HyperТекст

21.03.2026, 10:21

Юмористическая кругосветка

Как Марк Твен писал о своих путешествиях

В наши дни Марка Твена воспринимают в первую очередь как автора детских книг: «Приключения Тома Сойера», «Принц и нищий». Но при жизни у него был совершенно другой имидж. Если выражаться современным языком — популярного тревел-журналиста, тревел-блогера, а заодно и стендапера. Марк Твен объехал весь мир и опубликовал пять книг и множество статей о своих путешествиях. Интересно сравнить то, что он видел, с тем, как все это выглядит сейчас.

Текст: Алексей Алексеев

Туризм — вне конкуренции

Немного статистики. Самая популярная при жизни автора книга — «Простаки за границей, или Путь новых паломников». Это юмористический отчет о круизе Марка Твена на пароходе Quaker City по Европе и на Святую Землю вместе с группой американских туристов. Книга была опубликована в 1869 году. За первый год после выхода в свет было продано 70 тыс. экземпляров. Всего при жизни автора — 100 тыс. экземпляров. Продажи «Приключений Тома Сойера» были гораздо скромнее — 24 тыс. за первый год. «Принц и нищий» — 18 тыс. за первый год.

Начало: Марк Твен на Гавайях

Карьеру тревел-журналиста Марк Твен начал 160 лет назад. Дадим слово ему самому: «В начале 1866 года Джордж Барнс предложил мне уволиться с должности репортера в его газете San Francisco Morning Call, и несколько месяцев после этого я был без денег и работы; затем мне улыбнулась приятная удача. Владельцы Sacramento Union, крупной и влиятельной ежедневной газеты, отправили меня на Сандвичевы острова писать по четыре письма в месяц по двадцать долларов за каждое. Я пробыл там четыре или пять месяцев и, вернувшись, обнаружил, что стал одним из самых известных людей на тихоокеанском побережье» (Марк Твен, «Моя автобиография». Здесь и далее цитаты из его произведений, в том числе в подписях под фотографиями, выделены курсивом). Это не преувеличение. По мнению многих историков литературы, именно корреспонденции с Сандвичевых островов сделали никому не известного, не опубликовавшего ни одной книги Марка Твена звездой журналистики и популярным писателем.

Сандвичевы острова были переименованы в Гавайские еще в 1840 году, но чуть ли не до конца века жители Соединенных Штатов и Европы по привычке использовали старое название. С 1959 года это штат США. В 1866 году — Королевство Гавайи.

Сэмюэл Клеменс, писавший под псевдонимом Марк Твен, прибыл в Гонолулу на пароходе Ajax 18 марта 1866 года после десятидневного плавания. Население столицы королевства составляло тогда 15 тыс. человек (сейчас — около 343 тыс.).

«Если вы заведете разговор с незнакомцем в Гонолулу и почувствуете естественное желание… понять, что это за человек, смело обращайтесь к нему “Капитан”. Внимательно присмотритесь, и, если по его выражению лица вы поймете, что вы не на верном пути, спросите его, где он проповедует. Практически гарантировано, что он либо миссионер, либо капитан китобойного судна. Сейчас я лично знаком с семьюдесятью двумя капитанами и девяноста шестью миссионерами. Капитаны и священники составляют половину населения; третья четверть состоит из простых канаков и иностранных торговцев с семьями, а последняя четверть — из высокопоставленных чиновников гавайского правительства. И кошек вокруг — по три на каждого жителя» (Из письма Марка Твена, опубликованного в Sacramento Union 20 апреля 1866 года).

Фото: Marco Garcia / Reuters

На Сандвичевых островах журналист пробыл четыре с небольшим месяца. За это время он отправил в Sacramento Union 25 корреспонденций. Отдельной книгой они были выпущены только в 1937 году. Поэтому иногда возникает путаница в вопросе о том, сколько Твен написал туристических книг — пять или шесть. При жизни книг было пять. На русском языке две статьи 1866 года были опубликованы в 10-м томе 12-томного собрания сочинений Марка Твена, вышедшем в 1961 году.

Первая корреспонденции с Сандвичевых островов появилась в Sacramento Union 20 апреля. До этого газета успела напечатать (а другие газеты — перепечатать) четыре письма, которые Марк Твен отправил с борта парохода. Он писал абсолютно обо всем — о качке, морской болезни, команде, других пассажирах. И приправлял свои рассказы неподражаемым юмором.

