Псина счастья завтрашнего дня

В прокат выходит приключенческо-фантастический фильм «Космическая собака Лида» Евгения Сангаджиева, предназначенный зрителям от шестнадцати и старше. Юлия Шагельман, безусловно, находится в этой категории, но все равно оказалась не готова к буйству фантазии авторов картины.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Главная инновация «… Лиды» — это то, что ее действие разворачивается в 2000 году. Это позволяет авторам вырваться из ловушки вечных девяностых, захвативших отечественный кинематограф, но в то же время сохранить на экране все их приметы: бандитов в кожаных куртках, вещевые рынки, развалы с пиратскими CD, евро по 30 рублей и т. д. Да еще и добавить к этому великолепию музыку Дельфина и раннего Децла.

Горячим поклонником последнего является Игорь (Данила Харенко) — обычный школьник, которому вот-вот исполнится 13. Его родители развелись, и папа (Сергей Безруков) — космонавт и Герой России — практически переселился на Байконур, где готовится к очередному запуску очередной ракеты (в данном случае это правда, а не фантазия, которую дети с отсутствующими отцами иногда придумывают для одноклассников и товарищей по двору).

Мама (Юлия Пересильд) вышла замуж за дядю Степу (Евгений Стычкин) и ждет от него ребенка. Эта семейная ситуация только усиливает одиночество Игоря, у которого нет друзей, а школьная красавица Оля (Алиса Конашенкова) не отвечает на его авансы.

Слегка перепутав даты, геройский папа присылает в подарок на день рождения Игоря очаровательную собачку по кличке Лида (бордер-колли Шани), в каком-то смысле жертву космической программы. Она была отправлена в экспериментальный полет, застряла в космосе больше чем на сто дней, а потом неизвестным науке способом вернулась на Землю. Чтобы не отдавать животное на опыты, папа решил сбагрить его сыну, убив таким образом двух зайцев.

Игорь настроен мрачно, подарку совсем не радуется, а тут еще отчим обещает отдать его в кадетское училище, так как в связи с грядущим пополнением в квартире становится тесновато.

Ночью мальчик сбегает из дома, а собака увязывается за ним, хотя брать ее с собой он не собирался. И тут-то, на провинциальном вокзале, выясняется, что Лида обзавелась в космосе суперспособностью. Укусив человека, она умеет вызывать из пространственно-временного континуума его будущие версии (позже в фильме это иногда происходит без всяких укусов, но следить за деталями к тому моменту уже не остается никаких душевных сил).

Итак, Лида вытаскивает из примерно 2030 года взрослого Игоря — мужчину весом под 200 кг (Евгений Ткачук в пластическом гриме), который сообщает своей юной версии, что его папе суждено очень скоро погибнуть при взлете ракеты, и это событие станет катализатором всех грядущих Игоревых несчастий. Так что единый в двух лицах сын устремляется спасать родителя.

Конечно, вместе с Лидой, которая по ходу дела извлекает из будущего еще несколько версий взрослого Игоря — уголовника-рецидивиста, успешного, но бессовестного бизнесмена, узника психдиспансера и пожилого мужчину с обвисшими седыми усами (все — Евгений Ткачук). А также постаревшую Игореву маму (Ольга Науменко) и взрослую сестру (Александра Бортич), которая в настоящем, то есть в 2000 году, еще зародыш.

Кажется, что сценаристы Петр Хохлов и Елена Иванова сочиняли сюжет картины, руководствуясь известным стишком-«пирошком»: «висят на сцене в первом акте / бензопила ведро и еж / заинтригован станиславский / боится выйти в туалет».

Градус абсурда на экране нарастает от сцены к сцене, и отвести глаза от него так же сложно, как проехать мимо места аварии и не замедлить скорость.

Выводят из этого морока — или, наоборот, усугубляют его — только внезапные вспышки ксенофобии и странная фиксация авторов на расстройствах пищевого поведения.

Показанные на экране жестокие цыгане и жадные казахи так и норовят извести русского человека (к тому же первые похищают детей, а вторые — цветные металлы), а быть толстым в этом мире едва ли не хуже, чем преступником, хотя все еще не так страшно, как бездушным миллионером.

Бесконечная смена ипостасей взрослого Игоря — каждая следующая несчастнее другой — вроде бы должна доказывать, что детям лучше расти в любви и внимании, причем обоих родителей. Однако, несясь вместе с героями безумным галопом наперегонки со временем, думаешь только об одном: возможно, стоит предостеречь потенциальных зрителей от того, что им предстоит? Но, как наглядно показывает фильм, посланцам из будущего редко доверяют.