Сеул растопил котировки
Российские энергетические угли дорожают на азиатских рынках
Конфликт на Ближнем Востоке и спровоцированный им рост цен на газ привели также к подорожанию высококалорийного угля из России. Однако российские угольщики не смогут извлечь выгоду из ситуации в полной мере, поскольку рост стоимости фрахта покрывают цены только на премиальных рынках, таких как Южная Корея, тогда как Китай, менее нуждающийся в импортном угле, предлагает меньшую цену.
Рисунок: Виктор Чумачев, Коммерсантъ
Рисунок: Виктор Чумачев, Коммерсантъ
Российский высококалорийный уголь в Тихоокеанском регионе подорожал в результате активизации торгов в Южной Корее и роста стоимости газовых котировок, спровоцированного нестабильностью на Ближнем Востоке, сообщается в исследовании NEFT Research. Так, по их данным, уголь калорийностью 6000 ккал/кг на условиях FOB Восточный подорожал за неделю, завершившуюся 8 марта, на 13,6%, до $96,7 за тонну, что стало рекордным показателем с декабря 2024 года. C начала года прирост стоимости составил 14,4%, год к году — 16,8%. За неделю нетбэк на угли калорийностью 6000 ккал/кг из восточных портов вырос на 47%, до 2,974 тыс. руб. с тонны.
Прирост стоимости показали и российские угли калорийностью 5500 ккал/кг. По итогам недели 2–8 марта стоимость таких углей на условиях FOB Восточный, по данным NEFT Research, составила $81,7 за тонну. Прирост за неделю — 6,7%, в годовом сравнении — 16,4%. Нетбэки за неделю выросли на 31,9%, до 1,801 тыс. руб. с тонны.
Восходящий тренд на рынке энергетического угля может сохранить актуальность до конца марта.
Однако потенциал ценового «ралли» на угольном рынке ограничен, полагает партнер NEFT Research по консалтингу Александр Котов: после прохождения пика зимнего спроса рынок традиционно переходит в фазу коррекции. Так что текущий рост цен вряд ли приведет к существенному росту физических объемов продаж российских угольщиков в краткосрочной перспективе. Положительный эффект будет скорее финансовым — в виде некоторого улучшения рентабельности экспорта, добавляет он. Впрочем, подчеркивает он, пока нетбэки на энергетический уголь для большинства производителей еще не перекрывают затраты на добычу угля.
Традиционно цены на энергетический уголь тесно коррелируют с ценами на природный газ, напоминает начальник управления аналитики Альфа-банка Борис Красноженов. Цены на газ на мировых рынках после эскалации конфликта на Ближнем Востоке в моменте достигали максимумов с начала 2023 года. Существуют риски долгосрочного перекрытия Ормузского пролива и дальнейшего повреждения СПГ-инфраструктуры. Цены на энергетический уголь выросли и в Европе, и в Азии. Складывающаяся ситуация может усилить спрос на российский энергетический уголь, отгружаемый, прежде всего, в восточном направлении через порты Дальнего Востока, уверен эксперт.
Страны с высокой долей газовой генерации и работающие на импортном угле прореагировали ростом цен.
Опрошенные респонденты сообщают о росте цен на российский энергетический уголь 6000 ккал/кг в Корее до уровня выше $116–117 за тонну CFR Korea, приводит данные директор ЦЦИ Евгений Грачев. Однако Китай, который больше полагается на угольную генерацию и собственные ресурсы, не готов перекладывать рост стоимости фрахта в цену покупки, так как там нет срочной потребности в импортном угле. Поэтому в Китае цена подросла более скромно, до $102 на тонну CFR China. Таким образом, показывает эксперт, экспортный нетбэк у компаний, не имеющих доступа к премиальным рынкам, находится под давлением роста издержек: рост стоимости фрахта не покрывается ценами в Китае.
Текущий рост цены энергетических углей в Азии — это результат совпадения нескольких факторов, выходящих далеко за рамки геополитики на Ближнем Востоке, заключает начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст» Олег Абелев. «Во-первых, это сокращение предложения со стороны ключевых экспортеров,— говорит он.— Это основной драйвер, потому что Индонезия, крупнейший в мире экспортер, для поддержки цен планирует в этом году сократить добычу до 600 млн тонн против 800 млн в прошлом. В Австралии тоже наблюдаются перебои с поставками из-за наводнений и погодных рисков. Второе — это проблемы в Китае, где медленно растет добыча: прогноз прироста — всего 30–35 млн тонн. Это увеличивает потребность в импорте. Третье — это энергетическое замещение. В Азии из-за ближневосточного конфликта растут цены на СПГ, что делает уголь более привлекательной альтернативой. И четвертое — опасения по поводу стабильности поставок из России, которые усугубляются из-за логистических сбоев и атак беспилотников на российские порты».