Надо также заметить, что во всех путевых заметках Марка Твена кроме юмора есть еще одна общая черта — он иногда, как это бывает с путешественниками, что-то чуть-чуть приукрашивал.

В одном из первых писем, отправленных уже из Гонолулу, он рекомендовал попробовать местные фрукты: «За дюжину апельсинов вы платите около двадцати пяти центов ("два реала", на местном диалекте, заимствованном у Мексики, откуда поступает значительная часть их серебряных денег); и они настолько вкусные, что некоторые люди часто много их съедают за обедом. Я, однако, редко съедаю больше десяти или пятнадцати за раз, потому что видеть не могу, когда кто-то объедается. Даже пятнадцать меня немного удивляют, ведь два или три апельсина подряд — это примерно максимум, что я мог съесть дома». Клубника «имеет гораздо более изысканный вкус, чем калифорнийская». А вот привозной товар его не впечатлил: «Большая часть яблок, поступающих на этот рынок, импортируется из Орегона. Те, что я ел, были не хуже, чем испорченная репа. Но и не лучше».

«Забавное это оказалось купанье. Нам никак не удавалось погрузиться в воду. Можно было растянуться на спине во всю длину, сложив руки на груди, и тогда подбородок, грудь и живот оказывались над водой. При желании можно было поднять голову. Но ни в одном положении нельзя удержаться долго — теряешь равновесие и переворачиваешься то на спину, то на живот. Если поддерживать равновесие руками, можно преспокойно лежать на спине, так чтобы голова и ноги от колен и до пяток торчали над водой… По берегам озера в солнечных лучах всюду блестят кристаллы соли. Кое-где они покрывают землю точно сверкающей коркой льда. Дорогой мы внимательно смотрели по сторонам, но нигде не видели ни крупинки, ни кристаллика жены Лота» (Марк Твен, «Простаки за границей, или Путь новых паломников»).

Фото: Oded Balilty / AP

Марк Твен—паломник

В 1867 году Марк Твен совершил, как он выражался, «Экскурсию, приносящую большую удовольствие». Вместе с группой туристов он отправился в круиз на пароходе Quaker City на Святую землю с многочисленными остановками и сухопутными экскурсиями в Европе. Путешествие продлилось пять месяцев.

Круиз оплатила газета Alta California — в обмен на 50 статей о путешествии. Отплытие состоялось 15 июня. Кроме Марка Твена в числе пассажиров, о которых сообщали калифорнийские газеты, были двое Бичеров, мисс Лэру из Калифорнии и Мэгги Митчелл с матерью. Преподобный Генри Уорд Бичер упоминается в одной из статей, опубликованных в Alta California: «Мистер Бичер — удивительно красивый мужчина, когда он увлеченно читает проповедь, его лицо озаряется оживлением, но когда он ничего не делает, то становится таким же невзрачным, как обгорелая кошка».

Впоследствии судьба несколько раз сводила Марка Твена с Бичерами. Преподобный Томас Бичер, брат Генри, венчал писателя с Оливией Лэнгдон в феврале 1870 года. Их сестра, автор «Хижины дяди Тома» Гарриет Элизабет Бичер-Стоу, была соседкой Марка Твена с 1874 по 1891 год.

Паломники-путешественники побывали на Азорских островах, на Гибралтаре, в Марокко, Марселе и Париже, во многих итальянских городах, в Греции, России, Османской империи (Палестина тогда входила в ее состав), Египте, Испании, на Бермудских островах.

«Если настоящая заграница вообще существует, то это — Танжер, и только одна книга передает его истинный дух — “Тысяча и одна ночь”. Во всем городе не видно ни одного белого, хотя вокруг нас густые людские толпы. Город битком набит людьми и втиснут в толстые каменные стены, которым больше тысячи лет. Дома здесь только одно- или двухэтажные, с массивными стенами, сложенными из камня, оштукатуренные снаружи, квадратные, как ящики из-под галантереи, с крышами, плоскими, как пол, без карнизов, побеленные сверху донизу,— город бесчисленных белоснежных гробниц!... Улицы истинно восточные; некоторые в три фута (1 фут = 30,5 см.— “Ъ”) шириной, другие — в шесть, и только две — в двенадцать; почти на любой из них человеку достаточно лечь поперек, чтобы остановить уличное движение» (Марк Твен, «Простаки за границей, или Путь новых паломников»).

