месяцы здесь было и не припомнить. Все тут улыбались друг другу и по своей воле, и даже, такое впечатление, помимо нее.
— Прежде всего хочу вас еще раз поздравить — вас и всех наших вьетнамских друзей — с успешным проведением XIV съезда Компартии Вьетнама,— сказал в самом начале, после того как троекратно обнялся с премьером Вьетнама, Владимир Путин.— Мы внимательно следили за этим важнейшим в жизни вашей страны событием.
Более или менее новый генеральный секретарь Компартии Вьетнама играет не представительскую роль в жизни страны.
Это, говорят, человек интересующийся и энергичный, который готов встречаться с российскими коллегами (не только с Геннадием Зюгановым.— А. К.) по первому зову, который для Вьетнама является, можно сказать, вечным (но, правда, и с американскими коллегами тоже.— А. К.).
— Прошу передать привет товарищу генеральному секретарю То Ламу,— попросил Владимир Путин.— У нас установились хорошие деловые и личные, дружеские отношения. Еще раз хочу подчеркнуть: мы всегда будем рады видеть его в России в любое удобное время!
В данном случае это была, очевидно, не фигура речи, и поездка, скорее всего, состоится.
Переговорам предшествовала напряженная подготовка
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Переговорам предшествовала напряженная подготовка
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ
Фам Минь Тинь тоже был настроен максимально, неправдоподобно доброжелательно:
— Прежде всего позвольте поблагодарить вас за очень трепетное, теплое отношение к Вьетнаму и особенное отношение, лично ваше, к Вьетнаму… Вьетнам всегда помнит и благодарен Российской Федерации за те искренние чувства, за поддержку… За верную, преданную и бесценную поддержку, которая была предоставлена руководством и народом России в адрес Вьетнама в деле сопротивления американским агрессорам, а также в деле строительства страны сегодня!
Добрые улыбки застыли, а точнее, играли на лицах помощника президента Юрия Ушакова, а также на лицах министра финансов России Антона Силуанова (что уж совсем странно), министра экономического развития России Максима Решетникова, министра энергетики Сергея Цивилева и даже на лице переводчика…
Благость была разлита в Представительском кабинете. Великий пост, что вы хотите.
— Пройденные годы сотрудничества между народами двух стран оставили неизгладимый след, а также стали иконой традиционной бесценной дружбы между нашими народами, стали стимулом, вдохновением для следующих поколений сегодня, особенно под руководством президента Владимира Владимировича Путина, давнего друга Вьетнама, верного товарища, который очень близок к руководству и также к народу Вьетнама, который всегда питал особенные чувства к нашему народу, вносил активный вклад в архитектуру отношений всеобъемлющего стратегического партнерства между Вьетнамом и Россией с видением на сто лет вперед! — частила вьетнамская переводчица от имени премьера.
Впрочем, на чем-то вьетнамским коллегам можно было и не акцентировать такого пристального внимания.
— Из 76 лет дипломатических отношений между Вьетнамом и Российской Федерацией вы, товарищ Владимир Владимирович Путин, были высшим руководством, занимая на этой должности одну третью часть времени, 27 лет! — заявил товарищ Фам Минь Тинь.— И вы являетесь первым высоким руководителем России, который прибыл к нам во Вьетнам — в 2001 году! И также высшим руководителем, который посетил больше всего нашу страну — пять раз! И еще много раз будете посещать нашу страну!
И вот в этом уже точно можно не сомневаться.