Фото: Christopher Pillitz / Getty Images

«Уже три дня, как мы бросили якорь в Ялте. Место это живо напомнило мне Сьерра-Неваду. Высокие суровые горы стеной замыкают бухту, их склоны щетинятся соснами, прорезаны глубокими ущельями, то здесь, то там вздымается к небу седой утес, длинные прямые расселины круто спускаются от вершин к морю, отмечая путь древних лавин и обвалов,— все как в Сьерра-Неваде, верный ее портрет.

Деревушка Ялта гнездится внизу амфитеатра, который, отступая от моря, понемногу подымается и переходит в крутую горную гряду, и кажется, что деревушка эта тихо соскользнула сюда откуда-то сверху. В низине раскинулись парки и сады знати, в густой зелени то там, то тут вдруг сверкнет, словно яркий цветок, какой-нибудь дворец. Очень красивое место». (Цитаты из книги «Простаки за границей, или Путь новых паломников» приводятся в переводе Ирины Гуровой и Раисы Облонской.)

«Мы стали в круг под деревьями у самых дверей, ибо в доме не было ни одной комнаты, где можно было бы без труда разместить больше полусотни человек; через несколько минут появился император с семейством; раскланиваясь и улыбаясь, они вошли в наш круг… Каждый поклон его величество сопровождал радушными словами. Я воспроизведу его слова. В них чувствуется характер, русский характер: сама любезность, и притом неподдельная. Француз любезен, но зачастую это лишь официальная любезность. Любезность русского идет от сердца, это чувствуется и в словах, и в тоне,— поэтому веришь, что она искренна. Как я уже сказал, царь перемежал свои слова поклонами. — Доброе утро... Очень рад... Весьма приятно... Истинное удовольствие... Счастлив видеть вас у себя!» (Марк Твен, «Простаки за границей, или Путь новых паломников»).

Фото: Алексей Куденко, Коммерсантъ

26 августа пассажиров Quaker City принял император всероссийский Александр II. Присутствовали его супруга, императрица Мария Александровна, и дочь, великая княжна Мария Александровна, а также несколько высших сановников империи.

В 1869 году Марк Твен опубликовал уже процитированную книгу «Простаки за границей, или Путь новых паломников», составленную из переработанных путевых очерков.

Писатель изменил кое-какие истории и образы некоторых персонажей, убрал грубые выражения и сленг (в газетах было принято выражаться менее изысканно, чем в книгах). При этом постоянная издевка над классическими путеводителями сохранилась.

Слишком сильно наступать на горло собственному юмору писатель не захотел.

«Вот какой оказалась легендарная венецианская гондола! Волшебный челн, в котором знатные кавалеры былых времен скользили по залитым лунным светом каналам, глядя красноречивым, исполненным любви взором в томные глаза красавиц патрицианок, пока веселый гондольер в шелковом камзоле, наигрывая на гитаре, пел так, как умеют петь только гондольеры! И это — прославленная гондола? И это — пышно одетый гондольер? Порыжелая старая пирога чернильного цвета с траурным балдахином, прилаженным посредине, и босой чесоточный оборвыш, выставляющий напоказ некогда белую часть своего туалета, которую не следовало бы открывать святотатственным взорам посторонних» (Марк Твен, «Простаки за границей, или Путь новых паломников»).

Фото: Luigi Costantini / AP

Книга стала супербестселлером. Правда, с тиражами своей соседки Марк Твен потягаться не мог. «Хижина дяди Тома» только за первый год с начала публикации разошлась тиражом 300 тыс. экземпляров, а затем стала самым высокотиражным изданием XIX века, если не считать Библию.

В России американский бестселлер был впервые напечатан в 1898 году в сокращенном варианте. Сокращения, в частности, касались описания российских городов — Одессы, Севастополя, Ялты. Полный перевод появился уже в советское время.

«Составилось двадцать пар, грянула музыка, и... я от стыда закрыл лицо руками. Но я глядел сквозь пальцы. Они танцевали пресловутый канкан. Главное в нем — танцевать со всем пылом, шумом и яростью, на какие вы только способны, обнажаться насколько возможно, если вы женщина, и брыкать ногами как можно выше — независимо от пола, к которому вы принадлежите. Это описание нисколько не преувеличено. Его правдивость может клятвенно подтвердить любой из солидных, почтенных старцев, присутствовавших при этом в тот вечер. А таких старцев там было немало. Мне кажется, что французская мораль не слишком чопорна и пустяки ее не шокируют» (Марк Твен, «Простаки за границей, или Путь новых паломников»).

Фото: Philippe Wojazer / Reuters

Марк Твен на Диком Западе

Успех «Простаков за границей» подтолкнул Марка Твена к дальнейшей разработке темы путешествий. В 1872 году он выпустил полуавтобиографическую книгу «Налегке». Полу — потому что в ней было больше вымысла, чем в предыдущей книге о путешествиях. И меньше географический охват. Марк Твен вспомнил свои странствия по Соединенным Штатам — начиная с родного Миссури: Небраска, Вайоминг, Юта, Невада, Калифорния. Чтобы не пропадало добро, он использовал в переработанном виде 13 писем с Сандвичевых островов.

В «Налегке» присутствует традиционная американская экзотика тех времен — бандиты Дикого Запада, кровожадные индейцы, многоженцы-мормоны, золотая лихорадка. Разумеется, все это обильно приправлено марк-твеновским юмором.

«Часа за два до нашего прибытия на станцию Лапарель смотритель четыре раза стрелял в индейца, но тот, как он сообщил нам с обидой в голосе, "уж так-то сигал во все стороны, что все дело испортил, а ведь патронов тоже не густо". Судя по тону, каким это было сказано, смотритель искренне считал, что индеец нарушил правила честной игры. В передней стенке нашей кареты зияло круглое отверстие — память о последнем путешествии по этой местности. Пуля, пробившая стенку, слегка ранила кучера, но он не жаловался. Он говорил, что это сущий пустяк; вот в прежнее время — до того как компания стала гнать почту по северной дороге,— вот тогда, на юге, среди апачей, в самом деле бывало жарко. Он говорил, что апачи не давали ему ни минуты покоя, и он чуть не умер с голоду, невзирая на всяческое изобилие, потому что они так изрешетили его пулями, что "съестное не удерживалось в нем". Надо сказать, что далеко не все принимали на веру сообщаемые этим кучером факты».

Хотя темы России Марк Твен в этой книге не касался никаким боком, но полный перевод «Налегке» на русский язык, выполненный Верой Топер и Татьяной Литвиновой, был опубликован только в 1959 году.

Вторая книга не достигла популярности первой. Вероятно, соотечественникам и современникам писателя описываемое в ней было лучше знакомо, чем заокеанские, то есть европейские, ближневосточные и африканские диковинки.

Возможно, так подумал и автор. И снова отправился за океан. Правда, не сразу, а сначала написал «Приключения Тома Сойера».

«“Кнайпе” устраивается от случая к случаю — в ознаменование важного события, вроде выборов пивного короля. Это торжество празднуется очень просто: все пять корпораций собираются вечером и по сигналу приступают к питию из кружек вместимостью в целую пинту (1 пинта = 0,57 л.— “Ъ”), причем пьют со всей возможной быстротой, и каждый кандидат ведет свой особый счет, обычно откладывая спичку после каждой выпитой кружки пива. Выборы происходят без проволочек. Когда кандидаты нагрузятся до положения риз, проводится подсчет спичек, и тот, кто успел пропустить наибольшее число кружек, провозглашается королем. Мне рассказывали, что последний пивной король, обязанный этой честью своим избирателям, вернее — своим личным способностям, осушил кружку семьдесят пять раз. Такого количества не удержит, конечно, ни один желудок, но при желании всегда можно создать вакуум, как хорошо знают лица, плававшие по морю» (Марк Твен, «Пешком по Европе»). На фото: аудитория Гейдельбергского университета, о студентах которого идет речь в отрывке

Фото: Uwe Anspach / picture alliance / Getty Images

Марк Твен—пешеход

Следующая книга Марка Твена в жанре юмористическо-туристического путеводителя была опубликована в 1880 году. Само путешествие длилось с апреля 1878-го по август 1879 года. Преуспевающий писатель мог себе позволить такую поездку за свой счет. Статьи он был должен не какой-то газете, а только себе.

Русский перевод называется «Пешком по Европе», но в оригинале у книги более броское название — «A Tramp Abroad» («Бродяга за границей»). В каком-то смысле советский вариант названия, выбранный переводчицей Ревеккой Гальпериной, не уступает оригинальному — и даже добавляет немного иронии. Герои книги предпочитают путешествовать не пешком, а в экипаже, на поезде, на плоту.

Первый персонаж — сам Марк Твен, второй — вымышленный Гаррис. Впрочем, сам рассказчик — тоже вымышленный герой, больше похожий не на автора, а на тупого американца из юморесок Задорнова.
Гарриса не было, но у Марка Твена были другие спутники, то есть спутницы. Вместе с ним на идущем в Европу пароходе отплыли: его супруга Оливия, две дочери, Клара и Сюзи, и друг семьи мисс Клара Сполдинг.

«Почти все, кого вы видите, без различия пола, разгуливают в туристских костюмах, вооруженные альпенштоками. Очевидно, без альпенштока в Швейцарии ходить небезопасно, хотя бы и по городу. Если турист, спустившись к завтраку, забывает свой альпеншток в номере, он немедля бежит за ним, приносит и аккуратно ставит в угол… Альпеншток — это некоторым образом трофей туриста; на нем выжжено его славное имя; а если он слазил с ним на вершину холма, перепрыгнул через ручей или пересек территорию кирпичного завода, то он выжжет на нем и названия этих мест» (Марк Твен, «Пешком по Европе»).

Фото: Daniel Schafer / picture alliance / Getty Images

В книгу вошли только очерки о странах, в которых автор побывал в 1878 году. Это Германия, Швейцария, Франция и Италия. Три страны, в которых Марк Твен был в 1879-м, упомянуты мельком: «Из Парижа я совершил еще вылазку в Бельгию и Голландию — пешком, хоть и не упускал случая, где возможно, проехаться по железной дороге или по каналу,— и "в общем и целом" с приятностью провел время… Мы пересекли Ламанш и из Англии отбыли на пароходе "Галлия" компании "Кунард" — отличном судне».

В записных книжках Марка Твена можно найти дополнительные замечания. Бельгия: «В Брюссельском соборе я услышал самую величественную органную музыку и мужские голоса, которые когда-либо доводилось слышать. Никогда прежде не слышал ничего, что могло бы сравниться с величием этих звуков». Нидерланды: «Эта страна такая зеленая, прекрасная, тихая, пасторальная и по-домашнему уютная. Повсюду лодки, плывущие по равнинам, тучные коровы и причудливые ветряные мельницы». Великобритания: «Дождливо и холодно. Весь день в камине пылал огонь. Поистине замечательное лето!»

«Несчастные туристы! Местные жители дурачили их глупыми и нелепыми выдумками, а потом потешались над тем, что они верили этим басням и печатали их. Так, миссис Троллоп уверили, что аллигаторы,— или крокодилы, как она их называет,— страшные чудовища, и подкрепили эти уверения леденящим кровь рассказом о том, как одно из этих оклеветанных пресмыкающихся забралось ночью в хижину скваттера и сожрало женщину и пятерых детей. Одной женщины было бы совершенно достаточно для самого взыскательного аллигатора, но нет — этим лгунам понадобилось еще заставить его слопать и пятерых детей» (Марк Твен, «Жизнь на Миссисипи»).

Фото: Tyler Kaufman / Getty Images

Марк Твен—лоцман

После «Принца и нищего», но до «Приключений Гекльберри Финна», в 1883 году, Марк Твен выпустил книгу «Жизнь на Миссисипи». Это, можно сказать, два произведения по цене одного. Первое — мемуары лицензированного лоцмана парохода Сэмюэла Клеменса. На пароходе был член экипажа, профессия которого называлась «лотовый»: он с помощью лота измерял глубину реки. Если глубина составляла два фатома (морских сажени), то есть 3,66 м, лотовой выкрикивал: «Мерка два!» («Mark twain»). Это значило, что пароход может спокойно пройти. Клич лотового Сэмюэл Клеменс выбрал своим литературным псевдонимом. Вторая тема — путешествие по великой американской реке. От Сент-Луиса, штат Миссури, до Нового Орлеана, штат Луизиана, и от Нового Орлеана до Сент-Пола, штат Миннесота.

Содержание книги ближе американцам, но на русском книгу стоит прочитать хотя бы потому, что переводила ее великая Рита Райт-Ковалева.

Марк Твен—лектор

В последней книге путешествий, изданной Марком Твеном при жизни, в 1897 году, меньше всего юмора. И не случайно. Путешествие вокруг света, по Британской империи, в которой никогда не заходила солнце, писатель предпринял не по собственной воле и не по заданию какой-нибудь газеты.

В 1884 году Марк Твен, недовольный тем, как издатели делятся прибылями от продажи его книг, основал собственное издательство. Идея была в том, чтобы убивать двух зайцев одним выстрелом — зарабатывать и как писатель, и как издатель.

Руководство бизнесом Твен поручил мужу своей племянницы Чарльзу Вебстеру. В его честь издательство было названо Charles L. Webster and Company.

Впоследствии он называл Вебстера «самой большой задницей из всех, что… встречал» и признавался в письме брату Ориону, что никого в жизни не ненавидел сильнее, чем Вебстера.

Первые две книги, изданные Charles L. Webster and Company,— «Приключения Гекльберри Финна» и мемуары генерала Улисса Гранта,— были весьма успешными. Дальше дела издательства пошли хуже. В 1888 году Марк Твен уволил Вебстера. Но финансовое положение издательства исправить не удалось. В 1894-м Марк Твен вынужден был объявить о банкротстве своего издательского бизнеса.

К этому добавилась еще одна финансовая проблема. Марк Твен вложил большие деньги в наборную машину Пейджа, которая должна была усовершенствовать технологию набора текстов и удешевить производство книг. Этот проект тоже оказался провальным.

«Один местный житель сказал мне, что это вовсе не горы, а груды кроликов. И пояснил, что кролики кажутся такими синими, потому что перезрели и слишком долго пробыли на воздухе. Может, он и прав, этот человек, но я начитался книг о путешествиях и теперь отношусь с сомнением к даровым сведениям, когда они исходят от неофициальных лиц. Данные, которыми местные жители снабжают путешественников, обычно далеки от истины, а иногда им просто невозможно поверить. Нашествие кроликов действительно приняло в Австралазии ужасающие размеры, и на одну гору их бы в самом деле хватило, но целая цепь гор — это уже слишком» (Марк Твен, «По экватору»).

Фото: Stefica Nicole Bikes / Reuters

И Марк Твен пошел по миру. Буквально.

Чтобы расплатиться с огромными долгами, составлявшими в общей сложности $100 тыс. (примерно $3,8 млн в пересчете на современные доллары), в 1895 году 59-летний писатель отправился в лекционное турне. Сначала по США. Затем — по британским колониям. Его, ввиду плохого здоровья, сопровождали жена и дочь Клара.

23 лекции в 22 городах США и Канады. Восемь недель в Австралии, шесть в Новой Зеландии, восемь в Индии, семь — в Южной Африке, остановки в других колониях. За это время — еще более 100 выступлений. В каждом городе Марк Твен выступал с одной и той же комической проповедью о том, как сформировать нравственный облик, совершив 462 греха. Публика везде принимала его с восторгом. 15 июля 1896 года, по завершении тура, он вместе с семьей отплыл домой, в Америку.

«Это истинная Индия: страна романтики и мечты; страна сказочного богатства и сказочной нищеты, роскоши и лохмотьев, дворцов и жалких лачуг, голода, эпидемий, джиннов, великанов и Аладдиновых ламп, тигров и слонов, кобр и джунглей; страна, где существует сотня различных народов и сотня различных языков, тысяча религий и два миллиона богов; колыбель человеческой расы, земля, где зародилась человеческая речь; страна — мать истории, бабка легенды, прабабка преданий, чей вчерашний день не моложе самой глубокой древности остальных народов,— единственная страна под солнцем, которая неизменно и всегда интересна для любого иноземного принца и иноземного землепашца, для изысканно образованного и для невежественного, для мудреца и глупца, для богача и нищего, угнетенного и свободного; единственная страна, которую хотят увидеть все люди, а увидев ее хотя бы мельком, уже никогда не забудут, не променяют на все зрелища земного шара» (Марк Твен, «По экватору»).

Фото: Александр Чиженок, Коммерсантъ

Увы, финансовое положение Марку Твену исправить не удалось. Общий заработок составил где-то от одной третьей до половины суммы долга. На помощь пришел друг — Генри Хатлстон Роджерс, вице-президент компании Standard Oil Джона Рокфеллера. Он помог Марку Твену не только разобраться с долгами, но и правильно инвестировать гонорары за новые книги в ценные бумаги. К концу жизни писатель обладал солидным капиталом.